Монохром

Харди Камрин

карман джинсов.

— Ладно. Неважно. Придумаю какую-нибудь душещипательную

историю по дороге, — сказал он. Подняв с пола свою кофту, он

закинул её себе на плечи, но одеваться как будто не спешил.

— Я тебя отвезу. Мы доедем быстро, — сказал Бернард, притягивая

Юэна к себе на колени и поглаживая ему пресс ладонью. Юэн не

сопротивлялся и покорно опустился на бёдра. Бернард поцеловал его

в ключицу и наклонился, чтобы лизнуть сосок,

но сделать это не

успел.

— Вынужден закрыть доступ к своему телу, — строго сказал Юэн, сложив крест накрест руки на груди.

— Какой-то слабый запрет, — приподнял бровь Бернард. — В таком

случае можно было просто одеться, но ты продолжаешь сидеть на

мне в полуголом виде.

— Потому что сейчас, — сверкнул глазами Юэн, опустил руки

Бернарду на плечи и припечатал его к спинке дивана, — моя очередь

тебя целовать, просто меня возмутительно прервали.

— Не помню, чтобы мы согласовывали почасовой план-график.

Запустив пальцы Бернарду в волосы и мягко массируя голову, Юэн в

каком-то животно-чувственном порыве поцеловал его, игриво лизнув

языком губы. Кажется, его кофта снова упала, но это было так

неважно сейчас…

Бернард провёл ладонью вдоль его позвонков, погладил уголки

лопаток и опустился ниже, немного оттягивая пояс джинс. Юэн

откинул голову и прогнулся в пояснице. Вопреки каким-то там

нелепым запретам, Бернард всё-таки добрался до его груди и

принялся покрывать Юэна поцелуями.

Однако это продлилось недолго. Они снова увлеклись. Был велик

соблазн продолжить, тут на их любимом диване, но Бернард нашёл

силы и отстранился.

— Так мы едем или нет?

— Куда? — потерянно спросил Юэн и непонимающе захлопал

глазами. Взгляд его стал вдруг испуганным. Юэн вскочил, словно его

снова ужалили в самое мягкое и чувствительное место, и подхватил

упавшую кофту. — Второй раз. Второй раз подряд я ведусь на твои

штуки.

— Какие «мои штуки»? — усмехнулся Бернард. — В первый раз ты

сам на меня залез.

— Почему надо одеваться, когда я хочу раздеваться… — жалобно

простонал Юэн, натягивая кофту.

Бернард поднялся и приблизился к нему, обвивая руками за пояс.

— Нет, Берн. Предлагаю не касаться друг друга, иначе я не попаду на

работу и меня уволят.

— Да ладно тебе, — Бернард обнял его, прижимая к груди.

— Я держусь. Берн в полуголом

виде обнимает меня. Я держусь.

— Продолжим, когда вернёшься с работы, — Бернард погладил его по

голове, чуть взъерошившая волосы, и отдалился. — Не забудь

телефон и можешь уже выходить. Машина прогрета, так что

выезжаем.

***

Закон Мёрфи, по которому как будто следовала вся жизнь Юэна, гласил: если что-то может пойти не так, оно пойдёт не так.

Конечно же, он в итоге опоздал на работу и даже не успел толком

попрощаться с Берни, лишь чмокнул в щёку его на прощанье.

В клубе в этот вечер творился настоящий первозданный хаос.

Во-первых, вне плана пришли из проверяющей инстанции по поводу

пожарной безопасности, и Юэну пришлось долго с ними

дискутировать и ругаться. Во-вторых, почти сразу как проверяющие

ушли, в клубе произошло короткое замыкание и едва не начался

пожар. Юэн оперативно со всем разобрался и вызвал необходимых

специалистов, однако из-за этого открытие клуба пришлось

перенести. Посетители, понятное дело, были недовольны, но ближе к

середине вечера позабыли и успокоились. Перед закрытием

стандартно случился инцидент: двое подвыпивших парней сцепились

в драке. Юэн только великим усилием воли сдержался, чтобы не

утихомирить их своим привычным способом, пришлось обуздать

порывы и вышвырнуть их за шкирку из клуба. Эйс пообещал

подвезти его после работы, но внезапно проколол шину, и Юэну

пришлось брать такси, потому что уже было слишком поздно для

поезда или автобуса. Берни трудился над заказами в своей бывшей

комнате, но спустился встретить Юэна. Юэн был злой как бешеная

собака и не хотел, чтобы Берн видел его таким, поэтому сказал, что

для общей безопасности поужинает в одиночестве. На этом неудачи

не закончились. В душевой кабинке сломался кран, и Юэн полчаса в

голом виде пытался его починить. Лишь благодаря большому

количеству ругательств, он справился и наконец помылся.

Когда Юэн поднялся в спальню, Берн лежал на кровати, но сразу

зашевелился, как его увидел.

— Ты так ругался в ванной, что мне было страшно заглядывать туда.

— И правильно, — кивнул Юэн, садясь на край кровати. — Сегодня

просто ужасный день.

— Сильно устал?

— Я так раздражён, что готов как минимум минут десять бить стену.

Бернард подобрался сзади, выпрямляя ноги по обе стороны, заботливо обвил Юэна руками и прижался грудью к его спине.