Море соблазна
Шрифт:
Дивон на секунду оставил ее губы, чтобы провести влажный след к бархатному изгибу ее шеи, и девушка, в порыве сладкого безумия вцепившись в спутанные черные волосы, Задышала прерывисто и тяжко; вздох, вырвавшийся на этот раз из ее набухших губ, был глубок и страстен. Тело ее, подчиняясь какому-то сверхчеловеческому порыву, выгнулось, приподнявшись с земли в стремлении к еще более полному слиянию с его телом.
И когда оно пришло, – преодолев нескончаемые слои ткани, Дивон стиснул смуглыми пальцами затвердевший сосок, – Фелисити, уже не помня себя, громко застонала.
Капитан
Снова положив ладонь ей на грудь, Дивон почти с восхищением почувствовал, как тут же требовательно ткнулся ему в руку закаменевший сосок. У него было много женщин но еще ни одна не реагировала на его ласки столь быстро с таким самозабвением. Возможно, просто еще ни одна из его партнерш не обладала таким опытом, как эта шпионка, а уж опытных дам у капитана Блэкстоуна было в избытке.
Медленно и с неохотой Дивон заставил свое тело послушаться команды разума, никогда не дремавшего в эти тяжелые времена, – и оторвался от девушки. Руки ее судорожно вцепились ему в шею, пытаясь притянуть снова к себе, и Дивон едва удержался от этого соблазна. Лишь уверенность в том, что это, как, впрочем, и все действия милейшей мисс Уэнтворт, только игра, заставили его, уже было забывшего про грязь и кишащих вокруг янки да и вообще про всякую на свете войну, вернуться к действительности.
Он поцеловал ее всего лишь потому, что, видимо, ей этого хотелось – или же она просто нуждалась в ободрении после только что перенесенной опасности; это был всего лишь один равнодушный поцелуй, который никак не должен был вызвать такой взрыв страсти и, как следствие, такую потерю контроля над самим собой. А капитан гордился тем, что может контролировать свои действия, ничуть не меньше, чем той видимой легкостью, с какой это ему удавалось.
Внимательно посмотрев на темно-рыжие ресницы, прикрывающие пылавшую в синих глазах страсть, Дивон решился подвергнуть ее испытанию. Он улыбнулся той ленивой и холодной улыбкой, которая сводила с ума определенного сорта дам, и медленно завел руку под юбки. Это было с его стороны почти ошибкой, ибо после посягательства на ту часть тела, которая была спрятана там, остановиться было уже практически невозможно.
Он слегка засмеялся, оценив себя со стороны, но женщина под ним даже не заметила этого, глаза ее, до сих пор вожделеющие, вдруг резко сузились. Дивон задержал плавное движение руки. Тогда в глазах появилось какое-то разочарование, но от чего – от происходящего или, наоборот, от заминки в происходящем, – он определить так и не смог. Зато в этот момент он однозначно решил для себя, что Фелисити Уэнтворт будет его любовницей, вне зависимости от того, шпионка она или нет. Уж он сумеет выбрать место
Впрочем, не сейчас и не здесь. В глазах Фелисити засверкала почти ярость, когда капитан спокойно убрал свою руку. – Я не думаю, что подобная идея хороша… для этого места, – внятно произнес он, поднимаясь на ноги и протягивая ей руку. Ее же отказ подняться даже не удивил уже Успевшего прийти в себя Дивона.
Идея не хороша для этого места! Фелисити даже обиженно заморгала. Что это он подразумевает под такими словами? Подобная идея была нехороша всегда и везде; идея даже целоваться с Дивоном Блэкстоуном, мятежником и блокадоломом, была наихудшей из всех возможных идей… Но почему же тогда она сделала это да еще и получила столь несказанное удовольствие?
Ибо даже сейчас, находясь на грани возмущения, Фелисити все еще никак не могла избавиться от чувственного восторга. Она тряхнула головой и вздрогнула, когда с волос ей на плечи посыпались комочки грязи.
– Посмотрите, что вы со мной сделали! – пробормотала она, по-прежнему не желая подниматься с земли. Но время шло, и ей ничего не оставалось, как, поправив волосы, встать на ноги и отряхнуть запачканные измятые юбки. – Не представляю, как вы могли затащить меня сюда! – Девушка прихлопнула огромного москита, надоедливо гудящего над ухом.
– Полагаю, что сие – меньшее из зол.
Фелисити сделала вид, что никаких поцелуев не было вовсе. Да, с ним было хорошо, но только на тот момент.
– Это ваше мнение, – проворчала она. – Не думаю, чтобы эти янки причинили нам какой-нибудь вред. В конце концов, мы же не мятежные солдаты! – И с этими словами девушка бросилась на штурм отвесного мокрого склона. Разумеется, она тут же соскользнула вниз, и проклятие, сорвавшееся с ее губ при падении, шокировало бы достопочтенного Иебедию Уэбстера. Дивон же Блэкстоун нашел его; весьма забавным.
Фелисити злобно посмотрела на него через плечо.
– Вы собираетесь мне помочь или нет?
– Будет лучше, если мы пройдем немного вперед вдоль ручья.
– И как долго? – девушка воздела руки, но все-таки поспешила за капитаном, не обращавшим на нее никакого внимания и двигавшимся прямо по кустам оврага.
– Но повозка осталась в другом месте! – настаивала Фелисити.
– Да она гроша ломаного не стоит без лошади!
– Которая, между прочим, была нанята на мои деньги. Зачем вы отпустили Персика!
– Персика?
– Да, я назвала ее именно так. – Фелисити презрительно оглядела капитана. – Должна же я была назвать бедную лошадку хоть как-нибудь.
Дивон недоверчиво покачал головой и продолжил путь, изредка останавливаясь, чтобы подождать Фелисити, выпутывающую платье из очередного куста.
– Ничего… Этот Персик был не настолько хорош, чтобы стать полноправным членом федеральной кавалерии.
Устав вытаскивать юбки, которые, благодаря оборкам, цеплялись за каждый куст, и видя, что помощи от капитана ждать не приходится, Фелисити без сожаления дернула кружева – раздался треск разорвавшейся материи, и шагать стало легче. Девушка вздохнула: