Мистер Икс

Страуб Питер

Я кивнул.

Эдисон нацелился темными стеклами очков на Лори:

– Если вы не хотите, миссис Хэтч, можете не слушать.

– С этого самого момента, Макс, вам удастся прогнать меня только кнутом.

Он улыбнулся и развернулся к нам лицом Положив руки на стол, он сплел пальцы.

– В каждом городе размером с Эджертон есть свой Контролер. Он может сообщить вам, куда идти, если вам что-то надо, и имя того парня, который вам поможет это самое достать.

– Очень полезный тип, – сказал я.

– Контролер – он как почтовое отделение. Его линии работают на передачу.Назад и вперед по этим линиям бежит информация.И

нужно очень быстро крутиться и постоянно кого-то «подмазывать». Потому как за тобой не ослабевает пристальное внимание кое-каких людей.

– Полиции?

Он покачал головой:

– Тех, кто всегда держит руку на твоем пульсе. Им совсем не надо, чтобы ты попал за решетку, они хотят, чтоб ты постоянно был у них под рукой, готовый исполнить их прихоти.

– Что это за люди? – спросила Лори.

Расцепив пальцы, Эдисон положил ладони на стол, поднял голову и посмотрел на высоченные буки.

– Примерно через год после того, как я начал подрабатывать у Тоби, один придурок по имени Клотард Спилвин зашел к нему в контору. Его звали Суконной Башкой, потому как с головой он и вправду не дружил. Он был черный, со светлой кожей, но сукин сын еще тот. Простите, миссис Хэтч.

– Ничего.

– Благодарю вас. Суконная Башка сказал: «Макс, ты больше здесь не работаешь. Тебя хочет видеть один человек». Я позвал Тоби. «Кому эта дурь пришла в голову? Уйдет он, уйду и я, – сказал Тоби. – Не дергайся, я все улажу». Он проводил нас через кладовку и отворил дверь черного хода. Длиннющий «кадиллак» стоял в переулке. Темно-синий. Такой блестящий, что мог бы осветить переулок, случись вдруг лунное затмение. Суконная Башка дал мне ключи и говорит: поезжай на север, на старое шоссе номер четыре. Сразу за чертой города он указал придорожную гостиницу. Место было пустынное, один только какой-то головорез сидел с краешку за стойкой бара и кто-то еще – в дальнем конце. Этот человек и был моим новым боссом, мистером Эдвардом Райнхартом. Следующие семь лет, в любое время дня и ночи, я возил мистера Райнхарта туда, куда он велел.

– Ей-богу… – только и мог сказать я. Лори положила руки на колени и переводила взгляд с меня на Макса, как болельщик на теннисном матче. Когда изумление улеглось и вернулся дар речи, я пробормотал не менее идиотское: – Вот это да…

Эдисону не удалось полностью скрыть удовольствие от моей реакции на его рассказ:

– Как вы думаете, почему Тоби назвал вам мое имя? Не в состоянии больше сдерживаться, Лори выпалила:

– Ну, скажите же, каковон был, а?

Макс Эдисон выдержал паузу, дав чуть рассеяться туману в моей голове.

– Он был гангстером? – наконец выдавил я.

– А может, организованной преступности вообще не существует? Может, газеты все это выдумали? Но если она существует, можете ли вы стать преступником, если вы не итальянец? Или, еще лучше, не сицилиец? Мистер Райнхарт был человеком, работавшим исключительно на себя.

– Так чем же он занимался? – спросил я.

