Монстры
Шрифт:
Мистер Баркер энергично помотал головой:
— Спасибо, не хочу. Обжигает утробу и раздражает нёбо. Где столовая?
— Первая дверь налево, — еле слышно пролепетала Кэролайн.
— Прекрасно. — Он быстро заковылял в указанном направлении, и вскоре до Кэролайн донеслись его довольные возгласы, когда он разглядел новые антикварные раритеты. Священнослужитель высунул голову из двери. — Дорогая леди, а вы знаете, что у вас подлинный буфет эпохи короля Иакова?
— Нет,
— А стол, по меньшей мере, ранней георгианской эпохи.
— Да что вы! — Кэролайн с надеждой посмотрела в сторону лестницы. — Простите, мистер Баркер, я отлучусь ненадолго.
— Разумеется, разумеется. Я хочу осмотреть камин. Занимайтесь своими делами, дорогая леди.
Кэролайн нашла Шеридана в гардеробной, где он прилаживал галстук-бабочку.
— Шеридан, пришел этот священник. Он чокнутый.
— Эксцентричный.
— Какой ни есть, но я не в состоянии с ним справиться. Он носится повсюду и осматривает мебель.
— Погоди, я освежу его память и объясню ему, кто теперь владеет всем этим.
Когда они вошли в столовую, мистер Баркер восседал за столом с салфеткой, заткнутой за воротник, и с голодным выражением лица. Он просиял, увидев хозяина, и вскочил на ноги:
— Да вы переоделись к столу, мой дорогой друг! Ну и ну, я даже не подозревал, что это до сих пор делается. Много лет не вынимал ни вечернего костюма, ни накрахмаленной рубашки.
— Добрый вечер, Баркер. — Шеридан слегка сжал преподобному руку и тут же выпустил. — Рад, что вы откликнулись на столь несвоевременное приглашение. Присаживайтесь. Грантли уведомил меня, что ужин готов.
И в тот же самый момент открылась дверь и дворецкий вкатил сервировочный столик, а сопровождающий его Марвин ловко принялся помогать отцу, составляя блюда на буфет. Мистер Баркер наблюдал за этой процедурой с живейшим вниманием:
— У вас первоклассные слуги, мистер Кроксли. Расторопные и диковинные.
— Похоже, они свое дело знают, — лаконично отозвался Шеридан.
Мистер Баркер заметил погромче, обращаясь к Грантли:
— Встретил вашего отца у ворот, Грантли. Выглядит бодрым и крепким.
Грантли проследил за тем, как его сын раскладывает ломтики охлажденной дыни по всем приборам, и только потом ответил:
— Неплохо для его возраста, сэр, благодарю вас.
— Надеюсь, что так. — Викарий попробовал кусочек дыни и одобрительно покивал. Подумать только, старик смотрится не хуже, чем двадцать лет назад.
Грантли отрегулировал пламя под нагревательным устройством, отвернувшись так, чтобы укрыться от острого взгляда старого священника.
— Вы очень любезны,
— Итак, Баркер, — Шеридан наполнил стакан гостя старым добрым кларетом, — полагаю, что вы не думали встретить меня в этом доме.
Священник отпил глоток вина и, с видимой неохотой отведя взгляд от Грантли, взглянул на хозяина с некоторым недоумением:
— Должен признаться, я вообще об этом не думал. По-моему, вы и ваша прекрасная супруга идеально соответствуете этому дому.
— Но, черт побери, — несколько уязвленно заметил Шеридан, — я ведь объяснил вам, кто я такой. Мой папаша, Джордж Кроксли, служил здесь пастухом. Я когда-то ходил в приходскую школу. Вы появлялись там по утрам каждую среду и обучали нас катехизису.
— Было, было когда-то. — Преподобный Баркер снисходительно улыбнулся. — Я уже давным-давно оставил это занятие. Сомневаюсь, что нынче я сам что-то процитирую из катехизиса. Боюсь, я вас не припоминаю. Отца вашего, правда, помню. Регулярно напивался каждую субботу.
— Ну так вот, теперь я здесь, — не отставал Шеридан.
— Да, теперь вы здесь. — Священник любезно покивал. — Ничего особенного в этом нет. Я имею в виду, что, если вдуматься, мы все не слишком благородного происхождения. Кто бы мог подумать, что потомство какой-то там обезьяны будет заправлять всем миром?
— Да, оно, конечно, так, но… — Шеридан попытался вернуть беседу в мирское русло, однако его преподобие уже оседлал любимого конька, и его не так-то легко было остановить.
— Должен сказать, что обезьяна — не самый лучший выбор. Несомненно, больше подошло бы семейство кошачьих. Они менее подвержены эмоциональному восприятию жизни…
— Грантли, — Шеридан бесцеремонно прервал рассуждения священнослужителя, — когда подадите первое, можете быть свободны.
— Хорошо, сэр.
Рослый, экзотического вида дворецкий с красавцем-сыном подали ростбиф, расставили тарелки с овощным гарниром поближе к Кэролайн и молча удалились. Преподобный Баркер проследил за тем, как они медленно закрывали за собой двери, а потом разразился целым потоком слов:
— Удивительно! Потрясающе! Очевидное-невероятное. На грани возможного. Вот именно, на грани. Годами об этом думал, но не смел поверить. Да простится мне недостаток веры.
Шеридан взглянул на жену и скорчил недовольную гримасу:
— Не понял, Баркер. Вы несете какую-то чушь.
— Но это факт! — На длинном морщинистом лице отражалось удивление. — Мне казалось, что для любого нормального человека это очевидно. Ах нет, вы ведь не изучали монстрологию.
— Повторите еще раз, — язвительно потребовал Шеридан.