Мистер Икс

Страуб Питер

Ковентри зарделся румянцем:

– Позвольте мне… уф… – Он опустил стопку папок на пол и сделал шаг вперед, чтобы пожать мне руку. – Хью Ковентри. Рад помочь вам. Сэр.

– Надеюсь, мы не отрываем вас от дел, – сказал я.

– Это может подождать, – махнул он рукой в сторону папок. – Вы друг Лори?

– Миссис Хэтч и я познакомились несколько дней назад. Она так добра ко мне.

– Ваша фамилия Данстэн? Вы один из эджертонских Данстэнов?

– Только не обвиняйте меня в этом, – сказал я. Глаза Ковентри осветились радостью,

и он чуть попятился.

– Шутите? Вы же из одной из самых восхитительных семей в городе.

Мне почудилось, я как на ладони вижу всю его жизнь. Хью Ковентри был порядочным парнем, который всегда жил один в окружении своих книг в скромной двухкомнатной квартирке под самой крышей. Он любил весь мир, не персонализируя его.

– Ваши предки, братья Омар и Сильвэйн Данстэны, основали Эджертонский кредитный банк, ныне – Провидент-банк, штат Иллинойс. Одно время им принадлежал едва ли не весь деловой центр Эджертона. Говард Данстэн построил отель «Мерчантс». Хотелось бы знать о них побольше.

– Вот и мне тоже, – сказал я.

– Вы, наверное, родственник Аннет Рутлидж. Миссис Рутлидж передала нам замечательную коллекцию семейных фотографий Данстэнов. Мне очень неловко, но, похоже, их сейчас куда-то на время переложили. Мы наверняка отыщем снимки через денек-другой.

Миссис Рутлидж – тетя моей матери, пояснил я, и она была бы просто счастлива, если б узнала, что ее фотографии попали на выставку к юбилею города. А еще выразил надежду, что Ковентри поможет мне.

– Конечно же. – Ковентри взглянул на стопку папок. – Вы не могли бы… э-э-э…

Я взял половину папок из стопки и зашел вслед за ним в темный кабинет. На длинном столе друг против друга примостились два компьютера – словно игроки в шахматы.

– Здесь можно найти свидетельства о браке? – поинтересовалась Лори.

– И свидетельства о рождении. Месяцыушли на то, чтобы навести в архиве порядок, и, кстати, я еще не все здесь закончил. – Ковентри включил верхний свет. – На очереди кабинет секретаря округа [34] . Об этом даже подумать страшно.

34

Должностное лицо в округе, выступающее как секретарь окружного совета и организатор местных выборов. Выдает сертификаты и лицензии, производит записи актов гражданского состояния и т. д.

– Да ты спишь и видишь, как бы поскорее заняться кабинетом секретаря округа, – улыбнулась Лори. – Так как насчет Нэда?

Ковентри взглянул на меня так, будто я только что спустился с облака. Он забыл, что я здесь.

– Вас интересует свидетельство о браке вашей матери? Какая-то путаница? – В глазах его мелькнул огонек. – Я не собираюсь совать нос в чужие дела любопытства ради, вы понимаете, да?

– Путаница, думаю, правильное слово, – сказал я. – Мать

мою звали Валери Данстэн. Она дала мне свою фамилию, несмотря на то что была замужем. Перед смертью она сказала мне, что отца моего звали Эдвард Райнхарт. Я буду очень благодарен вам за любую информацию.

Ковентри сел за компьютер в дальнем конце стола. Он вглядывался в монитор с восхищением маленького мальчика, наблюдающего за движением электропоезда. Лори встала у него за спиной, когда он начал двигать мышкой и щелкать по клавиатуре.

– Отсюда можно получить доступ к любой информации.

– Неудивительно, почему все вас так любят.

Вновь зардевшись, Ковентри взглянул на меня через стол:

– Вы знаете, в каком году ваша мать вышла замуж?

– В пятьдесят седьмом.

Он двинул мышку по коврику чуть на себя и сделал двойной щелчок:

– В-а-л-е-р-и?

Я кивнул. Лори приблизилась на шаг и опустила ладонь ему на плечо. Ковентри щелкнул мышкой и подался к экрану монитора.

– Да это ошибка, – глядя на экран, нахмурилась Лори. Ковентри поднял на меня глаза:

– Вы когда-нибудь слышали о человеке по имени Дональд Мессмер?

– А что?

– Судя по этой информации, Дональд Мессмер женился на Валери Данстэн двадцать пятого ноября пятьдесят седьмого года. Питер Бонтли, мировой судья, провел церемонию; свидетели Лорелей Бонтли и Кеннет Шермергорн.

– Я же говорю, здесь ошибка, – повторила Лори. – Его отца звали Эдвард Райнхарт.

Ковентри проделал несколько манипуляций мышкой:

– Свидетельство о рождении должно нам кое-что прояснить. Назовите, пожалуйста, дату вашего рождения.

– Двадцать пятое июня пятьдесят восьмого года.

– Совсем скоро! – Он широко улыбнулся мне. – Если нам до него не сркдено еще раз встретиться – с днем рождения вас.

Я поблагодарил.

– Ваше полное имя?

– Нэд Данстэн. Ковентри моргнул:

– А разве Нэд не уменьшительное от Эдвард? У вас нет второго имени?

– Просто Нэд Данстэн.

– Это очень удобно, – заметил он. – Однако, если вы чувствуете себя обделенным, можете взять одно из моих вторых имен, хотите? Пожалуйста, на выбор: Джилликоу, Йорк и Сент-Джордж. Рекомендую Джилликоу. Прекрасная ветвь девятнадцатого века.

Лори убрала руку с его плеча:

– А твое полное имя Хью Джилликоу Йорк Сент-Джордж Ковентри?

– Это было единственным способом сохранить добрые отношения с родственниками.

– Вот и мой отец был таким же, – вздохнула Лори. – у него имя длиннющее, хоть зачитывай по бумажке, но сам он всегда представлялся только как Ив Д'Ленси.

Джилликоу Йорк Сент-Джордж Ковентри сложил руки на пряжке ремня и снова улыбнулся мне.

– Если я не ошибаюсь, вы искали свидетельство о рождении Нэда? – напомнил я.

– О! Ради бога, простите, Нэд!

– Я согласен на Сент-Джордж, – сказал я. – Это была прекрасная ветвь девятнадцатого века.