Н 4

Ильин Владимир Леонидович

–  Де Лара стоял далеко… - Чувствуя, что уже начинает оправдываться, упрямо сказала Инка.

–  А голоса прокричать и заявить о своих правах – у вас нет? Поймите правильно,

это не издевка, но вы действительно не просили о помощи. Вы сами заключили контракт, и вся ваша родня в самом деле будет сидеть и ждать две недели, пока он будет исполнен.

–  Я просила помощи у вас. – Угрюмо заявила Аймара.

–  А я уеду к себе в лес, - пожал он плечами. – Что-то плохо мне тут, в городе. –

Откровенно признался Шуйский.

Пытаться

оправдываться, что раз не было похищения – то и спасать ему незачем, княжич не стал. Даже мгновения сомнения на лице не отразилось. Многие бы уцепились…

–  Думаете, вас это спасет?

–  Кто-нибудь из тех, кто заходил в центральный комплекс ваших гор со злыми намерениями – выживал? – Со всей серьезностью спросил Шуйский.

–  Что за глупость, разумеется нет. – Дернула плечом Инка.

–  Значит, вы не совершите подобную ошибку в моем лесу.

–  Вы излишне самонадеянны.

– Прекрасная девушка, у меня нет намерений ссориться с вами. – Со всей харизмой и убедительностью произнес Артем. – Незачем обсуждать возможность конфликта, которого можно и нужно избежать. Я всем сердцем желаю вам выйти из этой ситуации с достоинством и готов предоставить решение, которое устроит вас и вашу семью.

–  Какое же? – Уже откровенно мрачно, запутавшись в своих мыслях, произнесла

Аймара.

– Если мне не изменяет память, вы планировали завершить обучение для создания космической программы контроля горного массива. Я вас верно понял?

–  Да. – Коротко кивнула девушка.

– Основной источник беспокойства для вас – мобильные группы партизан,

орудующие в лесистых предгорьях.

–  Эти сволочи жгут урожаи и обрушивают горные тропы. – согласилась Инка, не видя причин миндальничать.

Гордое слово «партизаны» мало им подходило. Партизаны – это вера в идеалы, а тут были обычные наймиты, готовые за деньги наносить ущерб, пока род Аймара не согласится поделиться некими второстепенными приисками с обаятельными и обходительными бизнесменами из Америки – из тех, кого убить никак не получается. Сначала отдать прииски, потом столкнуться с конкуренцией и демпингом, снижать цены и издержки, закрывать низкодоходные шахты, увольнять людей и ввергать их семьи в нищету, получить народные волнения и терять политические дивиденды от статуса единственного регионального поставщика. Нет уж, космическая программа окажется дешевле.

– Мой клан занимается производством беспилотников с высоким уровнем автономности, - продолжил Шуйский деловым тоном. – Ни один спутник не даст вам такой информационной поддержки, как сотня-другая дронов со всеми возможными датчиками обнаружения, способными пробить и маскировочные сети, и кроны деревьев, и даже – скальные схроны. Кроме того, что это гораздо дешевле космической программы и куда более лояльно к экологии вашего дома, дроны способны нести на себе вооружение – если не летального характера, то объемномаркирующие реагенты, которые не позволят партизанам просто так выходить в

город и пополнять запасы.

–  Желаете откупиться? – Обкатала это предложение в уме Инка.

– Я полагаю, что приобретение такого оборудования – отличная причина,

почему наследница Аймара тайно отправилась в Россию для двухнедельных консультаций. Это стратегическое решение, и секретность тут первостепенна. Что до поисков – объявите их происками враждебного элемента в вашем окружении.

Операцией прикрытия. Или скажите всем, что вам плевать, о чем они там думают.

–  Вам так дорог ваш друг?

–  Дорог. – Согласно кивнул Шуйский. – А еще на вас маска работы Федора, а он не делает шедевры плохим людям. Но более того, и что самое важное. – Шуйский сделал выразительную паузу. – Я просто хочу продать вам эти две сотни беспилотников до того, как Максим продаст вам свои танки

Глава 17

Холод осенней ночи скользнул в салон автомобиля через приоткрытое окошко,

заставив поежиться. Движение ключа, и остывшая за время ожидания машина проворчала двигателем, пробуждая подсветку приборной панели и набирая тепло в салон.

Много тут таких, ожидающих – по проулкам и дворам вокруг полусонной громады Карл Ритц Отеля и сияющего всеми огнями жизни ресторана на его первом этаже. Отблески богатой жизни скользят по лакированным бокам автомобилей,

отражаются в усталых глазах людей, готовых к бессонной ночи.

Там, возле самого отеля, за декоративной стальной оградой в четыре метра высотой, есть и обширная полупустая парковка, и два этажа подземного паркинга,

но проезд внутрь суверенной территории Германского императора, неведомо как оказавшейся в центре столицы, мало кому доступен. Люди у въездных ворот не берут взятки, а их коллеги в сторожке готовы продемонстрировать автомат каждому, кто посчитает себя выше общих правил. Да и вообще, передвигаться пешком – весьма полезно, даже если на работе остался портфель министра или же к вашей фамилии уместно прибавить титул. Тем более, что от забора до входа – всего около сотни шагов, никак не устанешь. Разве что покоробит слегка чувство самолюбия, но уж ничего не поделать – кроме подданных Германии, сиятельных князей и машин, вызванных постояльцами отеля, никому не позволено проезжать на территорию.

Ведь машина – это не только средство передвижения, но и килограмм четыреста тротила, которые можно набить в кузов и рвануть, когда один из гостей выйдет из здания. Таких приключений хозяевам отеля не нужно – а от всего остального постояльцев надежно защитит как тщательно подобранный персонал, так и под сотню хитроумных артефактов, вмурованных в фундамент и стены строения. Они же просигнализируют о возможных ядах и их компонентах, которые кто-либо вздумает пронести внутрь – подобным посетителям тут не рады, пусть и вызывать полицию никто не станет.