Метафизик 1

Дичковский Андрей

— Мое владение? — Должно быть, постоянно переспрашивая я выгляжу полнейшим кретином — не хватает только капающей по подбородку слюны. — В каком смысле?

— Ну ты ведь лорд — значит, должен владеть землей. Или как, по-твоему, присваивается титул «лорда»? За красивые глазки? — Не дождавшись от меня ответа, Илиас разводит руками: — Слушай, парень, ты что, с луны свалился?

— Вы не поверите, — вздыхаю я, — но ваше предположение очень близко к истине.

Илиас хмурится и в очередной раз поправляет очки,

потом убирает на бок налипшую на лоб прядь густых волос.

— Слушай, парень. Мне, конечно, немало заплатили, чтобы я пришла на эту встречу — но все же я не нанималась участвовать в каком-то апофеозе кретинизма, поэтому...

Она начинает вставать со стула, и я спешно протягиваю в ее сторону руку:

— Постойте! Прошу, дайте мне рассказать, что произошло, и вы поймете, почему я так... странно себя веду.

Илиас медлит, но все же садится обратно.

Собравшись с духом, я начинаю рассказ.

Глава 17

— М-да, — заявляет Илиас, когда мой путанный пересказ о событиях последних недель наконец приходит к своему логическому завершению.

Я решил, что утаивать информацию от своего адвоката — идея не самая удачная, а потому выложил все, как на духу. Не знаю, сколько времени занял сокращенный вариант моей истории — может, минут десять, а может и все полчаса. Как бы там ни было, Илиас ни разу меня не перебила, лишь глаза ее по мере моего рассказала все больше округлялись и вылезали на лоб.

Сейчас, глядя на Илиас, я уже не так уверен, что поступил правильно. На ее месте я, скорее всего, решил бы, что передо мной сумасшедший. Любопытно, в Альянсе не предусмотрены смягчающие обстоятельства для сумасшедших? Может, меня освидетельствуют и вместо смертной казни отправят в дом с мягкими стенами? Не самый плохой вариант для меня... наверное.

— Дайте угадаю, — говорю я, улыбнувшись — впервые за последние сутки. — Вы не верите ни единому моего слову?

— Ну почему же... — Илиас снимает очки и в очередной раз протирает запотевшие линзы. — Все это звучит настолько бредово и неестественно, что даже похоже на правду.

— Вы серьезно? — Я в удивлении приподнимаю бровь.

— Мой опыт показывает, что осужденные любят выдумывать и приукрашивать свои истории — но не до такой же степени. — Нацепив очки на нос, Илиас с любопытством глядит на меня поверх стекол. — Так получается, ты и впрямь гость из иного мира?

— Что-то вроде того...

— Фантастика! И, видимо, я одна из немногих, кому ты рискнул доверить эту тайну?

— Ну, терять мне нечего, так что да... От вас я решил не скрывать.

Илиас восторженно качает головой.

— Так вот почему Манроуз попросил за тебя. Он разглядел в тебе что-то... необычное.

—

Очень за него рад. Было бы еще неплохо, если бы он при этом не арестовал меня.

— Если бы не он, то нашелся кто-то другой — так что, может, тебе еще и повезло. Впрочем, сейчас не об этом. Нужно решить, как мы будем тебя вытягивать — особенно с учетом того, что ты подписал признание.

— Как насчет того, чтобы открыть всем правду? Что я... явился извне.

— Я уже подумала над этим, но видишь ли... Это очень, очень рискованный трюк.

— Хотите сказать, в истории Альянса уже была... подобная ситуация?

Несколько секунд Илиас молчит, напряженно разглядывая потолок.

— Насколько мне известно, — наконец говорит она, — у нас в Альянсе Доминионов есть две полуисторические легенды о людях, что якобы явились из других миров. Первая из них — про Шейята, основателя Культа Шейятистов. Ты же... слышал о Шейяте?

Из-за снисходительной интонации я чувствую себя идиотом, которому приходится разжевывать абсолютно все.

— Признаться, не особо.

— М-да. Тебе что, там, в крепости клана Стрекоз, вообще ничего не рассказывали о внешнем мире? Ладно, можешь не отвечать, это был риторический вопрос. Так вот, если вкратце, Шейят жил во времена ранней Империи, где-то полторы тысячи лет назад. Он учил, что во Вселенной множество миров, что Боги равноудалены от каждого из них, и что этим Богам нужны не красивые обряды и молитвословия, но общество, живущее в гармонии.

— Не глупый был человек, по всей видимости, — осторожно замечаю я.

— А то. Его, кстати, сожгли заживо за богохульство.

— А вот это как-то... не очень воодушевляет.

— Не переживай, костры у нас уже давно не используют.

— Точно-точно. — Мне вспоминается наша беседа с Фан Лином, когда мы шли на предрассветную тренировку, не догадываясь, какой сюрприз нам готовят болотники. — У нас же цивилизованное общество. Никаких костров, только хорошо заостренный топор.

— Именно так. — Не уверен, разглядела ли Илиас нотки сарказма за моими словами. — Но, к сожалению, Шейят не единственная личность, что, если верить легендам, явилась из другого мира. Был еще один персонаж...

— Судя по вашей интонации, персонаж этот оставил о себе на самое приятное впечатление.

— Боюсь, что да. Его звали Гаррэн Черный, и он стоял у истоков гражданской войны, погубившей Империю.

Намек я понимаю. Скажу во всеуслышание, что я родом не с этого мира, и меня мгновенно заклеймят новым Гаррэном. Возможно, специально для такого случая даже вспомнят старые добрые традиции и разожгут для меня согревающий костерчик.

— Тогда на что нам вообще надеяться? — разочарованно спрашиваю я, понимая, что мои шансы на выживание тают на глазах. — На суд присяжных?