Месть Модеста
Шрифт:
– Видел, какой злой?
– Сейчас перенесём.
Голоса приближались. Окон нет, хранилище трупов находилось в подвале. Оставался один вариант. Я оставил дверь открытой и кинулся к дальним стеллажам. Никаких красивых холодильников из детективных сериалов. Простые полки сурового морга России девяностых. Я выбрал нужный труп и быстро прилёг рядом. Уф. Сюда не сунутся. Мой сосед с таким пропойным лицом и при жизни-то крепко вонял, а сейчас скипидарил на весь этаж. Да уж. Надо было у хранителей Альпы попросить.
– В смысле, украли тело?
– Но не сбежал же он.
– Так аварийный выход заперт! –
– Ну мы это… Как бы сказать…
Наконец-то повезло. Санитары-разгильдяи держали черный вход открытым, периодически бегая в кустики догоняться припрятанным спиртом. Начальник убедился, что выход открыт, наорал на подчинённых и увёл всех наверх. Предстояло объяснение со столичными. Шутка ли, из морга пропало тело наследника.
«Тело» второго шанса ждать не стало. Когда сотрудники ушли, я выбежал из здания. Скоро рассвет, нужно поторапливаться. Голый паренёк на улицах города рано или поздно попадёт в руки местной полиции, что в мои планы пока не входило. Тут повезло второй раз. Морг находился рядом со старым кладбищем. Нужных мне людей я нашел через двадцать минут.
– Дай мелочь на опохмел, а?
Трое. Летом бомжи любят тусоваться в парках и на кладбищах. Эти были изрядно пьяны. Мой голый вид нисколько не смутил мужиков и один из них начал с привычной мантры о мелочи.
– Откуда я тебе её достану? – улыбнулся я. – Давай лучше сбегаю. Где тут водки можно купить?
– Ык! – бомжи синхронно обрадовались моему предложению.
– Только мне не в чем пойти. Поможете с одеждой? Литр за мной.
– О-о-о!
– Ык!
– А-а!
Троица радостно загудела и стала стягивать с себя футболки и джинсы. Скорей всего подцеплю чесотку, но бегать по пустынным улицам в поисках сердобольных прохожих, которые помогут с одеждой, было опасней. Быстрей встречу патруль, чем понимание. А бомжи обо мне забудут через десять минут после ухода.
– Очистим Империю от позорных элементов!
Из-за деревьев выбежало четверо молодых людей. Их «подкрадывание» я услышал за полминуты до появления. Топали, как носороги. Тоже мне разведка.
– Шухер! Нацики!
Один из бомжей попытался убежать, но запутался в полуснятых джинсах и рухнул на траву. Двое других протяжно сматерились.
– Пришла ваша смерть, отбросы общества! Во славу народа россейского, что править мирами поставлен!
У каждого в руках по увесистому ножу. Тёмные одежды, высокие ботинки, на лицах банданы, как у разбойников Дикого Запада моего мира. У главаря на бандане метка. То ли руна, то ли чихнул кто. Маскарад какой-то. Гопник с блинком был опасней. С этими всё ясно. Местные национал-идиоты. Силёнок банду сколотить не хватило. Иначе придётся территорию делить с настоящим криминалитетом, а те и покалечить могут. Зато дохляков бомжей ножами резать, да в момент, когда они по уши пьяны, это можно. Тут смелости хватает. Опасность для алкашей смертельная, для меня шуточная.
– А ты что здесь делаешь? – вожак обратил на меня внимание. – Продаёшь тело? Не верю, чтобы такие отбросы силой заставили. Значит, сам пришёл. Как зовут?
– Полгода назад меня звали Абдулла, – нисколько не соврал я, вспомнив задание на Ближнем Востоке.
– Понятно. Чёрножопый. Значит, умрёшь первый.
Вожак подал знак и двое парней двинулись в мою сторону. Наученный опытом блинка, в этот раз я был готов к любому проявлению магии. Да и новое тело, наконец, полностью слушалось. Я упал на траву и кувырком добрался до рубашки,
Ух, хорошо! Переселение разума действовало лучше, чем я ожидал. Вместе с умом переселились шаблоны нейронных связей. Тех связей, что в бытность агента нарабатывались не столько тяжелыми тренировками, сколько космической фармакологией. Девяносто процентов аксонов и дендритов землян находятся в тёмном состоянии. О тёмной энергии и тёмной материи наука знает, а о тёмном состоянии нейронов нет. Космофармакология переносит скрытые части нейронов ребёнка в состояние, привычное для текущего измерения. После чего ребёнок учится всему гораздо быстрей и организм работает эффективней. У кого-то из агентов больше тёмных нейронов стали действующими, у кого-то меньше. У меня было много, поэтому считался лучшим агентом последних нескольких веков. Видимо, это отразилось при переселении в новое тело.
У Модеста теперь реакция агента, аналогичная скорость считывания и обработки информации. А значит, и способность к обучению. Мышцы слабые, но даже сейчас они в разы сильней, чем у юноши аналогичного телосложения. Опять же из-за оживших тёмных нейронов. Мозг выжимает из мышц максимум. Готов спорить, что одолею половину участников чемпионата мира по армрестлингу. А что будет, когда подкачаюсь?
Я на долю секунды замер, восхищаясь сохранившимися способностями. После чего зафиксировал руку нападавшего рубашкой и полоснул чужой рукой в сторону лица второго противника. Парень увернулся, но мне этого хватило. Я ударом ноги попал третьему в подбородок, пока тот наблюдал фокусы с рубашкой. Пацан рухнул. Я выхватил нож и всадил его в печень хозяина. Рубашка больше не нужна. Один в нокауте от хай-кика, другой убит собственным ножом. Осталось двое.
– Салам Аллейкум, черти, – произнёс я на арабо-уральском.
По опыту агента я знал, что в такой момент местные бандиты из мастеров единоборств превращались в олимпийских чемпионов по бегу. Но в новом измерении оставался ещё один вариант инстинкта самосохранения. Небольшой электрический разряд между пальцами главаря я заметил сразу. Тупить, как с блинком не стал, поэтому одновременно с прыжком в сторону запустил нож в голову противника. Сзади меня раздался грохот.
– Ох, нихера себе! – восхитился я мощи. – А если бы в меня попал? Так же и убить можно!
Я поднялся с земли. Ствол дерева, что росло за моей спиной, украшал ветвистый обугленный узор.
– Ты смотри-ка! В этом месте прямо на сквозь прошло, – я вёл себя, как школьник на уроке химии. – Это реально молния? Класс!
Я был расслаблен. Бой выигран. Хай-кик в подбородок оказался смертельным, парень получил перелом шеи. А вот ножом я чуток промазал. Лезвие ушло вправо вниз, хотя целился в глаз. Нож пробил артерию и теперь главарь, лежа на траве, пытался остановить обильное кровотечение, держась за шею. Хотя мы оба понимали, что это всё.
– Слушай, как это он так? – подошёл я к последнему выжившему. – Нужно какое-то заклинание произносить?
Четвёртый нападавший, увернувшийся от удара ножом с рубашкой, словил паническую атаку. Он сидел на коленях и испуганно моргал глазами. Бомжи разбежались, главарь умер, мы остались одни. Я подошёл и снял глупый платок, скрывавший лицо. Блин, совсем юнец лет пятнадцати. Остальные старше на три-четыре года.
– Первое дело? – парень закивал. – Обряд принятия? – опять кивок. – Взяли, чтобы повязать кровью.