Месть Модеста
Шрифт:
– О, Модест Альбертович! Я так рад с вами познакомиться!
Ко мне семенящей походкой подбежал низенький человек лет шестидесяти. Лысый, сморщенный и очень подвижный.
– Примите соболезнования, – смутился он. – Я считал Альберта своим близким другом… Мы вместе работали над редуктором. Такая утрата. Такая утрата, – он помолчал не
Какая-то внутренняя сила неожиданно разорвала тела на куски. Но вместо того, чтобы забрызгать нас кровью, весь напор ушёл в небо. До сих пор огороженный невидимым цилиндром. После чего из прокола начало исходить интенсивное свечение. Оно освещало небо и уходило вверх на огромную высоту.
– Работает! Работает! Этот редуктор бесподобен! – суетливый мужичок захохотал в голос. – Видите, теперь из прокола бьёт энергия. Она катастрофически мощная! К сожалению, пока энергия потустороннего мира работает вхолостую, обогревая небо. Небо, хи-хи. Обогревает небо. Хи-хи. Смешно, да? – мужичок похихикал в кулачок и продолжил. – Но, уверяю вас. Скоро, совсем скоро… Ох, простите. Не успел представиться. Карась Аркадий Леопольдович. Помощник вашего отца. Мы, кстати, с вами дальние родственники. Нам нужно обязательно встретиться за чашкой крепкого чая. Вы любите чай, господин Ермолов? Я обожаю! Знаете, люблю заваривать…
– Аркадий Леопольдович!
Услышав строгий голос, мужичок моментально замолчал. К нам подошёл кольщик. Он осмотрел сквер, убедился, что все охотники и держатели мертвы, после чего в упор посмотрел на Малахита.
– Общество! Уходим! – отдал приказ Юра.
Бойцы моментально послушались лидера и расселись по машинам.
– Модест Альбертович, завтра в полдень на набережной у ротонды, – обратился ко мне Малахит. –
– Конечно, Юрий. Я приду.
Кольщик проводил Малахита взглядом, после чего рукой показал нам на машину.
– Ребят, мне кажется, что этот автомобиль доставит нас в интернат, – понял я приказ немногословного кольщика. – Оставим дальнейшую работу властям. Я бы с удовольствием обработал раны, принял душ, поел и обсудил события сегодняшнего вечера. А вы что думаете?
– Модест, я подарю тебе фамильную саблю Гимаевых, – ответил Талгат, – если хотя бы одни сутки проведу с тобой, ни с кем не подравшись, и не оказавшись на грани гибели.
– А я девушка безродная, – добавила Берта, – поэтому, если это случится, то испеку торт. Только не обещаю, что не добавлю в него слабительного, чтобы пригвоздить твой зад на сутки к унитазу. Потому, что я, как и Талгат, в конец задолбалась спасать тебя.
– Ребят, я вас тоже люблю, – улыбнулся я.
В одном из магических бункеров
– Мы не смогли с вами связаться, поэтому я решил отдать Модесту его друзей и выторговать нам сутки, – произнёс Юлий Панкратов.
– Правильное решение.
– Времени хватило, чтобы эвакуировать девочку на новое место. К тому же мы восстановили доступ к этому бункеру.
– Похвально.
– Ждем дальнейших указаний.
– Связь со мной временно прекратится. Теперь все решения будете получать от моего нового заместителя. По сути, второго человека в нашем благородном обществе, которое враги прозвали дурацким словом «Сенатские». Все вопросы через человека, кто лучше всех на планете владеет магией подчинения разума. Позвольте ещё раз представить. С глубоким уважением, прошу любить и полностью подчиняться. Боярыня Ирина Яновна Шклярская.