Месяц выбора
Шрифт:
Ренар, конечно, имеет опыт (серцеед), но вдруг ему со мной не понравиться? А что, если не понравиться мое тело? Мои довольно широкие бедра и животик? Гуда, конечно, говорила, что все это полная ерунда, и все у меня хорошо, но вдруг? Да, лису я нравлюсь, но ведь без одежды он меня еще ни разу не видел, мало ли. И вообще, это ведь должно быть приятно, а я не знаю, как сделать приятно! Боги, почему этого не было в романах мадам Руи!
Там всегда герои страстно падают на ближайшую горизонтальную поверхность, а потом сразу просыпаются утром. Ночь остается
Нет, конечно, я знала, что детей находят не в капусте, но все мои знания об искусстве любви были отрывками подслушанных разговоров почтенных матрон, обсуждений со сверстницами и информации из романов, но эта вся разрозненная информация никак не помогала мне, только заставляла нервничать
В результате этих размышлений к заветному дню я накрутила себя до легкой паники. Картинки разочарованного лица Ренара, или моего какого-нибудь позора то и дело всплывали перед глазами. Лис, конечно, это состояние заметил.
— Эй, эй, воробушек! — поймал он меня на кухне, усадив в объятиях на колени. — Что с тобой? Тебя беспокоит что-то?
Уф, как ему сказать-то? Крутила фразы так и эдак, выбирала слова, а в итоги выпалила, задержав дыхание:
— Я очень боюсь первого раза я ведь неопытная вдруг тебе что-то не понравиться вообще не понимаю что делать, — и судорожный вдох.
Лис молча моргнул два раза. Луп-луп так.
— Ты нервничаешь перед нашей ночью? — наконец сформулировал он. Я просто кивнула в ответ. — Ох, луна моя, это абсолютно нормально. Никто не рождается со знанием об идеальной любви.
— Но ты ведь опытный, а я ничего не умею, — шмыгнула я.
— Ничего страшного, — лис с улыбкой убрал прядку моих волос за ухо. — Это не векторная магия, все гораздо проще. Главное — разговаривай со мной, хорошо? Говори, если тебе больно, плохо, страшно. И особенно — если тебе очень приятно. Так я буду знать, как действовать.
— Но я тоже хочу действовать! — вскинулась, поерзав на его коленках.
— Именно поэтому я тоже буду с тобой разговаривать.
— И все же это все очень неловко. Я не могу весь день провести в напряжении, давай сходим позагорать на озеро? Солнце всегда действовало на меня умиротворяюще.
— Без проблем, — улыбнулся лис. — А вечером устроим романтический ужин.
— Романтический? — удивилась я.
— Да, я сделаю тебе сюрприз?
— Правда? А какой? — подпрыгнула я.
— Тогда это уже не сюрприз. Дождись вечера и узнаешь, — рассмеялась Ренар.
Вот хитрец, отвлек меня своей загадкой! У нас будет романтический ужин, прям как в… ладно, эти романы мне уже поднадоели. У меня тут реальность получше!
Вдоволь нажарившись на солнце, вечером я ополоснулась в остывшей бане, и постаралась навести красоту, хотя лис уверял, что после той тонкой рубашечки ему уже ничего не страшно. Но мне хотелось как-то выделит этот вечер.
Ренар накрыл на стол сам. Усадил меня, жестом фокусника зажег несколько маленьких огоньков, которые плавали в воздухе,
— Но в итоге нам пришлось наматывать круги по ночному городу, убегая от его пса Хельхайма! Четырежды мы едва не наворачивались в темноте, слыша, как эта зверюга лязгает зубами. Напугались мы тогда, конечно, знатно О, вообще отличный был пес, верный до последнего! — вздохнула я.
Ренар в ответ рассказал какую-то свою веселую историю из юности, и так, слово за слово, полился разговор. Было тепло, уютно, смешно, эль теплым комом плескался внутри, немного кружилась голова.
Я не заметила, как мы перешли на кровать.
— Знаешь, аромат масел некоторых растений является нехилым афродизиаком, — хриплым баритом сказал лис, зажигая какую-то палочку.
В воздухе начал распространяться аромат бергамота. Приятный легкий запах заполнял все пространство комнаты. Перед глазами у меня слегка поплыло, и я сделал глубокий вдох
— Я хочу сейчас сделать тебе приятно, — мурлыкнул оборотень на ухо. — Ляжешь на живот?
Во мне был эль, я дышала приятным маслянистым запахом, мне было весело, так что я готова была лечь уже не только на спину.
Оборотень откупорил еще какой-то маленький пузырек, вылил немного себе на ладони и наклонился ко мне. Он невесомыми касаниями стал целовать меня, одновременно делая плавные массажные движения на спине, втирая масло. Потом мазнул за ушами, аккуратно и нежно трогая ушную раковину.
Голова сделалась совсем легкой, как будто оттуда убрали камень. Приятная дрожь то и дело пробегалась по телу, и в какой-то момент я не сдержала вздоха.
— Мне очень приятно, — с улыбкой мурлыкнула, подражая тону лиса. Он в ответ начал выцеловывать мою спину, гладить ногу и бедра.
Полупьяный мозг возмутился, почему это целуют только спину, так что я развернулась, надув губы.
— Хочу, что ты поцеловал сюда, — указала пальцем.
— С удовольствием, — ухмыльнулся Ренар, страстно припадая ко мне. Я отвечала не менее напористо, один раз даже куснула его!
Потом мы оторвались, тяжело дыша, и лис перешел поцелуями на лицо. Он целовал меня в нос, в переносицу, около глаз, между верхней губой и носом — везде просто. Потом стек на шею, и я еще раз не сдержала вздоха.
В мареве чувственности почувствовала под своими ладонями горячую кожу оборотня, и начала нежно гладить спину и бока, иногда слегка царапая.
Лис сорвал с меня рубаху, медленно спускаясь все ниже. Он прикусил подбородок, поцеловал ключицы, щекоча дыханием кожу. Я открыла глаза, но все расплывалось, я видела лишь неясные очертания, в голове была легкость, а тело стало в разы чувствительней. Оборотень слегка покусывал меня, отчего я вздрагивала. Мелькнула шальная мысль, что он хочет меня съесть.