Мирные действия

Буджолд Лоис Макмастер

– Нет, – продолжил Доно, – если я когда-нибудь снова захочу стать женщиной – чего я делать не собираюсь, сорока лет мне хватило – то воспользуюсь новыми клонированными органами, как сделал сейчас. Может быть, я снова стану девственницей. Что за ужасная мысль.

Айвен никак не решался и наконец спросил, – Но разве тебе не пришлось добавить от кого-то Y-хромосому? Как ты это сделала? Ее создали бетанцы? – Он кинул непроизвольный взгляд ниже пояса Доно и тут же отвел глаза. – Может ли Ришар доказать, что… что часть наследника – бетанская?

– Я подумала о этом. И взяла хромосомы от Пьера.

– Неужели твои , э-э….новые мужские органы клонированы от него? – От столь

гротескной идеи у Айвена перехватио дух. От всего происходящего он был готов повредиться в рассудке. Такая штука была чем-то вроде техно-инцеста.

– Нет, нет! Допускаю, я заимствовала у моего брата крошечный образец ткани… в этот момент он был ему больше не нужен… и бетанские доктора взяли оттуда часть хромосомы для моих новых органов. Думаю, в моих яичках чуть меньше двух процентов Пьера, зависит от того, как считать. Если я когда-либо решу дать моему мужскому достоинству прозвище, как порой делают мужчины, то я должен буду назвать его в честь Пьера. Хотя я не склонен этого делать. По-моему, он целиком мой.

– Но хромосомы твоего тела – женские ?

– Ну, да, – Доно беспокойно нахмурился и поскреб бороду. – Я ожидаю, что Ришар попытается придать этому факту большое значение – если додумается. Я рассматривал вариант ретро-генетического лечения, чтобы полностью преобразовать свое тело. Но у меня не было времени, к тому же могли случиться непредвиденные осложнения, ведь для такого большого генного смешения обычно получается не самый лучший результат – частичная клеточная мозаика, смесь-химера, с шансами, как в рулетке. Описанная методика вполне может справиться с некоторыми генетическими болезнями, но не с той юридической проблемой, что мои клетки частично женские. Однако можно доказать, что мои ткани, ответственные за зачатие будущего маленького наследника Форратьеров, мужские – с хромосомами XY – и, кстати, свободны от наследственных болезней и мутаций, которые раньше были в нашем роду. У следующего графа Форратьера не будет больного сердца. Помимо всего прочего. Как показывает история, способность сделать ребенка – всегда самое важное требование к графу.

– Возможно, они просто дадут члену право голоса, – хихикнул Бай. Он указал ниже пояса и звучно произнес – Доно, пусть он подпишет.

– Хотя это и не будет первый раз, когда место в Совете Графов занимает член в буквальном смысле слова, – усмехнулся лорд Доно, – я надеюсь на полную победу. Здесь и начинается твоя роль, Айвен.

– Моя? Я не имею к этому никакого отношения! И не хочу иметь! – испуганный протест Айвена быстро оборвался – автомобиль замедлил ход перед столичным особняком Форратьеров и въехал во двор.

Это здание было на поколение старше, чем Дом Форкосиганов, и соответственно значительно больше похоже на крепость. Острые выступы суровых каменных стен широкими зубцами нависали над тротуаром; в прежние времена – в дни расцвета этого дома – оттуда можно было держать под перекрестным огнем грязную улицу, заляпанную лошадиным навозом. На первом этаже вообще не было никаких окон, только несколько амбразур. Толстые окованные железом доски, не украшенные даже никакой отделкой – резьбой или чем-то вроде – образовывали двойные двери во внутренний двор; сейчас по автоматическому сигналу они раскрылись, и лимузин протиснулся через открывшийся проход. На стенах были следы автомобильной краски, оставленные менее осторожными водителями. Айвен подумал, до сих пор ли выполняют свою роль отверстия для снайперов наверху, на темной сводчатой крыше. Может и да.

