Н 4

Ильин Владимир Леонидович

А вот Олланта всерьез озадачился.

–  У меня есть еще должность почетного палача. Это следует записать?

– Не стоит беспокоиться, одной вполне достаточно. – Горячо заверил его дипломат.

Олланта пожал плечами и подписался размашисто, на поллиста – не желая уступать его визави, изобразившему подпись, смахивающую на букву Z с чертой посередине.

–  Был рад встрече, - осторожно забрали у него бумаги и поместили в портфель.

Книга с законами империи так и осталась на столешнице.

Олланта

в знак уважения поднялся вместе с ними на ноги и автоматически оглянулся на пространство зала за стеклом кабинета, с удовольствием отметив приближающегося к ним сына рядом с шагавшим с ним высоким мужчиной –

обладателем седой шевелюры и усов, в окружении богатой свиты, шедшей чуть позади.

Значит, сын так же уладил свои вопросы. Только взгляд у Катари какой-то заторможенный…

– Всего наилучшего, - поклонился консул и вышел вместе со спутником из кабинета.

А в момент открытия двери от процессии отчетливо донесся звонкий голос переводчика, который все равно уступал внушительному тону герцога:

–  … и картошечку с лучком на шкварки. Главное – не пережарить!

Катари заторможено кивнул. А Олланта отчего-то забеспокоился.

Впрочем, почти сразу процессия замедлилась и остановилась, герцог пожал его сыну руку и заторопился по своим делам.

Олланта не оскорбился таким невниманием к своей персоне – он равноценно проигнорировал встречу. Кроме того, двух великих Аймара на одного герцога всетаки будет многовато.

– Как прошла встреча, - поприветствовал патриарх сына и указал на диван напротив.

В комнату прошмыгнул переводчик генерала, но разговор все равно велся на родном диалекте, так что заново выставлять его за порог не было нужды.

–  Отлично, - вновь механически кивнул Катари. – Подарки приняли и отнеслись со всем уважением. Теперь город Могилев побратим Уанкайо.

–  Прости, что? – Недопонял Олланта.

–  Братство городов, - словно тоже не понимая, но силясь понять, поднял на него взгляд Катари. – Культурные связи. Год Могилева в Андах. Год Уанкайо в Беларуси.

Развитие туризма, проведение конференций.

–  А-а, - покивал Олланта. – А что-нибудь более существенное?

–  Еще нам в знак почтения с хорошей скидкой продали пять горнопроходческих машин, сорок комбайнов и две сотни тракторов. – Медленно моргнул Катари.

– Очень интересно. Еще о чем вы говорили с герцогом? – Ласково уточнил

Олланта.

–  Всемерная помощь с поисками Инки! – словно очнувшись (или вовремя почуяв грядущий разнос), резко выпрямился Катари

и доложил по всей форме. – Нам передадут контакты ключевых людей в Москве, завязанных на сеть информаторов и политиков на территории империи. Любые наши запросы будут иметь высочайший приоритет.

– Ну хоть что-то… - Проворчал патриарх клана. – Как ты вообще собрался забирать эти машины и трактора?

Не говоря про невысказанный вопрос – зачем вообще их покупать за полмира.

–  Так, морем. – Возмутился сын.

–  Каким морем?

–  Тут же Европа! Тут везде – море, - пожал тот недоуменно плечами.

Олланта только горестно покачал головой.

–  Как таможенные формальности? – Чуть неловко уточнил глава клана.

– Не требуются, - буднично ответил Олланта. – Ныне мы почетные гости империи. Без права расследовать, но с правом ждать и наказать виновных.

Катари дисциплинированно промолчал, не став обсуждать решение старшего.

Хотя настроение после таких новостей стало откровенно скверным.

–  Нам откроют небо и помогут разместиться в Москве, - продолжил патриарх клана, после чего на английском с любопытством обратился к стоящему у дверей переводчику. – Вы не объясните, что случилось у вашего соседа?

–  Разрешите включить новости? – После секундной заминки, ответил юноша. –

Это произошло вчера вечером, и с каждым часом добавляются новые подробности. –

Словно извиняясь, произнес он.

Но так было правильнее, чем узнать личную точку зрения, и Олланта покровительственно кивнул.

Юноша извлек из кармашка за диваном пульт и переключил телевизор на канал с новостной передачей и сделал звук погромче. Новостной выпуск уже шел, и на экране демонстрировались руины и потемневшие белые стены в ансамбле сооружений, в которых вполне просвещенные Олланта и Катари с удивлением признали Московский кремль.

–  Там что, произошел переворот? – Приподнял бровь Катари.

–  Нет. Говорят, девушку некоего юноши похитили, и он ракетным ударом снес башню влиятельного чиновника, которого посчитал виновником.

– Почему какой-то мальчишка может это сделать, а мы – нет? – Холодно произнес Катари на родном языке.

– Потому что консул смог меня убедить. – Меланхолично ответил старший

Аймара, глядя на обломки камней, огороженные бело-красной лентой по широкому периметру. - А его, видимо, нет

– Передают срочные сведения, - чуть озадаченно произнес переводчик,

озвучивая диагональную полосу с крупой надписью, вдруг загородившую экран. –