Мгла над миром
Шрифт:
– Где? Наш или иноземец?
– Не знаю… – Губы едва слушались, пол-лица словно онемело. – Кажется там, – он указал в тень меж двумя домами. – Хотел отделить мой дух от тела. Прием редкий, но у нас его знают.
– Нужно уходить. Здесь мы у всех на виду.
– Делай… – выдохнул Верховный.
Защиту, которую он выставил, будто атаковал рой ос – если бы осы жалили с силой удара копья. Их были дюжины, коротких резких уколов, со всех сторон, даже из-под пола, так что маг замкнул щит в кокон, и кроме этих укусов вскоре не осталось ничего.
Короткое
Когда способность видеть вернулась, Верховный обнаружил, что стоит на коленях на истоптанном дощатом настиле. Их окружили люди в расхристанных чародейских коввах. Лица… трудно сказать, чего в них было больше: удивления, тревоги или враждебности. Одно Первый знал точно – он не помнил ни одного из них.
– Кто здесь главный? – резко спросил он, поднимаясь на ноги.
Он надеялся, это прозвучало не слишком жалко: тело не желало вспоминать молодость, колени разгибались с трудом, и маг не смог подавить стариковское кряхтение.
Что ж они воды в рот набрали?
– Кто здесь главный?! – громче повторил он.
Вперед выступил худощавый чародей с тонкими губами. В его взгляде не было ни капли дружелюбия, он открыл было рот, когда вперед протолкалась высокая угловатая колдунья.
– Я. Я управляю работами! Наржисс, ученица Залвы из линии Судата, – оттарабанила она и неловко поклонилась. – Приветствую, Верховный!
Молодец, быстро нашлась, как пресечь препирательства. И молодец вдвойне – в одежде слуги, в треклятом парике из конского волоса он менее всего похож на грозного Первого-в-Круге.
– Вы уже знаете, что на лагерь напали…
В настил неподалеку вонзилась первая стрела. Одна из чародеек взвизгнула.
– Да, но кто? Где они? – выкрикнули из-за спин.
Маги любят поговорить. Газван допускал, что, начни он рассказывать, и с ним бы стали спорить. Но в воздухе зашипели новые стрелы, и кто-то сам догадался поднять над головами щит. Дальше все закрутилось само собой: с противоположной стороны лагеря донеслись тревожные крики – видно, Братья полезли через частокол, и Газван рявкнул:
– Кто служил в войске или был в бою – шаг вперед! Рассейтесь по стенам и поджарьте всех, кто полезет!
Из нескольких дюжин магов к частоколу бросилась всего лишь горсть. Негусто… ну да он еще надеялся, что до настоящей схватки не дойдет.
– Десяток самых сильных остаются со мной и Наржисс. Остальные поддерживают щит с моим учеником. Наш враг – колдун из Закатных царств, так что защищайтесь не от стрел. Сделайте такой щит, чтобы Великий Судья и тот не прошел!
Пару мгновений казалось, что этот сброд окончательно запутался, кто из них сильнее прочих. Газван был готов взять первых попавшихся, на счету был каждый миг, но, видно, под угрозой смерти даже маги способны договориться.
– Наш враг – колдун из Закатных царств, – повторил Первый оставшимся. – А еще пять сотен Черных Братьев, одетых простыми горожанами.
– Мы
– Морок, рисующий картинку спящего города. Мы должны убить колдуна. Если повезет, Братья обратятся в бегство.
– Где он? – Наржисс решительно выпятила челюсть.
Если бы он знал! Но чародеи и без того растеряны и напуганы, он не может показать собственное смятение.
– Не имеет значения! – отрезал Верховный. – Сейчас мы составим кольцо.
– Эдикт о Правосудии запрещает… – начала чародейка.
– А резню эдикты разрешают? – перебил Газван. – Мы составим кольцо, если хотите дожить до рассвета. Кто против?
Естественно, противников не нашлось. Маги быстро сели в кружок и взялись за руки. Рядом с Газваном оказались Наржисс и нескладный юнец с острым кадыком. От напряжения тот высунул кончик языка. Сказать пару слов, чтобы поддержать его? Нет времени.
– Начали! – скомандовал Верховный.
У него не было особой идеи – даже теперь, когда они вместе взмыли над объятым мраком городом. О закатной магии ходили слухи, но все сходились в одном: она древняя, мудреная и могущественная. Если колдун сплел иллюзию так, что полсотни чародеев ничего не заметили и продолжали не замечать, даже зная о ней, нечего и мечтать, что они легко его отыщут. Газван надеялся лишь, что у него в рукаве две залитые свинцом кости.
Источник и кольцо.
«Можете не искать колдуна, – начал передавать Верховный. – Нам его не найти. Рядом с ним мы слепы, как простые смертные. В последний раз я видел его там, но змей мог переползти».
«Что нам делать?» – В кольце тяжело понять, где чья мысль, но, кажется, это был юнец.
«Это вы мне скажите! Я дам силу. Столько, сколько потребуется – сколько бы это ни было. Но я солдат, а не книжник. Вы должны сплести чары, которые действуют только на обладателей Дара. И убьют каждого мага от частокола и до первых проулков. И немного дальше. Чтоб наверняка».
Поверят ли ему? Будь Газван на месте подопечных, задумка не произвела бы на него впечатления, и уж точно не производила на его собственном. Но, кажется, маги за нее схватились. Да и что им оставалось делать? Верховный не был уверен, что сказанное вообще возможно, старшие чародеи подняли бы его на смех. Но кольцо начало работать – притом с поразительной быстротой.
Газван и не заметил, как обрывки чар срослись в мерцающее кружево силы. Он слушал разговор, в котором говорили все вместе, но понимал едва ли треть. Пытался проследить линии силы, но условия, переплетения и узлы превратили чары в лабиринт.
«Готово, мудрый!» – наконец послала мысль Наржисс.
Хорошо хоть она не колеблется, потому что Верховный сомневался не только в замысле, но и в способностях подопечных. Слишком просто, слишком быстро все сложилось. Но второй попытки не будет: горсть защитников наверняка дрогнула и вот-вот оставит стены.