Месяц выбора

Синичкина Аурика

— Да ты что! — неожиданно пихнула меня в плечо подруга, слегка сбив настрой. — Не говори чепухи, я принесу книги на карнавал сегодня.

— Никакой театральности и драмы с тобой нет, Гуда! — я улыбнулась.

— Конечно нет. Ты что, в царство Хель уходишь, в мир живых не вернешься уже? Ты себе классного мужика нашла, а не похоронила жизнь молодую! И, я все понимаю, девятихвостый лис — это потрясающе, но неужели ты думала, я от тебя денусь куда-то? Подруги — это надолго, а мужчина еще неизвестно будет ли хорошо себя

вести!

Мы расхохотались на всю улицу.

— За что я тебя так люблю, так это за упрощение происходящего! По-моему, ты усложнила жизнь только при нашем знакомстве, — пихнула я девушку локтем в бок.

— Ой, не напоминай, до сих пор стыдно. Но ты тоже хороша!

— Да мы обе молодцы, подраться из-за какого-то гребня, который даже не наш оказался.

— Но зато потом было весело, — усмехнулась Гуда.

— Это точно!

Мы разошлись, условившись вечером встретиться у установленной карусели, самом ярком и большом пятне на площади. Мне полегчало. В самом деле, легкая грусть от предстоящих перемен еще не повод жечь мосты. В мастерскую я входила уже в блаженной гармонии, тёплым клубком свернувшейся в груди.

Отца не было видно, но шорохи их подсобки выдавали все происходящее с головой. Не особо церемонясь, постучала в дверку и громко спросила.

— Так когда свадьба-то?

Бум! Что-то упало и завозилось с той стороны двери.

— Дочка! — через некоторое время вышел слегка помятый и встрепанный отец, очень стараясь делать вид, что ничего необычного не происходит.

Я старалась держать лицо, но улыбка сама наползла, когда следом за папой, бочком, вышла Хельга.

— Так это, — папа открыл рот, стараясь еще что-то сказать, но потом остановился и вздохнул. — В сентябре свадьба.

— Уи! — подпрыгнула я. — Я так рада за вас, это очень здорово! — мы все втроем принялись обниматься, когда Хельга робко заметила у меня про метку на шее.

— Да, моя свадьба чуть пораньше, — улыбнулась.

— Что?! — громыхнул отец, а я и женщина захихикали.

— Расставляй стулья, Берт, а я заварю чай. Нашей девочке есть, что рассказать.

Мы сидели в уютной обстановке, и я обстоятельно выкладывала, как познакомилась с лисом, кто он такой, что делает, и какие у меня дальнейшие планы.

— Ты стала совсем взрослой, — хмыкнул папа. — Судя по всему, ты в нем уверена?

— Я не знаю, что уготовили мне Норны, но хотела бы рискнуть, — кивнула я.

— Это главное, — мягко сказала Хельга. — Что бы ты была спокойна рядом с ним. Когда вы отбываете?

— Думаю, через пару дней после ярмарки, оба уладим все дела, и уйдем с какой-нибудь из групп. Я познакомлю вас завтра, — отпила из кружки я.

— Хорошо, — Хельга встала, разлив еще чаю, жестом остановив подскочившего отца. — Я соберу тебе кое-какие вещи с собой.

Когда мы уже обнимались, стоя у двери, Хельга мягко погладила меня по волосам и сказала:

— Береги

себя. И помни, тебе всегда есть, куда вернуться.

— Я знаю, — я улыбнулась. — А вы берегите папу. Из вас получится отличная пара.

— Этот лис пусть не балует, — шутливо пригрозил кулаком Берт— Я ему еще в глаза скажу!

— Всенепременно, папуль, — расхихикались мы с Хельгой.

Уходила я с легким сердцем и веселым настроением. Впереди ждал Ренар и ярмарка!

Следующим пунктом мне надобно было посетить дом Халлы. Раз уж я уезжаю, и больше не приду к ней, ведьму нужно предупредить. Да и как-то я соскучилась. Заскочила по дороге в пекарню, купить подкуп.

Дом знахарки не изменился с прошлого визита. Боги, меньше месяца прошло, а как будто я тут полжизни не была!

— Халла! — крикнула я, заходя в сени. — Это Раварта! У меня для тебя куча новостей!

— Лучше бы травы какой принесла, удина, — раздалось ворчание из дальней комнаты. Потом шарканье, громыхание посуды.

Я, не дожидаясь приглашения, прошла на кухню. Старушка хозяйничала там. На очаге уже булькал чайник, на деревянном щербатом столе стояла посуда, скрипели открытые окна.

— Да вы, бабушка, никак ждали меня, — улыбнулась я, ставя выпечку на стол.

— Старая Халла знает, — проскрипело в ответ, — что ты, заноза, в этот раз натворила что-то.

Она разлила заваренный отвар по кружкам.

— Ну рассказывай. Умудрилась-таки оборотню попасться, вижу метку на тебе, девочка.

Я пересказала ведьме все свои приключения, с удивлением поняв, как много для меня событий произошло за столько кроткий период. Понятная, размеренная жизнь вдруг стала сложнее.

— Как-то так, — закончила рассказ. — В самом скором времени мы отбудем на венчание, а потом будем искать место в мире.

— Не оставит тебя этот лис в Нурланне, что ль? — старуха смотрело на меня цепко, без тени улыбки в глазах.

Мне стало как-то неловко за все то, что я тут рассказала. Словно сказала что-то не то, поступила глупо, в очередной раз. Захотелось уйти. Халла умело так сделать. Умела вывернуть твои даже самый крутые истории так, будто это полная глупость.

Я уже хотела открыт рот, начав как обычно оправдывать себя и защищать, но потом остановилась и подумала. А какого, собственно, Рагнарёка я должна так делать?

— Нет, уедем мы, — просто сказала, ничего не добавив.

— Хм, что ж. Вижу, ты в своём желании тверда и уверена. Одного прошу — будь осторожна. Подарок тебе один дам, на венчание. Амулет это древний, с собой всегда носи. Надеюсь, не понадобится никогда, но ежели чего — защитит.

С этими словами мне отдали деревянный кругляш на цепочке. По бокам были вырезаны руны, но в остальном амулет был очень прост.

Я поблагодарила ведьму и засобиралась домой.

К Ренару.