Мученик
Шрифт:
– Хорошо ты ему врезал, – поздравила она Эймонда, широко улыбаясь и по-девчачьи подпрыгивая. У неё вошло в привычку наблюдать за Верховой Гвардией во время тренировок, и её перо не отрывалось от пергамента – она записывала наши скачки, всё лучше и лучше складывая фразы. В ответ на мой хмурый взгляд она комично надула губы, а потом хихикнула и подцепила мою руку своей: – Пошли. Пора поесть. Там новая повариха с кухонь святилища. Готовит не лучше меня, но и не хуже. Слышала, дают пирог.
– Иди без меня, – сказал я, моргая из-за пульсации в голове, заставившей меня задуматься, может ли череп человека взорваться изнутри. – У меня дела в другом
– Ну ладно. – Она пожала мне руку и унеслась прочь. Несмотря на всю боль, я заметил, как Эймонд проследил за ней взглядом, не отрывая глаз от лодыжек, мелькавших под взвевавшейся на бегу рясой.
– Эй! – сказал я, щёлкнув пальцами у него перед глазами.
– Я… не хотел ничего такого, мастер Писарь, – начал заикаться Эймонд. – Я бы никогда…
– Хорошо. Продолжай в том же духе. – Видя всю глубину его смущённого раскаяния, я смягчил свой тон и пристальнее взглянул на его руку. – Швов не понадобится. Промой уксусом и перевяжи чистым хлопком. Если загноится, ступай к просящему Делрику. – Я похлопал ему по плечу, и он пошёл прочь. – Для твоего здоровья лучше держаться от Эйн подальше. Не всякую красивую штуку надо трогать. Иди поешь. Если кто-нибудь обо мне спросит, я буду в библиотеке.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Я допил остатки снадобья Делрика по пути в библиотеку Ковенанта, морщась от вкуса и от печальной перспективы выпрашивать этим вечером добавки у несговорчивого лекаря, и решил до возвращения в святилище разыскать аптекаря, на тот случай, если Делрик окажется непреклонен. Перспектива пытаться заснуть без чего-либо, способного заглушить пульсирующую боль, казалась пугающей.
От Сильды я знал, что в Атильторской библиотеке Ковенанта хранится самое большое собрание оригинальных писаний и учений во всём Альбермайне, и этот архив даже внушительнее, чем трагически утраченная библиотека короля Эйрика в Ольверсале. Потому удивительно было, что само здание здесь производило заметно меньшее впечатление, чем его уничтоженный северный кузен. Сооружение казалось явно старше святилища, и его неровные стены были сложены из круглого камня и раствора, а не из точно выверенного и идеально подогнанного гранита. По правде говоря, он гораздо больше напоминал скотный двор, чем знаменитое пристанище знаний. Впрочем, недостаток благоговения испарился, как только я прошёл через большие дубовые двери и узрел сокровища внутри.
Если снаружи это здание представляло собой не очень-то впечатляющее сооружение, то внутри всё оказалось иначе. Полки занимали три уровня – нижний уходил глубоко в подвалы под уровнем земли, и к ним спускалось множество спиральных деревянных лестниц. Полки среднего уровня стояли на широких балочных платформах, соединённых мостиками, а верхние стеллажи поднимались через решётку стропил. На каждом уровне трудились библиотекари в рясах, проверявшие запасы или переносившие туда-сюда охапки книг и свитков. Глубоко в недрах нижнего уровня я заметил наклонные столы и согнутые спины писарей за работой в скриптории. Любого писаря и любую душу с любовью к словам это место непреодолимо манило. Здесь можно было провести всю жизнь за чтением, и при этом никогда даже близко не подойти к тому, чтобы исчерпать поставки свежих материалов.
– Значит, писарь, который сражался с рыцарем? – спросила стремящаяся Вьера. Меня к ней проводили после того, как я представился хранителям у дверей. Они явно отнеслись ко мне настороженно, но неясно было, что случится, если мне не дадут войти,
– На меня это должно произвести впечатление? – добавила она, изогнув бровь.
– Ни в коем случае, – ответил я. Она сразу мне понравилась. – Но я лелею надежду, что вы будете признательны.
Её губы чуть изогнулись, но она подавила улыбку прежде, чем та расползлась.
– Умоляю, поведайте, за что?
– Плоды моих последних трудов. – Я шагнул вперёд, поставил рюкзак ей на стол, развязал и достал верхний свиток. – Рассказ очевидца о роли роты Ковенанта в Битве на Поле Предателей, – сказал я, протягивая его ей.
Стремящаяся Вьера не стала сразу протягивать руку за свитком, а фыркнула с сомнением и глотнула чаю, и только потом согласилась его принять. В лесу, едва придя в сознание, я за первые дни исписал десять страниц качественного пергамента. Поэтому чистописание получилось не лучшим, но, как бы самонадеянно это не звучало, даже мои худшие работы часто превосходят труды большинства писарей. Я видел, как глаза стремящийся немного расширились, хотя, листая страницы, она быстро вернула лицу нейтрально-угрюмое выражение.
– Это ваша рука? – спросила она, после тщательного и, подозреваю, преднамеренно затянутого изучения.
– Моя. Как и здесь. – Я положил остальные свитки рядом с первым, по очереди называя их. – «Правдивый рассказ о падении Ольверсаля перед язычниками-аскарлийцами». А здесь у нас «Собрание проповедей Воскресшей мученицы Эвадины Курлайн». А ещё дословная расшифровка «Послания Помазанной Леди к прихожанам Фаринсаля в день её Воскрешения». – Я улыбнулся, увидев, как лицо стремящейся теряет свою угрюмость. – Понимаете, я там везде присутствовал.
Её руки – в пятнах чернил, как и полагается – подрагивали над свитками в предвкушении. Она кашлянула и задала вопрос:
– Чего вы хотите?
– Я хочу лишь того, что и все служители Ковенанта – во всех отношениях содействовать вере. Примите эти свитки вместе с моими скромными благодарностями за то, что уже считаете их достойными включения в этот прославленный архив. Я же, если вам будет угодно, разумеется, счёл бы за честь позволение провести всего несколько коротких часов в библиотеке, быть может, в сопровождении опытного помощника.
Её брови снова изогнулись.
– Ищете что-то?
– Всего лишь хочу расширить свои познания, чтобы лучше помогать Помазанной Леди в её святой миссии.
– Понимаю. И какая именно часть ваших познаний нуждается в расширении?
– Герцогство Алундия, – сказал я, потом помедлил и добавил – как бы невзначай и небрежно, хотя не сомневаюсь, эта женщина видела меня насквозь, – и Каэрит. Наша миссия приведёт нас близко к Пустошам, так что, возможно, полезно будет узнать, что смогу, об их обычаях.