Мэйсон
Шрифт:
На ее лице появился страх, когда раздался стук в дверь . – За тобой приехали, — ухмыльнулся я. Эви проводила офицеров в гостиную.
— Джеми Веслоу? – Спросил офицер Робертс. Когда она не ответила, он достал пару наручников и зачитал ей ее права.
— Вы не можете этого сделать! Она…она ударила меня! – Джеми кивнула в сторону Эви, пока офицер надевал на нее наручники. – Я хочу выдвинуть обвинения!
— Я не вижу доказательств этому, — ответил Робертс, не обращая внимание на красный отпечаток руки,
— Спасибо. – Я пожал руку ему и его напарнику.
— Занимайся своим малышом, — посоветовал Робертс. – А мы займемся этим. Ее дело будет рассматривать судья Хеннон. – Судья Хеннон работал со Страйкин Бэк, и он без проблем задержит ее за неисполнение родительских прав и вооруженное ограбления без залога. Всю дорогу до полицейской машины с ее губ слетали угрозы и проклятия. Не завидую офицерам, которым придется везти ее до участка. Тишина после их ухода – это облегчение.
— Мне жаль, — тихо сказала Эви. – Мне не стоило терять контроль. Когда она назвала его никчемным, я…
Я положил конец ее извинениям, поцеловав ее, и она крепко прижалась ко мне, когда я обнял ее. – Ты замечательная.
Алекс согласился. – Мне тоже хотелось выбить из нее все дерьмо, Эв. Не переживай. Она заслуживает больше, чем получила.
— Мне нужно поговорить с Коди. Уверен, что он расстроился. – Что, черт возьми, я должен сказать ему? Что мне сказать мальчику, который знает, что его матери плевать на него
— Давай, — поддержал меня Алекс. – Мы тут приберемся.
* * *
Коди сидел на коленях Паркера на кровати. Паркер взглянул на меня и продолжил заверять его, когда я сел рядом с ними. – Плохие лекарства делают людей больными. Они заставляют людей говорить и делать плохие вещи. Это не потому, что с тобой что-то не так. Твоя мама больна. Она отправилась в одно место, где ей помогут поправиться.
— И она больше не будет принимать плохие лекарства?
— Так точно. – Паркер погладил его по спине.
Коди посмотрел на меня, и страх в его глазах разбил мне сердце. – А что если она вернется?
— Она не сможет вернуться, дружок.
— Потому что копы забрали ее в тюрьму?
Дерьмо. Я надеялся, что он этого не слышал. – Да, она делала плохие вещи, и ей придется остаться в тюрьме, но они помогут ей исправиться.
Уголки его рта опустились вниз, когда он слез с коленей Паркера и положил голову на свою подушку. – Тогда, я никогда не увижу ее опять?
— Мы можем ее навестить, если ты захочешь.
Неуверенность отразилась на его лице. – Я не хочу, чтобы она орала на меня или била меня.
— Этого не случится. Никто тебя не обидит. Я обещаю. – Я накрыл его одеялом. – Каждый может разозлиться. Тебе просто надо найти хороший способ выпускать пар. Кричать и
Зевая, он спросил, — А как ты выпускаешь пар?
Паркер улыбнулся и хлопнул меня по ноге. – Тебе стоит привести его в спорт зал завтра.
— Мне нравится бить и пинать большую боксерскую грушу. Хочешь тоже попробовать?
Его глаза загорелись. – Как боксер? Ты боксер?
Паркер нагнулся к нему, как будто это секрет. – Твой папа чемпион по борьбе.
— Правда? Ты также швыряешь парней как Джон Сина?
— Не совсем. – Засмеялся я и поцеловал его лоб. – Я возьму завтра тебя с собой в спорт зал и покажу тебе.
— Ладно. – Бедный малыш вымотался после такого вечера, и его глаза закрылись.
Паркер обнял меня одной рукой, когда мы выходили из комнаты. – С ним все будет хорошо.
Глава одиннадцатая
Эви
— Пожалуйста, скажи мне, куда мы едем? – Спросила я, пока Мэйсон вел машину по кварталу для среднего класса.
— Есть кое-кто, с кем ты должна встретиться. – Мы припарковались перед небольшим кирпичным домом, и он повел меня к двери. Стоя на крыльце, Мэйсон взял меня за руки. – Ты была такой замечательной с Коди и так помогла мне с ним. Я собираюсь сделать тебя частью своей семьи, как только ты будешь к этому готова, но знаю, что это не заполнит пустоту, оставленную твоей семьей. Тебе нужно узнать кого-то родного тебе по крови.
— Мэйсон, у меня никого не…
Я не закончила предложение, так как Мэйсон открыл дверь и провел меня в гостиную. Там на диване сидел мужчина. Он явно был очень болен, его свисающая кожа выдавала недавнюю потерю веса. Он был весь в морщинах, лысый и сгорбленный, но я узнала бы эти глаза где угодно. Глаза, которые видела в последний раз, будучи поглощённой мутной водой.
— Эверли? – Спросил он, его голос был хриплым. – Боже, ты выросла красавицей.
Нет. Нет, он не сделал этого. Не преподнес мне отца – отца, которого я считала мертвым – без предупреждения. Я не могу этого выдержать. – Эви! – Я услышала, как Мэйсон крикнул, когда я летела вниз по ступенькам. Его руки обвили мою талию, не давая мне сбежать. – Эви, остановись! Все хорошо, любимая.
— Мне нужно выбраться отсюда. Сейчас же. – Вода. Темнота. Кровь. Глаза моего отца. Мир закружился, и я оттолкнула его как раз в тот момент, когда показался мой обед.
— Я держу тебя, детка. – Он удерживал мои волосы сзади, пока меня не перестало тошнить, и передал мне бутылку воды из машины. – Прости меня. Я не думал, что встреча с отцом так сильно расстроит тебя.
— Ты знал, что я не поеду, — сказала я сдавленно. – Поэтому ты обманул меня. – Я дернулась от него, когда он попытался обнять меня, и его плечи опустились.