Мой прекрасный монстр
Шрифт:
С этими словами он вышел, плотно закрыв за собой дверь. Я осталась стоять посреди комнаты, чувствуя, как дрожат колени от напряжения. Я знала, что бросила вызов опасному человеку, и понимала, что последствия не заставят себя ждать. Но странным образом я ощущала не страх, а странное облегчение — наконец-то маски были сброшены, и игра перешла на новый, открытый уровень.
Глава 32
После разговора с Арло я была эмоционально измотана, но с ясностью в мыслях,
Когда наступила ночь, я приготовилась к привычной боли и тоске — к тем ощущениям, которые возникали, когда мы с Райтом не виделись. Но, к моему удивлению, метка на руке оставалась спокойной — никакого жжения, никакого покалывания.
Утром я снова обратила внимание что чувствую себя — нормально. И меня это обеспокоило. Осмотрев свою руку, я провела пальцами по извивающимся линиям рун — они выглядели как обычно. Может быть, наша связь с Райтом укрепилась настолько, что физическое расстояние больше не причиняло нам боли? Или… возникла более тревожная мысль — что, если что-то случилось с ним?
Завтрак с Арло прошел в полном молчании. Атмосфера за столом была настолько напряженной, что, казалось, воздух можно было резать ножом. Мы лишь вежливо поздоровались, после чего, даже не взглянув на меня, он полностью сосредоточился на своей тарелке. Я наблюдала за ним из-под опущенных ресниц, пытаясь разгадать его мысли, но он оставался непроницаемым.
Доев свой завтрак в полной тишине, он аккуратно промокнул губы салфеткой, встал из-за стола и, не сказав мне ни слова после вчерашнего разговора, покинул столовую. Его шаги гулко отдавались в тишине, пока не стихли в отдалении.
Оставшись одна, я медленно допила чай, размышляя о своих следующих действиях. Мне отчаянно хотелось узнать больше об Элеоноре — эта таинственная девушка, чье имя вызывало такой страх и напряжение в доме Арло, не давала мне покоя. Я вспомнила о садовнике, который рассказал мне о ней. Возможно, он мог бы рассказать мне больше?
С этой мыслью я отправилась на поиски старика, но одна из служанок, увидев, как я направляюсь к саду, поспешила сообщить мне неожиданную новость.
— Мисс Лира, — проговорила она, нервно сминая край фартука. — Если вы ищете мистера Ходжеса, то его сейчас нет. Он взял отпуск на несколько недель. Его заменяет новый садовник, мистер Финч.
— Отпуск? — переспросила я, не скрывая удивления.
Служанка опустила глаза, избегая моего взгляда.
— Это было… внезапное решение, мисс. Семейные обстоятельства, как я слышала.
Я кивнула, но внутри меня поселилось неприятное чувство. Слишком много совпадений, слишком много странностей. Сначала наша с Арло конфронтация, теперь внезапный отпуск садовника, который мог бы рассказать мне об Элеоноре. Я начинала понимать, что в этом доме нет ничего случайного — здесь у стен есть глаза и уши, и Арло внимательно следит за каждым шагом его обитателей, особенно за моими.
После обеда я стояла у окна своей комнаты и наблюдала, как черный автомобиль
Библиотека оказалась именно такой, как я и представляла — величественной, с высокими потолками и стенами, полностью заставленными книжными полками. Запах старых книг и полированного дерева наполнял воздух, создавая атмосферу тепла и уюта. Солнечный свет струился через высокие окна, падая золотистыми лучами на темное дерево и кожаные переплеты.
Я медленно шла вдоль полок, проводя кончиками пальцев по корешкам книг, наслаждаясь ощущением тисненых названий под пальцами. Здесь были книги на разные темы — история, наука, философия, литература… Мой взгляд остановился на небольшом томике в кожаном переплете. Я вытащила книгу, ощущая приятную тяжесть в руках.
С книгой в руках я устроилась на широком подоконнике, как делала это дома тысячи раз. Подтянув колени к груди и прислонившись спиной к оконной раме, я открыла книгу и погрузилась в знакомые с детства стихи.
Не знаю, сколько времени я провела, погрузившись в чтение, но внезапно краем глаза уловила какое-то движение. Подняв взгляд от страниц, я заметила незнакомую женщину, идущую по гравийной дорожке от ворот к особняку. Она двигалась неторопливо, с достоинством, присущим людям преклонного возраста. Ее седые волосы были аккуратно собраны в строгий пучок, а прямая спина и высоко поднятая голова говорили о внутренней силе, которую не смогли согнуть годы.
Я с интересом наблюдала, как одна из прислуг вышла ей навстречу. Через закрытое окно я не могла расслышать их разговор, но по напряженной позе служанки и жестам было ясно, что незнакомку не ждали и, возможно, даже не хотели видеть. Однако было что-то в этой женщине — в ее спокойной уверенности и мягком, добром взгляде — что заинтриговало меня.
Захлопнув книгу, я быстро спустилась вниз, движимая внезапным любопытством и странным предчувствием, что эта встреча важна. Когда я вышла на крыльцо, то услышала, как домработница, сцепив руки перед собой, говорила с едва скрываемым раздражением.
— Я уже сказала вам, мадам, мистера Рейнфильда сейчас нет дома. Я должна попросить вас уйти.
Пожилая женщина стояла спокойно, ее лицо, изрезанное морщинами, выражало терпеливое ожидание, но в глазах светился непоколебимый дух.
— Я подожду, — просто сказала она. — Арло должен услышать то, что я пришла сказать.
— Боюсь, это невозможно, — настаивала домработница, повышая голос. — Мистер Рейнфильд дал строгие указания насчет посетителей, и вы…
Я не могла больше оставаться в стороне и поспешила к ним, чувствуя странную необходимость заступиться за эту женщину.
— Все в порядке, Марта, — обратилась я к домработнице, которая от неожиданности моего появления вздрогнула. — Я могу принять гостью.
Марта выглядела растерянной, не зная, как поступить. Она переводила взгляд с меня на незнакомку и обратно, явно борясь между моим распоряжением и страхом перед гневом Арло.