Мэйсон
Шрифт:
— Туш'e.
— Он умирает, не так ли? Мой отец?
— Да, у него есть пара месяцев, если повезет. Я просто не хотел, чтобы ты сожалела, что не поговорила с ним до его смерти.
Я пристально посмотрела ему в глаза. – Также, как ты будешь сожалеть, не поговорив со своим отцом? Алекс рассказал мне о казни.
— Это другое.
— Чушь. Как бы ты себя чувствовал, если бы я завязала тебе глаза и привезла в тюрьму для неожиданного визита?
Его поза выражает его стресс, его пальцы сжали волосы, когда он наклонился вперед, поставив локти на колени. Уставившись
— Ты не можешь принимать решения за меня. Я должна сама делать свой выбор.
Он крепко меня обнял. – Прости меня. Ты сможешь меня простить?
Я тоже крепко его обняла и уткнулась лицом в его шею. – Да, мне жаль, что я так взбесилась.
— Просто беги ко мне, детка, не от меня.
— Я все еще злюсь на тебя, — прошептала я, и он озорно мне улыбнулся.
— Можешь отыграться на мне в постели.
Я хлопнула его по груди. – Ты ужасен!
— Но ты любишь меня. – Его поцелуй нежный и сладкий.
— Так сильно, — вздохнула я.
Глава двенадцатая
Мэйсон
Сегодня день моего рождения, и судя по озорной улыбке Эви, когда Алекс упомянул об этом, у нее есть какой-то секрет. – Я привезу Коди завтра вечером, — сказал ей Алекс и подмигнул.
— Что она задумала? – Спросил я Алекса, когда она вышла из комнаты.
— Я не собираюсь испортить ее сюрприз. Увидишь.
— Придурок.
— Говнюк.
Эви всю трясло от нервного возбуждения, когда мы выехали на федеральную автостраду. Какого черта у нее на уме? Все что она сказала мне, чтобы я упаковал сумку на одну ночь. Клянусь, если она сняла номер полупансион в одном из этих мест, которые всегда нравятся женщинам, я убью Алекса, за то, что не сказал мне. К тому же, я разгоню всех остальных постояльцев, трахая ее, пока она не начнет кричать на всю гостиницу. Это все, чего бы я в действительности хотел на свой день рождения. Беспрепятственный доступ к ее обнаженному сексуальному телу.
Я замер от шока, когда она припарковалась около Фэнтези Инн. Она словно прочитала мои мысли. Я видел рекламу таких гостиниц. Каждая комната там оформлена и оборудована, чтобы претворить в жизнь необычные сексуальные фантазии. В брошюре, которую я читал, были представлены номера, оформленные в виде кабинета врача, джунглей, космического корабля и даже салуна Старого Запада. – Ты хочешь осуществить фантазию, милая? – Спросил я.
— Одну из твоих. Идем. – Святое дерьмо. Что же она задумала? Мы прошли через роскошный вестибюль и вошли в лифт. Эви улыбнулась мне, едва не дрожа от волнения. Мы вышли на пятом этаже, и она помедлила около номера люкс.
Размахивая карточкой-ключом и лукаво улыбаясь, что заставило меня захотеть стянуть с нее трусики зубами, она спросила, — Надеюсь, ты готов провести длинную ночь обнаженным?
— Открой дверь, пока я не взял тебя прямо здесь, — зарычал я, и она засмеялась. Я был полностью сражен, когда мы вошли в номер, оформленный в стиле БДСМ. Окрашенный в темно-серый цвет с темно-красной мебелью он выглядел одновременно
— Слов нет, — заметила Эви. – Никогда не думала, что увижу такое. – Ее голос немного дрожал, когда я повернулся посмотреть на нее. — Здесь есть номер в виде темницы, но кажется это через чур. Этот люкс что-то типа легкого БДСМ. – Ее застенчивая улыбка заставляет ее выглядеть молодой и невинной. – Я в твоем распоряжении на всю ночь.
Твою ж. Мать. Каждая моя клеточка желала схватить ее, раздеть догола и стереть этот невинный взгляд с ее лица. Заставить ее выкрикивать мое имя до тех пор, пока это не будет единственным, о чем она сможет думать. Вместо этого, я приобнял ее одной рукой за талию и повернул ее голову, чтобы посмотреть в эти великолепные глаза. – Почему ты хочешь это сделать?
— Тебе нравится командовать мной, когда я раздета, помнишь? – Легкая смущенная улыбка коснулась ее губ. – Мне тоже это нравится.
— Это потрясающий сюрприз, любимая.
— Ты счастлив?
— Ты всегда делаешь меня счастливой. Теперь, давай обсудим правила, — сказал я ей, более строгим голосом.
— Я не собираюсь называть тебя Господин или Сэр, — предупредила она. И я сжал ее задницу.
— Еще какие-нибудь условия?
— Нет. – Ее руки легли на мою талию. – Я верю, что ты не сделаешь мне больно.
— Никогда, детка. Все, что тебе нужно будет сделать, это сказать, чтобы я остановился.
— У меня не очень хорошо получается следовать правилам, — сказала она, отодвигаясь назад с дразнящей улыбкой. – Что будет, если я нарушу одно?
— Тогда мне придется тебя поправить и научить себя вести.
— Ох, отшлепать? – Хихикая, она быстро увернулась от меня.
— Попробуй и узнаешь, милая. Есть только два правила. Первое, делай то, что я тебе говорю, не споря. – Что-то подсказывало мне, что именно с этим у нее будет больше всего проблем. – Второе, тебе не разрешается носить одежду, пока мы не покинем эту комнату.
Она остановилась и уставилась на меня, у нее отвисла челюсть. – Я не останусь голая!
Я схватил ее за бедра, притянул к себе и потерся своим вставшим членом об ее задницу, прошептав ей на ухо. – Ты будешь делать то, что я тебе скажу. А теперь, раздевайся и жди меня на диване.
Неповиновение мелькнуло в ее глазах, и мне пришлось подавить смешок. В моей девушке нет ни грамма покорности. Поэтому то, что она делает, значит для меня намного больше. Она будет сопротивляться подчинению, и я собираюсь всю свою жизнь поправлять ее. Я отошел, чтобы зажечь огонь в небольшом камине, и увеличил температуру термостата на несколько градусов, чтобы она не замерзла. Я хочу получить удовольствие от созерцания ее наготы в течение всей ночи, наблюдая как под моим пристальным взглядом румянец распространяется от ее от груди к ее шее и щекам.