– Там, где существует Контролер, обязательно сыщется и Директор. И роль его, возможно, более значительна, чем у мистера Контролера. Однако мало кто подозревает о его существовании. Представьте на минутку, что вам случилось стать «авторитетом». В один прекрасный вечер вас приглашают в номер отеля. Креветки, ростбиф, цыплята – стол просто ломится. Бутылки всех калибров, много льда. Полумрак. Три-четыре таких же парня, как вы, уже здесь. Где-то в глубине комнаты – так, что вы не можете видеть его лица, – в удобном кресле расположился господин Директор. По меньшей мере один из гостей, кажется, знает его. Когда все расслабятся, господин Директор разъясняет, что с этого момента вы не вправе ступить ни шагу

без его команды. Треть своих доходов будете отдавать ему. Вы хотите покинуть помещение, но он начинает разъяснять выгоды и преимущества. Он покрывает все расходы. Понадобится приложить немало усилий, чтобы скрыть недостающую треть доходов. Затем он предлагает пару-другую дел – до того чистых, что трудности могут возникнуть лишь в том случае, если вас хватит удар в момент, когда вы уже держите в руках выручку. И в будущем светит немало таких дел, в которых комар носа не подточит. Как бы вы поступили?

– Попросил показать, где на документе место для подписи, – сказал я.

– Директором был Эдвард Райнхарт? – спросила Лори.

Эдисон стянул с носа темные очки и подался телом вперед. Его глаза были удивительно ясными, рыжевато-коричневыми с зелеными точечками, а белки – безукоризненно белыми.

– Разве я такое говорил? – Он бросил на меня лукавый взгляд. – Я такое говорил, а?

– Вы позволили нам строить собственные умозаключения, – сказал я.

Макс вернул темные очки на нос.

– Мистер Райнхарт не напоминает мне человека, способного написать книгу, – проговорил я.

Эдисон, опустив подбородок, взглянул на меня исподлобья. Я подумал, что он сейчас снова повторит свой трюк с очками.

– Какую книгу? – спросила Лори. – Ты ничего не говорил о книге.

– В коробке, которую отправила сама себе мама, вместе с конвертом и ключом была книга.

– Вы читали эту книгу? – поинтересовался Эдисон.

– Не успел. А вы?

– Мистер Райнхарт подарил мне экземпляр, но я потерял его давным-давно. Вы правы, он не похож на человека, который будет сидеть и писать книгу. Но мистер Райнхарт не делал ничего заурядного.И потом, примерно в то время, как вышла его книга, он удалился от дел. Иногда он вызывал меня, и я отвозил его туда, куда он велел, но в основном он предпочитал ходить пешком. Мистер Райнхарт говорил мне, что на него возложена какая-то миссия. Мистер Райнхарт любил повторять, что хотел бы, чтобы его рассказы открыли людям истинную правду об их мире.

– Он разговаривал с вами в машине? – спросила Лори. Эдисон ухмыльнулся:

– Куда я только ни возил за эти семь лет мистера Райнхарта! Устроившись на заднем сиденье того самого «кадиллака», он трещал без умолку. Будь мистер Райнхарт священником, его проповеди тянулись бы дни и ночи напролет.

Смех Эдисона прозвучал так, словно он до сих пор не верит ни слову из того, что доносилось с заднего сиденья.

– А о чем он говорил? – спросил я.

– Об истинной природе вселенной. И своей книге. Если каждый писатель проходит через такие страдания, какие довелось пережить мистеру Райнхарту, я благодарю судьбу, что был всего лишь водителем.

После отказа широко известного в Нью-Йорке издательства Райнхарт решил опубликовать книгу самостоятельно. «Риджент Пресс и переплеты», чикагская типография с побочной специализацией на переплетении библиотечных книг, отправила двести копий в Эджертон, и Райнхарт хранил их на складе в Хэтчтауне. В течение шести недель Макс Эдисон грузил в багажник «кадиллака» коробки и возил своего босса по книжным магазинам и лавкам аж до самого Спрингфилда. Большинство магазинов приобрело по два-три экземпляра «Потустороннего». Райнхарт никогда не просил выписать счет-фактуру и не требовал сведений о продажах. Он не проявлял никакого интереса к тому, чтобы заработать на своей книге, – он хотел лишь, чтобы книга пошла в продажу сразу же после публикации великолепных отзывов, которые – он не сомневался – она вызовет. И уже на гребне известности и славы он еще раз попробует предложить книгу нью-йоркскому издательству.