Мой парень - эльф

Коротаева Ольга

— Со всеми спорю, — отрезала я и улыбнулась. — Полемика входит в курс обучения будущих магентов, не знали?

— С удовольствием готов обсудить это с вами, — хмыкнул корэл и подался вперёд, — после уроков.

— Простите, учитель, — едва не рассмеялась я. — Подобное общение вне правил этики. Учитель и ученица не могу встречаться вне учебной программы.

Ха! Судя по озадаченной физиономии, этот раунд за мной. А я, не желая останавливаться на достигнутом успехе, повернулась к Райли.

— Думаю, мы уже выяснили, что экран не

моя сильная сторона, поэтому…

— Защищайся, Кэт-рин, — сухо перебил меня дроу.

— Что? — растерялась я.

А белобрысый кивнул Райли, и тот, шепнув «прости», выпустил эгру. Я едва успела выставить призрачный щит, который вот-вот уже готов был лопнуть. Застонала от усиливающейся боли, а дроу громко произнёс:

— Как вы видите, экран ведентки Кэт-рин хлипкий и не выдержит больше десяти вдохов. Этого мало, чтобы магент получил помощь боевика. На поле битвы она умрёт, если…

Он выдержал паузу и обернулся, будоража меня странным взглядом.

— Если? — не выдержала Оливия. — Что, учитель? Как магент может себя защитить?

— Примерно так.

Дроу шагнул ближе и, положив ладони поверх моих, повернул руки под определённым углом. Удивительно, но эгра неожиданно полыхнула, и экран не только стал чётким и плотным, но и отбросил нападение Райли.

Веденты ахнули как один. Райли недовольно нахохлился:

— Нечестно! Вы влили свою эгру.

— Нет, — возразил Далграназ. — Это маленькая хитрость усиления защитного экрана. Я лишь показал Кэт-рин, как это сделать. Хотите знать?

— Да! — наперебой загалдели веденты.

Я же пыталась осознать, что произошло. Внутренне как бы осознала, но до головы ещё не дошло. В растрёпанных чувствах сунула руку в карман и обомлела, ощутив кончиками пальцев трещину на гладкой поверхности скорлупы.

Глава 31

Весь оставшийся урок я стояла за спинами боевиков и, опустив голову, не реагировала ни на замечания Далграназа, ни на его насмешки. К эгре полемику! У меня сердце было не на месте от случившегося. Закрыв глаза, я осторожно ощупывала трещинку и, потихоньку вливая в яйцо силу, молила всех эльфийских богов, чтобы Липучка выжил.

Оливия, построив своих однокурсников стеной, защищала меня, как королеву на поле боя, не давая учителю даже приблизиться, и дроу оставалось лишь пытаться задеть меня словами. Его старания разбивались о скалу моей тревоги, мысленно я уже была в библиотеке, где меня ждал Шандатиль, и показывала ему яйцо.

Вынуть его сейчас, в присутствии Далграназа, я не могла. А вдруг оно повредилось именно потому, что дроу коснулся моей эгры? И что будет, если кэрол увидит Липучку? Узнавать не хотелось, не стоит забывать, что тёмные и светлые — кровные враги, а кажущийся мир шаток даже на земле магентов.

Особенно на земле магентов!

Напряжение нарастало, у меня уже дрожали поджилки, а нервы накалились до предела, когда до меня дотронулась Оливия. Подруга безошибочно ощутила, что со мной происходит, и решительно выступила

вперёд.

— Кэрол… э… Дал-гра-наз! — тщательно выговорила она. — Кэтрин нехорошо, она так побледнела. Прошу, отпустите её к целителю. Я провожу.

Боевики расступились, открывая меня взгляду дроу, и тот с интересом всмотрелся в моё лицо. Видимо, выглядела я действительно неважно, потому как Далграназ хищно усмехнулся и без капли сочувствия заявил:

— Отправитесь, как закончится занятие. Когда окажетесь на поле битвы, вас никто не отпустит припудрить носик. Если только полежать пару-тройку лет в удобном гробике.

Я вздрогнула и посмотрела на учителя исподлобья. Не потому, что он отказался отпустить нас, — царапнуло нервы слово «когда». Оговорка ли это или дроу намекнул, что они собираются напасть? Подобралась, действительно чувствуя надвигающуюся опасность, и сузила глаза, рассматривая тёмного.

— Но… — попыталась возразить Лили.

— Подойдите ближе, — холодно потребовал дроу. — Нападайте на Джессику.

— Не надо нападать, — несчастно всхлипнула девушка.

Едва время вышло, я бросилась к зданию академии с такой скоростью, что обогнала бы и Азуна… На земле, разумеется, где драконы не особо поворотливы. В воздухе я не сумела бы посоревноваться даже полётом вниз. Проверено многократно за те неловкие падения, когда ещё училась летать верхом, а моему дракону приходилось каждый раз ловить незадачливого ездока.

Услышав мои шаги, Шандатиль поднял голову, отвлекаясь от одной из книг. Глаза его радостно заблестели, но тут же сузились. Эльф, заметив моё волнение, рывком поднялся, стул с грохотом упал на пол. Мой парень легко, будто взлетев, перепрыгнул стол и спружинил рядом со мной, окутывая объятьем рук.

— Тебя обидели?

В голосе его зазвенела такая сила, что у меня мурашки по загривку побежали. Взгляд его метнулся к окну, за которым виднелось тренировочное и лётные поля. Я ощутила, как напряглось тело эльфа, как участилось его дыхание, и, изумившись несвойственной светлым буре чувств, поспешила успокоить:

— Я в порядке. Но, — высвободившись из кольца его рук, бережно выудила из кармана яйцо, показала Шандатилю трещинку, — кажется, Липучка пострадал.

Эльф наклонился и, изучая яйцо на моей ладони, мимолётно улыбнулся, вновь заставляя сердце биться чаще при виде посветлевшего лица парня.

— Вот оно что, — протянул он.

— Оно… что? — с трудом отводя взгляд от губ эльфа, встревожилась я. — Так и должно быть или это очень плохо?

— Скоро узнаем, — таинственно ответил Шандатиль и осторожно увлёк меня к одному из столов. — Хорошо, что сейчас библиотека пуста…

— Ещё бы! — нервно хмыкнула я. — Занятия давно закончились, кто хотел взять книги, уже сделал это. — Оглянулась в поисках библиотекаря. — А где Киес?

— Оборотень? — машинально переспросил он и пожал плечами. — Ушёл куда-то. Шиахванцам некомфортно в присутствии эльфов…