Мета III
Шрифт:
— С удовольствием пообщаюсь с мадам Резник.
— Шестнадцатого февраля в три часа дня устроит?
— Подожди, я сверюсь со своим графиком… Да, вполне устроит.
— Хорошо, я передам госпоже Директору. Надеемся, к тому времени Метамэн придет в себя. Если ты встретишь других одержимых Псиона, большая просьба не устраивать разборок в пределах города. И сразу сообщай нам о любых странностях.
— Постараюсь. Еще что-то?
— Напоминаю о наших обязательствах перед Видящим. Пять миллионов корсов он может забрать в удобном для него виде. Мы хотим также заказать
— Значит, пятьдесят две рации… Ориентировочно те же пятнадцать миллионов. Устроит вас такая сумма?
— Хм, да. Полагаю, я смогу согласовать бюджет. До нас дошли слухи, что Видящий сотрудничает с карпами. Это правда?
— Видящий сотрудничает со всеми, кто не находится вне закона, — ответил я дипломатично.
— Усть-Корса готова приобретать мета-фильтры оптом, если, конечно, твой мастер не будет чересчур задирать цены.
— Я передам Видящему ваши запросы. Полагаю, что мой господин исполнит заказы.
— Рада это слышать. Городу требуется много другой мета-техники, но пока что озвученное в приоритете… Твою!
Из рации донесся грохот взрывов.
— Что у вас там? — поинтересовался я.
— Секунду… — Брунгильда, судя по всему, куда-то полетела. — *****, Пересвет! Прекрати крушить Штаб!
— Милая Брунгильда, это всего лишь небольшой дружеский спарринг. Не стоит быть такой строгой, — с трудом расслышал я голос Пересвета по рации. Все же чувствительность у устройства не была высокой. — Может ты со мной сразишься?
— Ты прекрасно знаешь, что мне до тебя далеко, — буркнула старшая героиня недовольно. По-видимому, Пересвета она не боялась. — Разборки устраивайте снаружи, вне города! Так что марш на выход. А Зевса я отведу к Лекарю…
— Позовите, когда Зевс станет сильнее… — лениво заявил Пересвет и покинул комнату, как я понял.
— С-спасибо, — проговорил Зевс. — Я сам доберусь до больницы.
— Точно?
— Летать я не разучился…
— Хорошо, будь осторожен… Вы — потушите огонь и проветрите помещения!
Занятно. Неужто Зевсу досталось из-за ситуации с Некроморфом? Похоже, мое участие молниевый герой раскрывать не стал. Не зря все-таки суперы Терема ему доверяли.
Брунгильда еще какое-то время командовала сотрудниками Штаба, после чего наконец вспомнила обо мне:
— Песец, извиняюсь за этот неприятный инцидент. Теперь я могу продолжить общение.
— В таком случае могу я озвучить свои требования?
— Требования?
— Я, как и мой мастер, сильно раздосадован из-за случившегося. Понятно, что слуги Псиона не были властны над своим поведением. Но другие старшие герои не находились под принуждением. И тем не менее вы поверили слову Вейцмана, а не благородного Артофа Кройца.
— Вейцман — уважаемая и известная во всем городе семья. Артоф Кройц же всего лишь обычный курсант, пускай и показавший себя хорошо во время рейда, — принялась оправдываться Брунгильда.
— Извинений от Корпуса требовать не буду… Однако молва о Погромах распространилась среди жителей. Меня выставили в качестве
— Да.
— Выпустите опровержение слухов на главных страницах газеты. Расскажите людям про угрозу Псионов.
— Но это может вызвать волнения!
— Как у вас говорят: кота в мешке не утаишь. У Псиона было очень много слуг, поэтому слухи расползутся быстро. Лучше пресечь подобное сразу и поведать официальную версию. Жители должны быть в курсе. Ведь никто не может гарантировать, что Псионов подобной силы в городе больше не будет. Или нет сейчас.
— И что ты предлагаешь?
— Поведайте людям об опасностях, а также расскажите о признаках, по которым можно выявить одержимых слуг Псионов. Дефекты речи — явный знак, хотя грамотные специалисты могут завербовать прислужника и без них. Это может быть не только повторение одного слова, но и заикание, внезапное обрубание предложений и тому подобное. Главное, чтобы нормальных людей не пошли сжигать на костре за небольшую картавость. Поэтому постарайтесь написать грамотную статью и не посеять панику.
— Подожди, я запишу… Откуда тебе все это известно?
— Мой мастер знает многое. Ну а атакам Псионов не только Усть-Корса подвергалась. Все изменения у жертв индивидуальны. Одна, например, часто повторяла слова, а вот от другого слуги я почти не слышал такого. Вполне возможно, Паук напортачил с обработкой первой. Хотя личная сила воли тоже важна. Встречаются такие люди, которых практически невозможно поработить.
— Ясно. Я посоветуюсь с остальными, и мы подумаем над статьей…
— Видящему данная ситуация также неприятна. Он обещал подумать над предотвращением подобных случаев в будущем.
— Принято…
— Пока что я постараюсь не высовываться, но нам нужен доступ на рынок. Надеюсь, больше у Стального Курьера не возникнет проблем?
— Я повторю распоряжение, чтобы его не задерживали.
— Замечательно. Что ж, в таком случае до связи, Брунгильда. Пусть тебя озарит истинный Свет.
— И тебе пускай Свет освещает путь. До связи, Песец.
Я прервал разговор и, отняв рацию от уха, взглянул на батарейку с мета-жижей. Насыщенность зеленого в воде снизилась. Изрядно сегодня я поболтал — надо будет обновить жидкость в рации. Кто еще остался?
Вспомнив про Ворона, я позвонил ему и коротко обсудил последние новости. Наблюдение с парня сняли, так что я наведался к нему домой и еще раз осмотрел. Жучков или маячков не обнаружил, а вот легкие следы пси-магии в голове еще оставались. Но у Паука явно не было времени обработать парня как следует, так что серьезной опасности они не несли. Ворон поведал мне о ситуации в команде ноль-тридцать-семь. После случившегося ее расформировали. Меня ведь ранее исключили из Корпуса, а затем выяснилось, что и у Ирис серьезные трудности. Окурок вернулся к обычным рабочим обязанностям. Я дал разрешение Ворону посещать Вольную Станцию в любое время, особенно если он желает, чтобы я помог ему в развитии своих суперсил. На этом мы распрощались.