Меврик

Вилдер Л.

Мужик поднял на меня руку сжатую в кулак, но я оказалась слишком ошеломлена, чтобы среагировать. Удар в бок пришелся настолько сильный, что на мгновение у меня пропало зрение. Я пыталась схватить что-нибудь, когда он снова шел ко мне. Знаю, что шел. Я слышала звуки шаркающих шагов, направляющихся ко мне, но ничего не могла поделать. Чувствовала, что время остановилось, и все стало размытым.

Парень ударил меня с такой силой, что моя голова дернулась, и я потеряла равновесие. Маша руками, я упала, стукнувшись головой о кухонную стойку. Огни замелькали перед глазами, стоило мне приземлиться на пол с громким стуком. Меня моментально

накрыла темнота, но я слышала, как мужчины смеялись, когда я пыталась перекатиться на бок, но не могла пошевелиться. Я даже не могла думать, мой разум находился в тумане, и мне почудилось, что я услышала голос Меврика, выкрикивающего мое имя. Но я была не в силах видеть и чувствовать его. Все стало черным, и темнота поглотила меня.

Глава 25

Меврик

— Пристрели сучку, и давай выбираться отсюда, — закричал мужчина в квартире Хенли.

— Думаю, можно сначала немного с ней повеселиться.

Мужик рассмеялся и кровь застыла в моих жилах. Их хохот распалил мой гнев, и я даже не помнил, как выломил дверь. Хенли находилась за ней, и я хотел достать ее оттуда. Я действовал на автопилоте, не задумываясь выломил дверь, срывая ее с петель.

Адреналин бурлил в моем теле, когда я ворвался в комнату с братьями позади. И встал как вкопанный, увидев Хенли растянувшуюся на полу в луже крови. Я посмотрел на мужчину стоящего над девушкой, и без стеснения, нацелил на него пистолет. Наше неожиданное вторжение застало его врасплох, и у него не осталось времени для раздумий. Он взглянул на оружие, и его захлестнула паника, когда я спустил курок. Неизбежный страх парня вызвал напряжение в моем теле, стоило пуле попасть прямо между его глаз. Меня накрыло удовлетворение, когда безжизненное тело упало на пол.

Я подбежал к Хенли, падая на колени, приложил пальцы к ее шее, молясь найти пульс. Она находилась без сознания, но я чувствовал кончиками пальцев слабое биение ее сердца. Гигантское облегчение накрыло меня, когда я понял, что она жива. Мое сердце заболело, пока я изучал синяки на ее лице. Я желал избить того парня голыми руками и еще раз пристрелить.

Я пытался собраться, но повернулся к Коттону и сказал:

— Она жива, но потеряла очень много крови. Нам нужно отвезти ее в больницу.

— Я вызову скорую, — бросил Коттон, доставая телефон из кармана.

Затем он повернулся к Смоки и произнес:

— Вы, парни, уберите беспорядок до того, как они вернутся сюда.

— Уже в деле, — ответил Смоки, начав быстро убирать тело.

Гардрейл смог уложить второго мужика на землю, и быстро связал ему руки за спиной молниями. Закончив, брат схватил его за руку и вертикально потянул ее. Взглянув, на Коттона он сообщил:

— Я отвезу этого в клуб. Ститч уже готовится к приему нашего гостя.

Парень едва мог видеть, как Гардрейл выводил его из квартиры, и я знал, что его адовая ночь только началась. Ститч сможет заставить его желать собственной смерти всего за несколько секунд.

Я взял полотенце со столешницы и нежно прижал к голове Хенли. Она лежала так тихо и безжизненно, что я наблюдал, как она ускользает от меня, и не мог стерпеть мысли, что потеряю ее.

— Хенли... малышка, просыпайся, — умолял я, но не получил ответа.

Она не открыла глаза и не подала знака, что находилась все еще со мной.

— Мне нужно, чтобы ты проснулась, Хенли. Тебе нужно проснуться!

Коттон

подошел ко мне и положил руку на мое плечо.

— Меврик, соберись, брат. Ты понадобишься ей, когда та очнется, — объяснил он.

— Почему она сделала это? Почему она так рисковала жизнью? Это бессмысленно, — говорил я, смотря на ее лежавшую ладонь в моей.

— Ты знаешь почему. Хенли сделала это для тебя, брат, и для клуба. И смогла воплотить то, что мы не могли. Благодаря ей, мы, наконец, можем получить ответы. Она чертовски классная девушка, — проговорил Коттон, смотря на Хенли, — с ней все будет хорошо, Меврик, она сильнее, чем ты думаешь.

Кто-то постучал в переднюю дверь, и в комнате воцарилась тишина. Коттон осмотрел пространство в последний раз, перед тем, как впустить врачей. Они подбежали к Хенли и один из них спросил:

— Можете рассказать, что случилось?

— Был взлом. Мы не знаем много об этом, — объяснил Коттон. — Мы зашли и увидели девушку в таком состоянии.

После проверки ее показателей, врачи бережно подняли Хенли на носилки. Они собирались отнести ее в машину скорой помощи, когда я спросил:

— С ней все будет хорошо?

— Сложно сказать. У нее травма головы из-за применения грубой силы. Мы не узнаем насколько это серьезно, пока не обследуем ее в больнице, — продолжил говорить врач, внося Хенли в лифт, — доктора возможно сделают рентген и МРТ. Это покажет насколько серьезно ранение.

— Я еду с ней, — сказал ему.

— Вы родственник? — спросил врач.

— Да, — соврал я, иначе бы мне не разрешили ее сопровождать.

— Хорошо, мы получили палату.

Машина ждала нас у центральной двери, и когда врачи занесли девушку, я прокрался за ними. Двери захлопнулись и сирены завизжали надо мной. Я никогда раньше в своей жизни не боялся так сильно. Наблюдая за Хенли, такой раненой и беспомощной, я чувствовал себя совершенно потерянным. Я был бессилен и не мог контролировал себя, пока наблюдал за работой медиков. Ничто раньше не пугало меня так сильно, и мое сердце вновь заболело от мысли, что я могу потерять ее. Я любил Хенли и не мог представить жизнь без нее: без ее улыбки, звука голоса, тех чувств, которые она испытывала, когда я держал ее в руках. Я не мог. Не мог потерять ее.

Когда все, наконец, утряслось, я снова спросил:

— С ней все будет хорошо? Вы должны что-то сказать мне.

— Ее жизненно важные показатели улучшаются, но я все еще ничего не могу сказать о травме головы. Это может оказаться сотрясение мозга, или что-то более серьезное. Мы правда ничего не поймем до результатов рентгена, — объяснил врач.

Они забрали Хенли наверх для обследования, меня же медсестра сопроводила в главную комнату ожидания. Мои братья стояли уже там и ждали меня с Кесседи. Когда я вошел, девушка подбежала ко мне, слезы лились по ее лицу. Она добралась до меня и обвила руками мою шею, крепко обнимая меня.

— Мне так жаль, Меврик. Все не должно было, так получится, Хенли обещала, что у нас будет время убраться, — истерически кричала она.

— О чем ты думала, Кесс? Хенли там сейчас борется за свою жизнь, — огрызнулся я.

— Она настроилась очень решительно, и думала, что если использует себя, как приманку, то ты сможешь поймать тех людей, которые убили Скидроу, — объяснила Кесс, вытирая слезы с лица.

Ее история звучала чертовски знакомой.

— Где Хенли набралась этого? Она с кем-то разговаривала? — спросила я.