Этот дом был подготовлен к обороне под личным присмотром знаменитого генерала графа

Пьера Форратьера «Кровавого». Тот был главным образом известен как правая рука и командир головорезов императора Дорки во время гражданской войны, случившейся как раз перед концом Периода Изоляции и положившей конец власти независимых графов. Пьер приобрел себе серьезных врагов, но пережил их всех и умер уже в возрасте старческого слабоумия. Он погиб лишь во время вторжения цетагандийцев, вооруженных по самым современным технологиям, да и то покончить с ним они смогли с большим трудом и после позорной и дорогостоящей осады. Разумеется, осаждали не этот самый дом. Старшая дочь старого Пьера вышла замуж за одного из предыдущих графов Форкосиганов, вот почему второе имя Марка было Пьер. Айвен задумался, что же старый Пьер сейчас подумал бы о своих потомках. Возможно, он предпочел бы Ришара. Возможно, его призрак все еще витал здесь. Айвен вздрогнул, ступив на темные булыжники.

Водитель отправился ставить автомобиль в гараж, а лорд Доно двинулся вверх по ведущей в дом черно-зеленой гранитной лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. На мгновение он задержался, охватив взглядом все покрытое камнем пространство.

– В первую очередь я прикажу сделать здесь светлее, – заметил он Сабо.

– В первую очередь, надо оформить права владения на ваше имя, – вежливо возразил тот.

– На мое новое имя. – Доно коротко кивнул ему и двинулся вперед.

Внутри дом был так плохо освещен, что беспорядок был даже не виден, но, вероятно, все осталось таким же, как было брошено несколько месяцев назад, когда граф Пьер отправился в Округ. Воздух в гулких, заброшенных комнатах отдавал плесенью. Наконец, одолев еще две мрачных лестницы, они добрались до спальни, покинутой покойным графом.

– Наверное, этой ночью я буду спать здесь, – сказал лорд Доно, с сомнением оглядываясь вокруг. – Хотя сначала я хочу получить чистое постельное белье.

– Да, милорд, – ответил Сабо.

Байерли убрал с кресла груду пластиковых листов, грязной одежды, высохших фруктовых очистков и прочей дряни и удобно устроился, закинув ногу на ногу. Доно побродил по комнате, довольно печально разглядывая немногие жалкие признаки присутствия своего покойного брата. Он поднимал с пола и бросал обратно то набор расчесок – Пьер в последние годы начал лысеть, – то пустые флаконы из-под одеколона, то денежную мелочь.

– Раз уж мне предстоит тут жить, я хочу завтра же все здесь убрать. Не дожидаясь указа Совета о моем утверждении.

– Я знаю хорошую службу сервиса, – Айвен не горел желанием предложить добровольную помощь. – Они убирают в Доме Форкосиганов для Майлза, когда граф с графиней отсутствуют.

– А? Хорошо. – лорд Доно сделал жест Сабо. Оруженосец кивнул и быстро выяснил у Айвена все подробности, наговорив их в свой карманный регистратор.

– Ришар предпринял две попытки захватить эту развалину, пока тебя не было, – сообщил Байерли. – В первый раз твои оруженосцы твердо стоял на своем и не захотели его впускать.

– Хорошие люди, – пробормотал Сабо.

– Во второй раз он пришел с командой муниципальных гвардейцев и ордером, который он вытянул из лорда Форбонна. Ваш караульный позвонил мне, и мне удалось получить противодействующий ордер от Лорда-протектора Спикерского круга, прогнавший их прочь. Это было недолгое, но весьма захватывающее зрелище. Напор и давка во входных дверях… никто не взялся за оружие и серьезно не пострадал, а жалко. Тогда мы могли бы предъявить Ришару иск.

– Достаточно с нас судебных процессов. – Доно вздохнул и присел на край кровати, скрестив ноги. – Но спасибо за то, что ты это сделал, Бай.