Наблюдатель

Современный мир выглядит совсем иначе, чем мы представляли его в своих мечтах лет двадцать назад. Революций в освоении космоса не случилось, роботы тоже не заняли свое место на кухне, зато мобильные телефоны и доступ в Интернет есть у всех, а компьютерные игры порой выглядят более интересно, чем окружающая нас реальность. Информационный взрыв установил свои законы, прошелся пылесосом по задворкам человеческой памяти и предоставил нам доселе невиданную свободу. Но свобода ли это – иметь возможность проверить в Сети любой факт? Или – очередное колесо для крысиных гонок по кругу?

Много лет назад ряд философов высказывал идею, что само существование общества базируется на определенном договоре людей, на принятом

списке понятий и аксиом – своеобразном «клее», фиксирующем реальность. Некоторые мыслители продвинулись еще дальше, и мне нравится их подход. Они утверждали, что никакого «клея» нет. Сама по себе реальность бесконечна, но, описывая ее, мы уже создаем жесткий шаблон, отсекающий все остальные возможности для восприятия. Сказав ребенку, что стул – это стул, мы уже загоняем его в рамки этого мира и как бы закрепляем на лбу фонарик общепринятой реальности. Так люди видят лишь то, что видят все – а мир куда более интересен и велик, чем картина, которую высвечивает слабенький детский фонарик. Современная квантовая физика отчасти подтверждает данные тезисы.

Можно ли увидеть иную картину? Пусть не всю – но гораздо шире, чем нам показали? Можно. Для этого существует простой и одновременно сложный механизм – стирание личной истории. Как говорится, человек в состоянии выбросить из своей жизни все – если захочет. За этим кроется и простота, и сложность. Отбросив навязанные каноны и чужие верования, критически переосмыслив исторические факты, которые предлагаются нам в качестве догм, человек действительно способен «переписать» себя с чистого листа. И увидеть куда больше.

Именно в этом заключается главная идея романа – шаг за шагом привести героя к полному и абсолютному отрицанию всех и вся. Начисто стереть нормы и правила, которым он с детства привык следовать. Уничтожить навязанные обществом шаблоны. И, наконец, заставить родить самого себя заново, увидеть новую цель – выход из тоннеля.

Перед вами – роман-игра, синтез традиционной прозы и искаженной реальности компьютерной игры. Герой здесь намеренно предстает плоским и безликим: во многих сценах это лишь «руки с автоматом» на экране монитора. Он является только проводником зрителя от одного аттракциона к другому, от одной комнаты с хлебом и зрелищами до другой. Он – лишь маска, которую каждый волен примерить на себя.

Развлечения сейчас строятся именно по таким законам. Фильмы становятся похожими на аттракционы, где зрителя сажают в поезд и везут накачивать адреналин. Игры воздействуют на геймеров по тем же правилам. В Интернете все происходит гораздо оперативнее и в режиме пос тоян ной обратной связи. Под такие инструменты уже давно сформировалась специфическая аудитория, не слишком разделяющая реальный мир и интерактив. Но, может быть, грани между ними и не существует? А страстное желание вскинуть «Калашников» на лай собаки во дворе, которое тут же давится мозговым импульсом: «это не монстр, да и оружия у тебя нет, и вообще ты сейчас с ребенком гуляешь, а не у плазмы сидишь», – является изначально допустимым и правильным? Я не знаю ответов. Вся наша жизнь – игра. Кто-то считает игры хорошей альтернативой мозговой деятельности, кто-то – новым видом мозговой деятельности. Мне ближе мысль, что каждый из нас творит свой собственный мир. В данном случае приключения Майкла Холмогорова преследуют лишь одну цель – разрушить у читателя каноны, заставить его сомневаться. Ибо сомневающийся – уже не в толпе. Ибо сомневающийся может сам что-то проверить, а не принять на веру. Ибо сомневающийся способен что-то решить самостоятельно, а не согласиться с чужим мнением.

