Н 4
Шрифт:
Звала.
Только отозвалось не небо, а словно сама судьба. На парковку, дальняя часть которой теперь была видна куда лучше, въехала дорогая представительская машина. С водительского сиденья выпрыгнул мужчина при галстуке и галантно открыл правую заднюю пассажирскую дверь, выпуская девушку, в которой Аймара без труда и как-то меланхолично отметила Нику, отчего-то сменившую цвет волос на черный и сделав каре. Водитель тут же завозился у багажника, и Ника тоже отступила за кузов, скрывшись из виду.
«Странно… А ее она перекрасила в рыжий… Будто поменялись цветом…»
От
«Какой же он подлец». – Метнулась в голове мысль, а ярость захлестнула с головой, ломая все призывы. – «Это же все подстроено! Эта скотина и сволочь специально подставил меня под удар!»
Подлецом, скотиной и сволочью на женском диалекте Анд традиционно назывался некий Самойлов Максим.
Конвоир Инки, впрочем, на подъехавшую машину не обратил никакого внимания, продолжая вести Инку к тонированному джипу, стоящему у края дома.
«А этот говорил со мной на-русском» - Как подтверждение своим мыслям,
раскочегаривала свою ненависть Аймара. – «Он считает меня Никой! Да еще эта маска! Маска - маска тоже специально!!! Максим знал, что я ее надену, знал, что от нее не откажусь! Бандит не видит мое лицо, иначе бы сразу уловил подмену!»
Те два идиота были не в счет – они вообще вряд ли заметили что-то, кроме рыжих волос. Да и в тумане от отравы им было не до этого…
Между тем, откланявшись, водитель привезшей Нику машины с довольным видом сел за руль и отъехал, оставив пассажирку стоять с синим пластиковым ведёрком, прикрытым сверху тряпкой, в руках. Еремееву все еще загораживали несколько машин. Она была одета неброско, сменила прическу и ныне была брюнеткой. Но все это могла видеть только Аймара.
«Они хотели похитить ее, но по ошибке схватили меня. Хотя она стоит совсем рядом! Просто руку протяни и скажи!»
В этот момент Тинтайо столкнулась взглядами с Никой, и та ощутимо дрогнула.
Быть может – дрогнула еще и потому, что оказалась в зоне действия блокиратора. А
значит – теперь тоже была бессильна атаковать и обороняться.
«Ну же! Это не твоя война, не твоя беда, не твое дело!»
Девушка шла к машине и смотрела на Нику. И Ника тоже смотрела на нее – на рыжую Аймара, которую, понукая прижатым к пояснице пистолетом, вел мерзавец.
Совсем близко ревели сирены пожарной машины и полиции – на той стороне дороги, куда наверняка выскочила ловкая Дейю, не желавшая умирать на чужой войне.
И Аймара тоже не должна. Всего-то поднять руку. Крикнуть. Или сказать тихо,
на английском – этот человек наверняка его знает. Произнести свое имя – и все ее
Задумчивость обернулась замедлением шага, и в спину вновь последовал сильный удар.
Вернее, не друзья. Но у нее нет и никогда не было друзей.
До двери машины оставалось всего несколько шагов. Еще немного, и будет поздно. Будет боль, страх и судьба, предназначенные не ей, а этой дурехе, что стоит и продолжает смотреть на нее широко распахнутыми глазами.
Даже не бежит, а значит ее совсем не придется ловить.
Просто показать рукой.
Это ведь так легко.
***
Среди хребтов Анд много воистину диких и пустынных мест, куда не ступала нога человека. Есть и с десяток иных – куда человека не пустят вовсе.
Но только одно, в сосредоточии Силы гор, будет закрыто даже не человеческой волей, а чем-то более древним, название которому мудрые Аймара не стали придумывать. Потому что осознание непонимания и непостижимости того, что следовало с ними все существование их рода, и было отражением истинного уважения. Хоть и в иные часы было откровенно страшно.
На дне глубокого каменного колодца, попасть в который можно разве что спрыгнув с высоты сотни метров, в самом его центре, ярко освещенном зенитным солнцем, сидел мужчина в украшениях и вышитой алым белой накидке. Он мог бы и стоять все это время на ногах, отдавая уважения Колодцу душ, но этому месту не нужны были почести. Оно существовало вместе с Аймара, было углублено и расширено силами Аймара, но никак не изменило своих свойств.
И как было сотни и тысячи лет назад с его предками, вокруг мужчины медленно кружились в воздухе крупные камни и каменные осколки, сброшенные ветром и дрожью земли на самое дно. Только в последние дни в них более не было спокойствия и умиротворения, привычного главе клана.
Ныне они сталкивались в воздухе между собой, выдавая тоскливый и протяжный скрип, будто жалуясь и скуля – словно верный слепой пес, который перестал ощущать запах хозяина в пустой квартире.
И звук этого стона болезненно отражался в сердце сидящего среди них человека, тоскующего по своей дочке столь же сильно. Перед его закрытыми глазами стоял светлый образ вечно непоседливой девчонки, слишком быстро выросшей и возомнившей себя достаточно самостоятельной, чтобы жить, где и сколько пожелает. Она была достаточно сильна, чтобы постоять за себя, и ей благоволили Духи Неба, что рождались на дне этого колодца, так что отец не видел причин ей отказывать. Когда-то он и сам желал посмотреть мир и искал ответы вне гор. Только все Аймара возвращались. Вернется и она. Обязательно вернется –