Наблюдатель
Шрифт:
– Постойте, – вмешался я. – Как я полагаю, это место было создано для…
– …Для понимания того, как объединить распавшийся на три реальности мир воедино, – закончила Вероника.
– И какое отношение имеет все описанное к пушкам Тесла и последующему изменению реальности?
– Эх… – Аюлга заметно помрачнел. – Вы так и не поняли. Тесла, пузыри и все вокруг – это лишь верхушка айсберга, последствия, но не причина. Под водой – самая большая его часть – путь к тем, кто давным-давно ведет атаку на нас. Путь к треугольнику. Им уже удалось серьезно поколебать наш мир. И удастся разрушить совсем, если Воины не вмешаются. Что вам надо знать еще…
– Что скажешь? – обратился я к Веронике.
– Нужен архив по теме экспедиций Бокого. Такого доступа у меня нет. То, что рассказал Аюлга, никогда и нигде не всплывало. Позже обдумаем…
– С шаманом все?
– Не похоже, чтобы он мог убить Кантимирова.
– Ну да, конечно, мы же провели допрос по всем правилам, – съязвил я. – Интересно, откуда Аюлга узнал про теорию квантовых кластеров, о которой нам рассказал Кантимиров?
– От Бокого – так же, как и Кантимиров. У тебя что, все совсем перепуталось в голове? Позже мы еще вернемся к нашему шаману, пусть успокоится. Пошли в следующую комнату.
– Послушай, у меня возникло ощущение, что мы узнали что-то очень важное. То, ради чего меня сюда и занесло, то, ради чего вся эта каша и заварилась. Скажи, мы можем бросить эти зеркала и допросы и улететь со станции на Кольский полуостров?
– Я согласна, но давай все сделаем по уму. Стоит сейчас облажаться, и мы окажемся тоже на Севере, но не у пирамиды на Кольском полуострове, а в трудовом лагере. Так что сначала допросы и отчет, затем – возобновление работ на станции, запуски сферы, оформление наших выводов и передача их руководству, а потом уже – запрос архивов, выяснение месторасположения пирамиды и организация экспедиции. Хорошо?
Я вздохнул и открыл дверь с номером «2». За ней нам открылась достаточно захламленная комната, где на грязной кровати сидел высокий нескладный человек. Его широкое плоское лицо с большим мясистым носом украшала козлиная бородка, усы были напрочь сбриты, а длинная патлатая шевелюра копнами лежала на плечах. При виде нас субъект вскочил и как-то странно улыбнулся.
– Вероника Сталь, – начала товарищ следователь, – на станции…
– Знаю, знаю, Кантимирова убили… – отмахнулся длинный.
– Представьтесь, пожалуйста.
– A зачем мне представляться, если вы даже имя своего напарника не назвали.
– Майкл Холмогоров, – с этим типом возникнут проблемы, подумалось мне.
– Итак? – глаза Вероники стали соответствовать ее фамилии.
– Майкл, а может быть, вы – мудак? – гражданин ласково посмотрел на меня и тихонечко улыбнулся.
– Руки за голову! – Вероника выхватила «Макаров» и передернула затвор.
– A может быть, вы – тоже мудак? – длинный товарищ улыбнулся еще
На сей раз Вероника попала с первого выстрела. На лбу у этого странного типа расцвело маленькое красное пятно, и тут же с характерным хлюпающим звуком кусок его затылка разлетелся мелкой кровавой крошкой, оставив на и без того грязных стенах вереницу багровых подтеков.
После случая с деревенскими зомби я был готов ко всему. Даже к тому, что мертвец – а попадание-то специально в голову – продолжит идти на нас. Но то, что мы увидели, не укладывалось ни в мои старые представления о мире, ни в новые, где существовали пушки Тесла, пространственные пузыри и путешествия во времени. Вокруг человека вдруг возникла треугольная пирамида из красновато-розового света. Еще секунду длинная и нескладная фигура казалась застывшей в ней, потом раздался хлопок, пирамида вспыхнула ярче – и я увидел в основании светящейся конструкции ту самую таксоподобную свинку. Ее глаза-бусинки теперь не казались игривыми, напротив, они излучали адскую злобу. После второй вспышки тело рухнуло на пол, и все кончилось.
– Ты… Ты это видела? – только и смог проговорить я.
– Пирамиду? Свинью? Да. Похоже, нам надо рвать когти на Кольский полуостров прямо сейчас. Расследование закончено, – Вероника направилась к двери.
13
А в коридоре мы нос к носу столкнулись с Сергеем Шаповаловым.
– Майкл! Вероника! Наконец-то! – он расплылся в широкой улыбке.
– Тьфу ты! – я обнял друга. – Я уж думал часом, не случилось ли чего…
– Слишком долго вас завтраками кормили, да?
– Слишком долго. Ты как добрался-то сюда?
– Не поверишь, после того, как это козел…
– Матвей Петрович Заболотский?
– Да-да, сука, он мне таки вкрутил иглу под коленную чашечку… Хорошо, что потом Иван Никанорович появился.
– Извиняй, Серегей. Я отделался чуть легче.
В двух словах я рассказал ему нашу историю, отметив и гибель Брюсова, и трагические события на станции, и наметившийся поход к Кольскому полуострову.
– Так! – скомандовала Вероника. – Нечего тут рассусоливать. Сережа, у тебя есть два варианта. Или идешь с нами, или остаешься здесь и ждешь подмогу. Второй сценарий куда более безопасный.
– Безопасный? Вы издеваться изволите, – он снова улыбнулся во весь рот. – Вы хотите сказать, что здесь… э-э-э… безопасно?
Ирония, конечно, заключалась в том, что в нашем времени Сергея на этой станции чуть не убили. Кроме того, как мы знали, через несколько месяцев в Центре произойдет коллапс, закончившийся гибелью всего персонала.
– Короче говоря, вариантов у тебя, Шаповалов, нет, – я впервые со школьных времен назвал его по фамилии. – Давайте выбираться. С киллером мы вроде как разобрались…
– Пошли к запасному шлюзу, попробуем пробраться тихо, – моя напарница двинулась вперед.
– Один момент интересный, – Сергей чуть отстал и начал говорить негромко, словно хотел, чтобы Вероника нас не услышала. – Знаешь, в Москве, на перевалочной базе КГБ, где я в очередной раз рассказывал про наше время, ко мне подсел любопытный субъект. Его звали Дмитрием, то ли он лаборантом у них работал, то ли проштрафился и числился на испытательном сроке… С виду такой мачо, с иссиня-черными от щетины щеками, кудряшками и плутоватым взглядом. Так вот, этот Дмитрий бормотал какую-то чепуху, бормотал-бормотал, а потом вдруг исчез, и больше я его на базе не видел.