Большинство мизансцен в книге пародийны. Их сюжеты не претендуют на оригинальность – они витают воздухе, просто разум сегодня не в силах логически объяснить многие чудовищные события прошлого. Я ввел в книгу имена исторических персонажей (их герои, конечно, не имеют ничего общего с реальными деятелями прошлого), реальные исторические события и даже реальные образцы оружия. Описанные научные теории – например, рассказы о квантах и кубитах, о вакууме Казимира, – также

абсолютно реальны. Весь этот правдивый каркас переосмыслен под радикально-ироничным углом и приправлен черным юмором.

Я надеюсь, вам понравятся такие американские горки.

Все описанные в книге события и персонажи вымышлены. Анализ исторических параллелей и личностей, а также их действий, является лишь фантазией. Реальные исторические персонажи не имеют ничего общего с их однофамильцами из книги. Любые совпадения случайны.

– Мало кто знает, но совпадение ДНК, а также органов людей и свиней носит неслучайный характер. И последние недаром занимают высшую среди животного мира ступень интеллекта, наряду с шимпанзе. Просто на архивные документы и исследования, касающиеся одомашнивания этих животных, давно наложено вето: лишь в исламской и иудейской традициях остался религиозный запрет на поросятину. Нередко табу объясняется якобы быстрой порчей такого мяса в южных странах из-за жары. Отговорки имеют под собой одну причину – настолько страшную, что, опубликуй ее, индустрия свиноводства исчезнет в мире как класс. Первые реальные упоминания о домашних свиньях относятся к быту викингов (787 год до нашей эры; все более ранние трактаты, включая «Илиаду» Гомера, позже были дополнены фальсификациями на эту тему). Появлялись эти милые создания в суровом северном климате очень просто. Пленных воинов и их родственников древние воители превращали в стратегический запас продовольствия. По колено и по локоть отрубали им ноги и руки, а после выздоровления запускали в узкие клетки и кормили помоями. Примерно через тысячу лет такой «селекции» генетическая человеческая ветвь стала самостоятельной – разрослась до габаритов борца сумо, обрела вислоухий вид, приспособила зрение для изучения подножной жизни. Узнать о сходстве поверженных былых властителей с нашими предками можно лишь с помощью лабораторного анализа. Если его не делать, перед глазами современного человека предстает лишь аппетитный бифштекс с нежной корочкой и бело – розовой сердцевиной…

На этих словах психотерапевт прервался и тяжело вздохнул.

Хотя назвать этого человека терапевтом можно было лишь с определенной натяжкой. Внешне Лазаревский походил скорее на перекачанного тяжелоатлета: его бицепсы имели толщину примерно с бедро среднестатистического мужчины, а лицо одновременно напоминало лондонского киллера XIX века и современного рестлера. Короче говоря, выглядел доктор явно страшнее многих болезней, а внутренне… Ужасную смесь из белой и черной магии, коучинга, гипноза и экстрасенсорики могли вынести не все. Точно так же, как и всегда распахнутую дверь его жилища, неимоверный бардак в квартире и общую атмосферу тотального хаоса. Зато и результаты, по меркам прошедших сеансы целителя, были хороши. Вместо долгих месяцев или лет Лазаревскому требовалось всего несколько занятий для полного избавления пациента от «иллюзий» – вроде болезней, например – как он сам говорил. Вот я и пришел к нему за лекарством от частых головных болей. Но слушать рассказ о моих проблемах эскулап почему-то не стал. Усадил на неудобную табуреточку и начал читать лекцию об иллюзорности и истинной природе вещей.

– Не совсем понял. Если человеческая история держится на общественном договоре – что-то из фактов скрывается, что-то домысливается, то как именно можно определить, что реально, а что нет? Скажем, вы говорите мне, будто Земля на самом деле плоская, а не круглая. Как я могу это проверить? В школьных учебниках по крайней мере дано достаточно фактов в поддержку последнего утверждения. От вас будет одно слово. Где грань?

– A она действительно плоская, Майкл, – он пристально посмотрел мне в глаза. – Странное у тебя имя – с чего это двое граждан СССР так назвали ребенка?