Месяц выбора
Шрифт:
— Он выглядит как нечто очень любимое, — осматривая книгу, сказал лис.
— Так и есть.
Зашедший к нам в палатку Йозеф в тот день наткнулся на милейшею картину: закусывая снеками, мы в обнимку с лисом читали книжки.
— Что Гуда, что теперь вот эти, — проворчал барс, тихо выходя обратно.
Так три отведенных дня пролетели и наступил день венчания. Мы шли прямо с утра, так как лиса поставили вперед.
Мы подошли к краю утренней толпы, которая потихоньку уменьшалась. Я внезапно поежилась. Что-то смутно похожее на страх и плохое
— Эй, эй, эй, малышка, ну что ты, — лис неожиданно крепко обнял меня. Его тепло, его запах, его немного сбивчивая речь окутали меня, словно одеяло. Мне стало так тепло, и дрожь постепенно сошла на нет. Дыхание выровнялось.
Рен еще что-то говорил, а уже стояла, будто теплого молока на ночь выпила — с блаженной полуулыбкой. Как будто меня папа маленькую обнял и понес на кроватку, когда я опять уснула в центральной комнате. Я посмотрела на Ренара, и он умолк на полуслове.
Мы стояли так не очень долго, но так…душевно, что для меня прошла целая вечность. Ренар такой теплый…
Но, все хорошее когда-нибудь кончается, и это закончилось. Обвенчаться-то надо. Мы подошли к распорядителю, и он нас отправил в восьмую пещеру. Я, честно, не представляю, где это, но лис, похоже, знал. И мы пошли.
При нашем приближении волки демонстративно поморщились и отвернулись, а кошки учтиво поклонились.
— А тебя не везде жалуют, как я погляжу, — шепотом сказала я лису.
— Ага, совсем оборзели, — с легкой улыбкой так же шепотом ответил Ренар.
Мы немного постояли, а потом в пещеру позвали первую пару, и очередь двинулась. Я опять начала трястись, и Рен обнял меня за плечи. Да что такое?
— Слушай, — лис несколько виновато посмотрел на меня, — если ты так не хочешь, мы можем не венчаться… — и взгляд в землю опустил.
— Эй, нет, не все так ужасно, — я улыбнулась, — просто мне что-то страшно при виде этих пещер…
Лис так улыбнулся, что я подумала: сейчас хвостом завиляет.
— Надо было настоять на отдельном венчании, — забурчал он. — Не бойся, детка, я с тобой, — замурчал на ухо томным шепотом.
— Что ты…, не успела я толком возмутиться, как он уже меня поцеловал. А потом начал вибрировать и гладить меня, тереться об мои волосы.
— Мы как бы не одни, ты… — бесполезно.
— Уру-ру-ру, — Рен так забавно фырчал, что я невольно улыбнулась.
— Ну все, все, щекотно! — я уже громко хихикала.
— М-м-м-м, и почему мы должны тут венчаться? Я бы сделала это в нашей хиженке, а потом долго и с наслаждением предавался…, - я заткнула рот этому чудовищу, вся уже красная, как солнце на рассвете.
— Убью, Фенрир тебя раздери!
— Фыр-фыр-фыр, — и улыбается так, засранец.
Наконец, подошла наша очередь. Мы зашли в пещеру и встали рядом с небольшим алтарем. У меня побежали мурашки, и я поежилась. Рен обнял меня, и мы
— Приветствую вас, связанные душами, пролейте свою кровь в чашу и соедините, сплетите свои жизни!
Рен порезал руку, а мне проколол палец, сразу же зализав ранку. Кровь капнула в чашу, закружилась в воде, но долго не меняла цвет. Я напряглась.
Затем, когда уже дернулся Ренар, вода стало медленно окрашиваться в кроваво алый, а потом и вовсе засветилась.
— Хм, странно… — этот служитель у алтаря стал выглядеть растерянным, и поняла, что что-то очень сильно идет не так. — Так бывает только в одном случае…священный свет крови! Ты, — ткнул он пальцем, — женщина — оборотень, дарующая жизнь! — и посмотрел так на меня, будто сожрать хочет, в упор.
Рен неожиданно зарычал, да так громко и грозно, что стены затряслись. И в пустой пещере вдруг появилась куча оборотней, которые тоже рычали и скалились, окружая нас.
— Рожденная оборотнями! — заорал мужик у алтаря.
— Если её кто хоть пальцем тронет, я вам лапы повыдергиваю, — Рен сказал это, не повышая голоса, но услышали все. Так, теперь мне осталось понять, что происходит.
— Рожденная оборотнями принадлежит всем, слишком ценна!
— Я сказал, хоть пальцем тронете, на одну популяцию оборотней станет меньше.
— Ты не имеешь права, лис!
Несколько оборотней кинулись на нас. Я вскрикнула. Но они даже не прошли и двух шагов, как повисли в воздухе, начав задыхаться.
— Вы забыли, собаки, с кем имеете дело!?
Рен прижал меня к себе и трансформировал челюсть, рыча все так же громко. Я вцепилась в него, как клещ. Да Рагнарёк на ваши головы, что происходит!?
Волки рычали, шатались, топтались на месте, но попыток подойти больше не предпринимали.
— Лис! Рожденная оборотнями принадлежит всем оборотням! И твоя метка тут ничего не меняет! Ты знал это!
— Подойди ближе и повтори, — зашипел Рен. — Мы уходим. И если вы хот дернетесь, ваши мозги будут соскребать со стен еще очень долго.
Мы вышли и, собственно, пошли. Вышли из поселения, но то и дело в кустах мелькали тени, а Рен все время тихо рычал.
— Что происходит? — тихо спросила его я, когда мы уже достаточно далеко утопали.
— О, малышка, — лис вздохнул. — Похоже, Норны решили сделать мне еще более щедрый подарок.
— Что?
— По всей видимости, твои настоящие родители оба были оборотнями, — Рен начал рычать громче и снова трансформировал челюсть.
— Но, разве это возможно? У оборотней редко рождаются девочки
— Редко, но это случается. Они, как правило бесплодны и бесполезны для семьи. Но вот девочка, способная подарить очень сильных детей-оборотней — великое чудо. И поэтому ты теперь нужна всем и сразу.
— Что!?
— Тебя заставили бы постоянно ото всех рожать, рожать и рожать, чтобы стая получила сильных щенков.
— Чт…, - меня опять начало трясти, руки вспотели и внезапно ослабли ноги. — Не великое чудо, а великие проблемы!