На все руки доктор
Шрифт:
— Я буду готова, уж поверь. А… что там с нашим новым другом? Он не выходил на связь?
— Ах вот почему ты решила ко мне обратиться! Я думал, что соскучилась, но ты всего-то хочешь узнать о судьбе того мага, — с разочарованием протянуло зеркальце. — Увы, от него не было вестей, и я по-прежнему не чувствую его артефакт. Знаешь что, хозяюшка? Мне кажется, тебе стоит смириться с тем, что он умер и мы больше никогда его не увидим.
Я отошла на шаг назад и скрестила руки на груди.
— Глупости не
Даже думать о таком не хотелось. Внутри жила надежда, что он не тот, за кого себя выдает. Зеркало Рана разбито, но это еще ни о чем не говорит.
Может, он его уронил, когда брился?
Конструктивного диалога у нас с Макеем не получилось. Артефакт решил попрактиковаться на мне в остротах, а после дверь отворилась и пожаловала Кокордия.
Графиня окинула заглохшего Макея скептическим взором и повернулась ко мне.
— Что на тебе надето?
— Всего лишь юбка, которую я превратила в брюки, — я покрутилась вокруг своей оси.
Сдержанно, пристойно, не провокационно. Эти широкие брюки-клеш издалека вообще можно принять за юбку.
Я дополнила наряд рубашкой с широкими рукавами, застегнула жилет на все пуговицы и натянула удобные ботинки. Несколько дней уламывала Коко начать заниматься собой, и наконец она согласилась.
— Мой артроз тебе спасибо не скажет, — проворчала бабуля и одернула шерстяной плащ.
— Скажет-скажет. Идем! — я взяла ее под локоть. — Я уже и маршрут приметила, далеко уходить не будем. И лечебную воду тебе подберем.
Коко страдальчески застонала, но не стала спорить. Уже знала, что бесполезно. Я просто так с нее не слезу. А утром пришло магическое послание от нейта Эргера наподобие того, что писал Костик.
Старый вояка сообщил, что окрестности могут считаться безопасными. Отряд не обнаружил ни нечисти, ни других странных тварей, как и их следов. Зато определили место строительства крепости.
— Будем надеяться, что Болвейн — первый и последний пострадавший от зубов неведомой псины, — сказала я вполголоса, когда мы оказались на улице. — Ребята, конечно, молодцы, но и у меня нервы не железные. Устроили какое-то шоу перед отбытием…
— Я же говорила тебе. Целительница, даже наделенная слабым даром, может стать завидной невестой.
— О, мои акции поднимаются в цене.
— А ну не ерничай! — одернула меня Коко. — Тебе бы поостеречься. Я тебя, конечно, замуж выдать собиралась, но не за первого встречного. И за репутацией следить надо.
— Можешь быть спокойна, дорогая. Я не собираюсь пускаться во все тяжкие. Для начала бы отвязаться от притязаний Савада. Сына на мне он женить хочет, ага. Обойдется!
Противно было вспоминать напыщенные физиономии этого семейства.
Нейт Парами сообщил, что с того дня Савады ни разу не пересекали границы нашего графства. Притихли, если не считать
Но тишина эта казалась обманчивой.
Не торопясь, мы шли по тропе, что вела к источнику за замковыми стенами. Я подстраивалась под шаг графини, впрочем, спешить нам было некуда.
Воздух звенел от чистоты, капли росы блестели на молодой зеленой траве. А за нашими спинами синели макушки гор.
— Когда я была моложе, ходила этим маршрутом, — неожиданно призналась Коко. — Каждое лето мы с отцом поднимались к Соколиному гнезду, проходили сквозь Алые ворота и встречали закат.
— Вот и повод вспомнить молодость… Стой! — я всмотрелась вдаль. — Кажется, кто-то приближается.
И правда, по дороге катил экипаж.
Вскоре мы узнали эмблему городской почтовой службы. На деревянных боках кареты висели громоздкие защитные артефакты, на козлах восседал курьер с гусарскими усами.
Он явно не ожидал встретить одиноко прогуливающуюся графиню с внучкой, но виду не подал.
— Садитесь, ваши сиятельства, — весело предложил он, склоняя голову в низком поклоне и приоткрывая дверь экипажа. — Довезу до замка. У меня к вам посылочка от мастера Креца, а еще…
О, я не пожалела, что наша прогулка не состоялась.
Инструменты!
Как давно я их ждала.
Тем временем дверца распахнулась шире. Внутри экипажа на деревянных ящичках сидели двое смущенных парней. Лица их показались мне смутно знакомыми.
А курьер весело и задорно продолжал:
— Значиц-ца, это тоже вам. Живой груз!
— То есть как нам? — оторопела Кокордия и захлопала глазами.
— Нейт Рингер велел доставить по адресу вместе с посылкой. Привез в целости и сохранности, ваше сиятельство! Получите — распишитесь.
Наконец парни пришли в себя, поприветствовали нас обеих, и тот, что выглядел бойчее, заговорил:
— Ваше сиятельство, не гневайтесь! Нейт Рингер сказал, что нейра Олетта обещала приютить учеников лекарей, если нейт Марагас нас выгонит. Вот мы и напросились… к вам.
Под конец речи его громкий голос затих, и парень опустил глаза.
Батюшки! Это ведь те молодые забастовщики с площади. Я их узнала.
Коко вздернула бровь и уставилась на меня. Я совсем забыла ей рассказать…
— Не гоните прочь, ваше сиятельство! — взмолился второй и сложил ладони у груди. Наивные голубые глаза смотрели с надеждой. — Клянусь, мы отработаем каждый потраченный на нас сорен! Мы ведь и по хозяйству умеем… Идти нам больше некуда, графинюшка. Грит — сирота, а меня отчим из дому выгнал, как узнал, что нейт Марагас…
— Довольно, — прервала Кокордия словесный поток, — сразу гнать не буду, благодарите мою внучку. Но все равно побеседую с каждым и посмотрю, чего вы стоите, молодые люди.