Мое чужое сердце
Шрифт:
— А почему через год? — не могла уняться девушка.
— Потому что первый год всегда самый сложный. Правда, любимая?
Стася еле удержалась, что бы не треснуть Шамрова. Ты посмотри, какой умный! Стрелочник.
— Правда. Ооочень многие разрывают отношения. Не выдерживают бремени верности, постоянного пребывания дома, контроля, поедания борща под ревностные взгляды и прочих розовых соплей.
Влад понял, что это камень в его огород. Стоило ответить.
— Да-да, относительно верности ты правильно заметила. С ней и в первые дни не все справляются, начинают спать
От такого заявления Стася вообще офигела. Что он несёт?
— Знаешь что?
— Что?
— Больно ты много знаешь, как и что должно быть. Ты случайно до меня женат не был? Откуда такие познания?
— Я слишком наблюдательный, — насмешливо посмотрел в её сторону, — к сожалению.
Сцепились взглядами. Позабыли обо всем. Никто не хотел уступать и каждый чувствовал за собой правоту. Влад не мог простить, что его ослушались буквально в первый же день. Стася — что её жизнь полностью под контролем. Пока будут эти нестыковки — они не смогут существовать в мире.
Он не мог даже представить, что к ней кто-нибудь прикоснется. Мозг тут же начинал выворачиваться наизнанку, от одной только мысли о Стасе в подобном ключе. И сам при этом испытывал такое влечение, что жилы звенели от надрыва.
Она сходила с ума, засыпая одной на огромной кровати и мучаясь от неизвестности. Больше всего убивало то, что предъявить ничего не могла. Не имела права. Кому она что предъявит? Мужчине, пришедшему на помощь из чисто человеческих соображений? Бред. Да она, если уж на то пошло, должна сидеть смирно и тихо сопеть в две дырки, а не фыркать и бодаться, высказывая недовольство. Было бы проще, не имей она чувств к нему. Безответных, судя по всему.
— Вы действительно ведете себя как молодожены, — изумленно произнесла Нина, — и признаюсь, стоите друг друга.
Улыбнувшись, Стася бросила беглый взгляд на Шамрова. Он тоже улыбался. От этого перехватило дыхание. Сразу бросило в жар. Пришлось опустить стекло и впустить немного прохлады.
После этого повисла тишина. Хвала небесам. Некоторое время ехали молча. Потом Стася повернулась назад и увидела, что сестра развалилась вдоль кожаного сиденья и умиротворенно посапывала. Наступило долгожданное спокойствие, хотя бы внешне.
— Такой она мне нравиться больше, — кивнул в сторону спящей девушки Шамров и потянулся к бардачку в поиске сигарет. Какое же его ждало разочарование, когда обнаружил на месте вчерашней пачки пустоту. Придется заехать на показавшуюся вдалике заправку.
— Мне тоже, — с улыбкой согласилась Стася.
Каджар въехал на территорию АЗС и Шамров кивнул в сторону маркета:
— Если хочешь, можешь выйти, размять ноги. Я скоро вернусь. Тебе что-нибудь купить?
Стася отрицательно покачала головой и проследила за мужем, отметив про себя, что в светло-голубых джинсах и свободном темно-синем свитере он выглядел непривычно: просто и в то же время стильно. Пока он покупал сигареты и пил кофе, она тоже выпорхнула из салона и с удовольствием прошлась по территории.
Осталось не так уж и много. Каких-то полчаса и она сможет посмотреть в родные глаза и объясниться.
Влад закурил, стараясь выдыхать в сторону, чтобы слабый ветерок подхватил сизый дым и унес как можно дальше от подошедшей Стаси. Смотрел на неё и думал о том, что ей впору ходить на свидания с одногодками, принимать подарки, знаки внимания, цветы и прочие безделушки, радоваться нормальным отношениям, дарить любовь и быть любимой взамен. Но никак не быть жертвой стечения обстоятельств, подписать себя на брак с незнакомым человеком и сейчас тревожиться от предстоящих объяснений с родной матерью, словно совершила страшное преступление.
— Волнуешься? — его действительно беспокоило её состояние.
— Немного. А ты? — несмело посмотрела на сосредоточенное лицо и в который раз удивились его способности справляться с эмоциями. Никогда не поймешь, что твориться на душе, если он этого не захочет.
— Не-а. Мы не сделали ничего плохого или бессовестного. Я уверен, твоя мама всё поймет, ей всего лишь нужно время. Вот увидишь, всё будет хорошо. И не забывай, в этом вопросе ты не одна. Расскажем ту же историю, что и всегда, главное — непереусердствовать.
Стася согласилась с услышанным. Мама у неё весьма чуткая и сразу вычислит неискренность.
Но чем ближе подъезжали к небольшой деревне, вначале которой находился дом, тем сильнее переживала. Не только от предстоящего разговора, а и от встречи с бабушкой. Ведь так давно не виделись.
Нина проснулась буквально у самого финиша и теперь поникшим взглядом смотрела в окно. Её тоже напрягала данная ситуация и сейчас хотелось поскорее оказаться в материнских объятиях и наконец почувствовать себя маленькой девочкой, которой она, не смотря двадцатилетие и была до сих пор.
Мамы нужны в любом возрасте. Сколько бы лет нам не было: десять, тридцать или пятьдесят. Мы стремимся поскорее вырасти, выпорхнуть из родительского дома, начать самостоятельную жизнь или обзавестись собственным уютным гнездышком, но всегда, как бы не сложилась наша жизнь, мама продолжает играть в ней важную роль. Бывает, по прошествии времени, сталкиваясь с теми или иными трудностями, мы любим вспоминать, как хорошо было быть маленькими. Не только из-за беззаботного детства. А ещё и потому, что с нами была мама. Ошибочно думать, что они в нашей жизни навсегда. Что не стоит спешить к ним по каждому поводу. Что всё успеется. Нет… К сожалению, нет. И пока есть возможность всё исправить, вернуть в прежнее русло — стоит ею воспользоваться.
Машина остановился у невысокого деревянного забора.
Стася вышла из неё и остановилась в нескольких метрах от калитки, пропустив вперед визжащую от радости сестру. Она пронеслась мимо, зацепив ветку старого ореха, и скрылась из виду в большом кирпичном доме. Вот бы и ей так. Но не имела подобного права. Так и осталась стоять, остро реагируя на приближения Шамрова. Он подошел сзади, положил руки ей на плечи, пытаясь поддержать и, зарывшись лицом в густые волосы, тихо произнес:
— Я с тобой. Не забывай об этом.