Мститель

Рори Клементс

– Он держал меня голую на холодной каменной плите, словно свиную тушу на Смит-Филд. Он такой сильный. Почему Господь не одолел его?

Глава 18

Особняк Ле Невов располагался менее чем в трех милях от Уонстида, дворца, который граф Лестер давным-давно купил у старого лорда Рича, дабы устроить в нем величественное загородное поместье для себя и своей невесты Летиции. Он по-прежнему оставался домом Летиции, но после смерти Лестера полноправным хозяином поместья стал ее сын, граф Эссекс.

Древний особняк сэра Тоби

Ле Нева не шел ни в какое сравнение с Уонстидом, но размеры его впечатляли. Подъезжая по заросшей грунтовой подъездной дороге к владениям Ле Невов, Шекспир с удивлением рассматривал высокие печные трубы, возвышавшиеся над окружавшим поместье парком и краем обширного Уолтемского леса. Вблизи он увидел, что дом в плохом состоянии, раствор, скреплявший печные трубы, осыпался и под сильным ветром они могли рухнуть. Все говорило о том, что особняк принадлежит знатной семье, но стекла окон треснули, а само здание угрожающе накренилось.

Шекспир въехал на заросший травой двор перед домом и остановился в ожидании конюха. Так никого и не дождавшись, он слез с лошади и привязал ее к ржавой железяке, торчавшей из осыпающейся кирпичной кладки. Если когда-то здесь и висел дверной молоток, то это было очень давно, поэтому Шекспир постучал в дверь кулаком. Спустя некоторое время дверь открыл древний старик-слуга, согбенный и медленный, как улитка.

– Меня зовут Джон Шекспир. Я хочу поговорить с вашим хозяином.

– Он спросит меня о цели вашего визита, сэр.

– Передайте ему, что я по личному делу.

– Как пожелаете, сэр.

Шекспир остался ждать на ступеньках у двери, а старик побрел назад в дом. Когда он снова появился, то пригласил Шекспира следовать за ним. Они прошли в большую, отделанную деревянными панелями столовую залу, где в торжественном одиночестве за противоположными концами длинного отполированного стола сидели мужчина и женщина. Перед ними стояли подносы с едой. При его появлении никто не поднялся из-за стола. Слуга поклонился несколько ниже того, что позволяло ему его и так согбенное тело, и заковылял прочь. В мужчине, сидящем во главе стола, Шекспир узнал сэра Тоби Ле Нева. Он сидел прямо и неподвижно. Его горделиво торчащая и аккуратно подстриженная борода контрастировала с его кустистыми бровями. Он выглядел тем, кем он и являлся, – военным, о чем свидетельствовали его телосложение и горделивая манера.

Женщина была совершенно на него не похожа. Она выглядела лет на двадцать моложе Ле Нева, ей было тридцать или около того против его пятидесяти, а усталость во всем ее облике только усиливала ее поразительную красоту. Ее светлые волосы ниспадали по плечам, обрамляя лицо и придавая чувственности ее облику; ее видавшее лучшие времена платье было отделано алым дамастом и обтачано зеленым бархатом. В отличие от своего супруга, она встретила Шекспира улыбкой.

– Что ж, сэр, – начал он, – любите прерывать трапезу джентльмена?

– Я хотел лишь недолго переговорить с вами, сэр Тоби. Я почту за счастье подождать, пока вы не закончите трапезу.

– Переговорить, сэр? И о чем же?

– О вашей дочери, сэр.

Ле Нев бросил через стол взгляд на супругу. Шекспир увидел, что улыбка

медленно исчезла с ее губ. Сэр Тоби поднялся из-за стола, опрокинув свой стул на пол.

Он не стал поднимать его, а быстро подошел к Шекспиру и взял его под локоть.

– Идемте, сэр. Это не тема для обсуждения в присутствии женщин.

Они прошли в боковую комнату, которая показалась Шекспиру кабинетом или какой-то библиотекой, хотя в этом месте царил хаос не только из бумаг и книг, а также из доспехов, мечей, алебард, булав, аркебуз и прочих орудий войны.

– Кто вас послал? Почему вы пришли сюда? Ваше лицо кажется мне знакомым.

– Меня зовут Джон Шекспир, но уверен, что мы не встречались. Я здесь от имени господина Писа, досмотрщика мертвых. Он полагает, что вашу дочь убили. Я содействую ему в расследовании и подумал, что вы захотите помочь мне, сэр.

– Правда? Что ж, вы ошиблись. Это никому не делает чести. Потерять ребенка – страшное горе. А потеря дочери при подобных обстоятельствах, когда ее находят покончившую с собой в бесстыдных объятиях какого-то юнца, непереносима для любой благородной фамилии.

– Понимаю ваше горе, сэр Тоби.

– Нет, сэр, уверен, что не понимаете.

– А если она не кончала жизнь самоубийством? Что если она и тот юноша были убиты? Разве вы не хотите, чтобы убийцу настигло правосудие?

– Вам кажется, что вы многое знаете из того, чего я хочу или не хочу, господин Шекспир. Но это не так. Единственное, чего я желаю, так это чтобы вы немедленно покинули мой дом и никогда больше сюда не приходили. Я хочу спокойно похоронить и оплакивать бедняжку Эми. И это произойдет, как только коронер передаст мне ее тело, вместо того, чтобы позволять вашему так называемому досмотрщику мертвых ковыряться в нем. Уходите, сэр, уходите, кем бы вы ни были. – Ле Нев привык отдавать приказы; его речь больше походила на лай. Шекспир понял, что ничего не сможет ему доказать.

У дверей послышалось какое-то движение. Шекспир увидел, что там стоит леди Ле Нев. Ле Нев обернулся и тоже увидел ее.

– Корделия, я же сказал, что это мужской разговор.

Корделия Ле Нев, проигнорировав слова мужа, обратилась к гостю:

– Вы, кажется, сказали, что вас зовут господин Шекспир. Прошу прощения за грубость моего супруга, но вы должны понять, какие трудные времена для нас настали.

– Мои самые искренние соболезнования, леди Ле Нев.

– И конечно, если существует хоть какое-нибудь доказательство того, что Эми убили, вы должны расследовать это.

Шекспир по очереди взглянул на каждого из них. На лице Ле Нева, словно маска, застыл гнев, однако определить выражение лица его супруги было сложнее.

– Предполагается, что их ударили дубинкой. Яд им влили уже после смерти, чтобы все выглядело так, словно они покончили жизнь самоубийством.

– Чушь, абсолютная чушь. Констебль, расследующий это дело, и шериф говорят, что их убил яд. У них яду было столько, что хватило бы и для быка.

– Сэр Тоби, их тела сильно изуродовали дикие звери, поэтому истинную причину распознать было нелегко. У коронера возникли сомнения, поэтому он и передал это дело досмотрщику.