Московский лабиринт
Шрифт:
В соседнем дворе – солнце и день.
– Артё-о-ом! – Мне кажется, что мой голос такой слабый. Но доктор смотрит на меня, болезненно морщась.
А в следующую секунду во всём квартале начинается ад. Взрывы гремят справа и слева. Тучи пыли и дыма окончательно гасят солнце. Валятся обломки бетона, падают с неба кирпичи, свистят осколки, а мы бежим, бежим, сами не зная куда, лишь бы вырваться из каменной и стальной бури…
– Сначала долбанули по сигналу «мыльницы», а теперь по площадям «работают»! – хрипло выкрикивает Грэй на ходу.
Я отчётливо слышу каждое слово. Звона в ушах почти нет. Но к чёрту все объяснения… Всматриваюсь, пытаясь сквозь тёмное марево различить хоть какой-то намёк на человеческие фигуры… Где остальные наши? Где Артём?
Доктор тащит за собой. А земля под ногами – какая-то вёрткая, живая. Вздрагивает, так и норовит выскользнуть из-под тебя. И ноги почему-то заплетаются… Если бы не Грэй, я бы точно свалилась в неожиданно возникшую канаву.
Влад и его товарищ бегут рядом. И как-то странно оглядываются на меня.
– Мы почти успели, – бормочет доктор, – почти… Через оцепление… Можно проскочить.
Взрывной волной нас отшвыривает назад.
Ползём, вжимаясь в землю, перебираясь через вздыбленный асфальт.
Съезжаем в огромную воронку. Здесь чуть безопаснее. Только склоны воронки едва заметно вращаются. Так, что комок подкатывает к горлу… Нет, это не с воронкой. Это со мной…
Закрываю глаза. Будто волны колышутся… Красноватый океан… Океан внутри меня…
– Таня…
Чуть поворачиваю голову. Лицо Грэя – встревоженное. Наверное, вид у меня не особенно здоровый.
– Я в порядке…
Он молча кивает и опять лезет в карман за «мыльницей»:
– Посмотрим, что удалось скачать…
– Не надо, – говорит Влад. – Маршрут и пароль в оцеплении я запомнил. Будем уходить.
– Прямо сейчас?
– Это ж точечный удар, – пытается улыбнуться лейтенант. – За два квартала – уже спокойнее…
– Восемьдесят с лишним человек… Все забились в щели… Влад, ты ведь их даже не соберёшь.
– Соберу. Они – там… Там спокойнее.
– Надо выждать…
– Чего? Отработает авиация – пришлют «вертушки» с десантниками. Тогда уж наверняка никто не уцелеет.
Лейтенант выплёвывает чёрную слюну:
– И вам тоже пора.
Я вздрагиваю, будто пробудившись:
– Артём… Без него нельзя.
– Пойдём к туннельной шахте, – ровный голос доктора. – Если Артём уцелел, туда же направится.
Влад первым оказался на краю воронки и вдруг закричал. Замахал рукой. Спустя пару секунд ещё несколько человек сползли к нам. Лысый математик и двое юношей.
– Где остальные? – спросил лейтенант.
– Не знаем… – Лица у всех троих были виноватые.
Только Влад и не собирался их упрекать:
– Молодцы, оружие не потеряли… Уходим в сторону автодорожного института.
– Погоди. Мы же не бросим наших?
Лейтенант
Но тут и без высшей математики было ясно. Ждать тишины нельзя. А заниматься поисками, когда по кварталу молотят ракетами, – развлечение для самоубийц. Тем более что, может, и искать-то уже некого…
Я приподнялась.
Красные волны колышутся внутри…
Нет! Я должна… Я смогу…
Меня опередили.
Второй «переговорщик», молчаливый, угрюмый на вид парень, вдруг подал голос:
– Влад… Я мотнусь?…
– Ты мне живой нужен.
– Я по-быстрому. Если им кранты – может, хоть автомат исправный найду.
За торцом ближайшего здания рвануло. Нам на голову сыпалась кирпичная крошка. Лейтенант поморщился, отряхивая белый ёжик волос:
– Боксёр, мы не можем ещё и тебя искать…
– А вы и не ищите. Маршрут я знаю…
– Ладно. Давай, – чуть кивнул Влад.
Боксёр перебрался через край воронки, скрылся в дыму…
Громыхнуло где-то впереди. Ещё… Мы вжались в землю. Сквозь серую пелену прорезался алый цветок огня.
Я заметила, как что-то мелькнуло в глазах лейтенанта. По-моему, он уже жалел, что согласился.
Чего я медлю?!
– Я тоже иду.
Дёрнулась, вставая, но Грэй крепко поймал меня за куртку:
– Не надо… Ты и так сделала всё, что могла…
Как командир нашего крохотного отряда, он не мог рисковать. Я была его последним резервом. И, наверное, самым ценным снаряжением.
Но я не снаряжение!…
– Нельзя успеть везде, Таня.
Прильнула к вёрткой, живой земле, вцепилась в неё пальцами…
И всё-таки, он прав. Толку от меня сейчас мало…
Закрыла глаза.
Проклятый океан внутри меня никак не желал успокоиться…
Артём невредим и дойдёт… Я в это верю. Должна верить.
– Не ждём. Уходим, – повторил Влад Ерёмин. Будто сам себя уговаривал.
Мы перебежали метров двадцать. Упали в какую-то канаву. Опять рвались ракеты. Словно невидимый великан железным кулаком лупил по домам, швырялся огнём и смертоносными осколками… Злобный, подслеповатый великан. Он искал нас, но мы были слишком малы. Словно муравьи, ускользавшие из-под его тяжеленных башмаков. Всё, что ему удалось, – рассечь Грэю бровь. А одному из юношей пробило рукав. Но кожа – едва задета. Пока муравьям везло.
Добрались до сквера. Того самого, где Грэй спрятал «трофейный» автомат. Несколько кустов и дерево – аккуратно срезаны, будто лезвием. А «калаша» нет. Только дымящаяся воронка на том месте.
– Оружие успели забрать, – пояснил Влад.
Громыхало уже где-то в стороне, а мы лежали рядом на густой траве. Намного удобнее, чем на остром кирпичном крошеве. Почти пикник у обочины.
– Дальше нам в разные стороны, – сказал лейтенант. И пристально посмотрел на меня и Грэя. Будто запоминал.