Месть Модеста
Шрифт:
Глава 1
Осень 2019
Наше измерение
Милан
– С днём рождения! – произнесла по-итальянски женщина.
– Спасибо… – мужчина взял паузу и вопросительно посмотрел на подошедшую.
– Задание было в центральной Америке. Я Фрида.
– Спасибо, Фрида. А я в этом месяце Юрген.
Женщина кивнула и села за столик. Дата рождения – вот всё, что знал каждый агент друг о друге. Ни настоящего имени, ни национальности.
Новое дело, новое имя. Две-три встречи в год, во время которых агенты докладывали результаты и получали очередное задание. Наедине можно говорить только о погоде. Таким образом никто не сближался, хотя все агенты знали друг друга с семнадцати лет. В день семнадцатилетия, юноши и девушки, отобранные хранителями среди землян ещё в младенчестве, официально становились агентами пространственно-временной службы контроля.
– Дальний столик? – спросила Фрида, изучая меню.
В углу сидел холёный седой мужчина в солнцезащитных очках.
– Да. Я подошёл семь с половиной минут назад, – ответил Юрген, не отвлекаясь от телефона. – Объект здесь не меньше двух часов. Это видно по крошкам от печенья на столе и поверхностными взглядами на помещение. Всё уже изучил, начинает скучать и смотрит только за входом.
– Почему он на меня не обратил внимание?
– Я его отвлёк.
Фрида кивнула. Значит, скоро в кафе найдут труп седого мужчины в солнцезащитных очках. Все серьёзные властные структуры планеты догадывались, что существует какой-то особый игрок, который вмешивается в их планы. Но попытки выйти на связь проваливались. Как только натыкались на след и выставляли слежку, нити обрывались.
Юрген обнаружил сотрудника спецслужб, как только зашёл в кафе. Скорей всего МИ-6. Не зная ничего конкретного, ни места, ни время, ни кого они ищут, разведка отправила человека. Ничему их жизнь не учит. Если твоих людей постоянно находят мёртвыми, очевидно же, что не хотят с тобой общаться.
Поняв, что придётся уничтожать, Юрген первым подошёл к мужчине и заговорил с австралийским акцентом, строя из себя полоумного туриста. Трюк удался. Седой мужчина перестал видеть в жизнерадостном кенгурятнике того, кого ищет. Серьёзная ошибка.
– Бабушка с внучкой, – прочитал Юрген, сломав печенье с предсказанием.
Женщина разломила своё, принесённое официантом за их столик, как только она пришла.
– Четвёртый вагон.
Таким образом они узнали место, где состоится встреча с хранителями.
– Ты даже не попробуешь?
Мужчина мельком посмотрел на небольшой тортик с двумя свечками и отрицательно мотнул головой.
– Пошли.
Юрген подхватил Фриду под руку и они, громко смеясь, направились к угловому столику.
– Эй-эй-эй! – заорал Юрген, как полоумный, обращаясь к мужчине. – Нам повезло. Моя школьная подруга Синди тоже в Милане! Синди, ты должно обязательно выпить с этим… Как тебя, приятель? Извини, опять забыл имя. Я такой дурак! Ха-ха-ха!
Когда официант вернулся к столику, где сидели мужчина с женщиной, то обнаружил нетронутую еду, деньги и до сих пор горящие свечки с цифрами четыре и два. Посетители ушли.
А через час итальянская полиция установила, что неизвестный седой мужчина, по документам
– Здесь, – кивнула Фрида спутнику и зашла в купе.
Внутри сидели две негритянки. Морщинистая бабушка и внучка лет семи. Напротив улыбался молодой китаец. Закрыв дверь, Юрген сел между Фридой и китайцем.
– Боеголовка деактивирована, покупатели уничтожены, – завершил китайский юноша свой доклад. – Две предыдущие были проданы с территории бывшего СССР, а эта произведена по ту сторону Атлантики.
Бабушка посмотрела на внучку.
– Как ты и предупреждал, – произнесла негритянка басом. – Воспользовались эйфорией от победы в Холодной войне и продали.
– Фрида, что у тебя? – забасила в свою очередь внучка, обратившись к женщине.
Хранители в облике землян принимали отчёт от подчинённых. Людей, которых ещё младенцами отбирали путём психо-генетического теста. Убедившись в потенциале, забирали в закрытые академии и обучали. Четыре десятка языков, математика уровня докторов наук, абсолютный слух, эйдетическая память и многое другое достигалось с помощью межгалактической фармакологии. Боевые навыки подкреплялись тяжелыми тренировками. Пространственно-временная служба контроля делала всё, чтобы подготовить местных агентов. Ни в одном измерении, ни в одной вселенной, ни в одной галактике, никто не оставлял развитие жизни без присмотра. Чтобы дикари не уничтожили себя и соседей в каждой локации работали агенты присмотра. Где-то получше, где-то похуже, но с обязательным существенным бонусом в интеллектуальном и физическом развитии. Так пространственно-временной континуум оберегал себя от коллапса.
– Бароном поставила своего человека, – ответила Фрида. – Теперь наркокартели центральной Америки начнут междуусобную войну в день, который мы им укажем. Государства региона подключатся к усмирению и не станут занимать ни чью сторону в грядущей делёжке мира.
– Юрген? – обратилась девочка к мужчине.
– Операция прошла успешно. Все цели выполнены. Отклонений нет. Только…
Мужчина сбился и в купе повисло напряжение. Все знали, что Юрген, как звали мужчину сегодня – лучший агент за последние пять веков. С младенчества и до выпуска он сначала удивлял преподавателей в академии. А последние двадцать пять лет чёткость выполнения заданий поражали уже коллег по службе. Восемьдесят один процент успешности – лучший показатель среди ближайших галактик и временных измерений. Юрген, бывало, ошибался. Всё-таки человек. Но мужчина никогда не сомневался. То, что агент смутился, говорило о чрезвычайной ситуации.
Юрген заморгал, прокашлялся, а потом, глядя прямо в глаза девочке, чётко произнёс.
– Увольнение.
Молодой китаец не сдержался и с шумом выпустил воздух. Хранители и женщина замерли. Юрген решил закончить карьеру и воспользоваться перерождением. Каждый агент после двадцати пяти лет службы имел право уйти на условную пенсию. Только вместо пожизненного содержания, хранители возрождали агентов в новом теле. Знания и умения, приобретённые во время подготовки, весь боевой и коммуникативный опыт существенно урезались. Но оставшегося хватало, чтобы агент в новом теле имел серьёзное преимущество в развитии.