Мой парень - эльф

Коротаева Ольга

— Стой, — опешила я и покачала головой, не веря, что неразговорчивый мужчина — оборотень. — Быть не может! Шиахванцы — высокие качки, а Киес худой, как книжная полка.

— Если Арк высок и мускулист, как и его отец, это не значит, что вся раса выглядит подобным образом, — коротко усмехнулся эльф и приподнял бровь: — И твоя подружка Меа не подходит под твоё описание оборотней.

— Ты прав, — стушевалась я и, опустив взгляд на яйцо, аккуратно разместила его в «гнезде», сооружённом Шандатилем из попавшихся под руку

свитков. — А ты хорошо запомнил моих друзей.

— Себе я память не стирал, — шутливо отозвался парень и, усевшись, опёрся о стол. Внимательно осмотрел яйцо. — Оно давно молчит?

— Я же говорила. — Вздохнув, я упала на стул рядом с эльфом и уронила голову на руки. — Я даже начала скучать по ворчанию Липучки. Но мне казалось, ему приятно получать мою эгру.

— Это так, — медленно кивнул Шандатиль и царапнул аккуратным ногтем поверхность скорлупы. — Твоя эгра вкусная.

— Тогда почему это случилось? — простонала я и, посомневавшись, всё же задала опасный вопрос: — Может, из-за дроу? На занятии он прикоснулся ко мне, и я сжала яйцо. Может, в волнении сделала это слишком сильно…

— Нет. — Голос эльфа показался мне резким, и я замолчала.

Конечно, ему неприятно видеть дроу, слышать о них, но нужно же понять, что с Липучкой? Впрочем, Шандатиль тут же добавил мягче:

— Всё в порядке, Кити, не волнуйся. Происходит то, чего я так давно ждал.

Я втянула воздух и затаила дыхание. Кити?! Он назвал меня ласково? Тут же захотелось придвинуться поближе и прижаться к парню, но я сжала пальцы в кулаки, заставляя себя оставаться на месте. Голос мой дрогнул от напряжения:

— Тогда почему скорлупа больше не светится?

— Смотри, — шепнул эльф, и я перевела взгляд на яйцо.

По светлой поверхности проскользнула вторая трещинка, затем ещё одна. А затем расширилась, растекаясь по всей поверхности сеткой мелких щелей. Миг, и послышался лёгкий треск. Скорлупа осыпалась, явив взору того, кого я так опрометчиво назвала Липучкой.

Глава 32

Золотистая чешуя существа была такой мелкой, что казалась произведением лучшего королевского ювелира. Она украшала изящное тельце и к тонкому хвостику становилась неразличимой, слепя блеском. Конусовидные наросты на удлинённой мордочке казались очаровательными рожками. А когда Липучка расправил нежные полупрозрачные, будто сотканные из паутины, солнечного света и радуги крылья, я ахнула:

— Это же дракон!

— Сама ты дракон, — неожиданно подал голос Липучка. Существо ещё даже глазки не открыло, а уже принялось ворчать. — Они же огромные! И яйца тоже не мелкие.

— Миниатюрный и очень милый дракоша, — добродушно поправилась я, любуясь невероятным зрелищем.

— Насчёт милого я бы поспорил, — вмешался эльф. — Да и на ящерицу похоже больше, чем на дракона. А крылья словно от бабочки.

— Сам ты бабочка, — ещё сильнее оскорбился Липучка.

—

Так кто же ты? — спросила я.

— Мне откуда знать? — Характер Липучки не изменился ни на каплю. — Я же не могу видеть!

— Глаза открой, — с лёгкой долей ехидства посоветовал Шандатиль.

Липучка приоткрыл пасть с мелкими зубками, явно намереваясь ответить колкостью, но замер. Медленно, с явным трудом он приоткрыл один глаз, который оказался ярко-алого цвета и сверкал, будто драгоценный рубин, затем второй. И замер без движения.

— Свет… — просипел Липучка. — Вот он какой! Красивый, яркий, приятный… Совсем как эгра Кити.

Я смотрела на существо и в умилении следила, как Липучка осматривается, касается тонким раздвоенным языком бумаги свитков, осколков скорлупы, будто жадно изучает мир всеми доступными способами.

— Ты как? — заволновалась за питомца. — Ничего не болит? Глаза не режет? Не холодно?

— Есть хочется, — тут же отозвался Липучка и облизнулся.

— А чем тебя покормить? — поинтересовалась я. — Драконы мясо едят, но ты такой маленький… Может, сбегать в столовую и спросить немного фарша?

— Или попробовать дать ему немного эгры, — невозмутимо заметил эльф.

— Но он же вылупился, — засомневалась я и, решив всё же испытать старый метод, простёрла над крылатой ящеркой ладонь. — О эгра! Он же совсем крошка. Размером чуть больше моего кольца. А что, если я наврежу?

— Не попробуешь — не узнаешь. — Эльф следил за нами с явным интересом.

— Эй! — испуганно пискнул Липучка. — Что значит «наврежу»? Не надо «наврежу»!

— Есть хочешь? — уточнил Шандатиль.

— Давай, — обречённо зажмурился крошечный дракончик.

Я очень медленно, осторожно выпустила совсем чуть-чуть эгры, и сила влилась в существо. Дракончик тут же засветился так, что пришлось отвести взгляд, словно в глаза ударил солнечный зайчик. Сжав пальцы в кулак, я убрала руку и спросила:

— Ну… как?

— Ещё! — потребовало существо. — Вкусно!

Я улыбнулась и уже без опаски влила в Липучку столько же магии, сколько давала раньше. Когда свечение стихло, отметила:

— Мне кажется, или Липучка чуть подрос?

— Дайте зеркало! — всполошился дракончик.

Покопавшись в сумке, я выудила маленький серебристый кругляш и осторожно поставила перед Липучкой так, чтобы он увидел себя целиком.

— Какой красивый! — искренне восхитилось существо, изгибаясь и помахивая то крылышками, то хвостиком. — Легенды не врут. Дары Древа жизни прекрасны!

Налюбовавшись собой, он посмотрел на меня и задумчиво проговорил:

— Судя по всему, я действительно похож на дракона, но в истории не было упоминания о подобных карликах.

— Всё же ты права. — Эльф расставил длинные изящные пальцы так, будто измерял длину тельца Липучки. — Он немного увеличился в размере.