Мертвый Город
Шрифт:
– Чего? – Семен недоверчиво смотрит на него.
– Сема, успокойся, – осаживаю я парня, видя, как он распаляет себя, и обращаюсь к Клаусу, – Почему ты так думаешь?
– Мне так кажется, – просто отвечает тот. – Ведь мы видели того, кто создал тварей, фонтан и Стража. Мы могли видеть бойню, когда змей уничтожил почти всех горилл, а оставшееся их количество вполне сопоставимо с тем, что в свою очередь уничтожили мы несколько часов назад. Мы видели других тварей, волков, которых тоже уничтожили. Мы и сейчас видим фонтан, который тоже разрушили. И я думаю, вы согласитесь с тем, что так называемое «кино», которое нам показывают, является
Ребята слушают его внимательно и, если для меня Клаус не сказал ничего нового и ничего такого, о чем бы я сам не догадывался, то для Семена и Сони его слова явно неожиданны.
– Допустим… – начинает Рыжий, но Клаус его перебивает.
– В подтверждение моих слов о том, что некто хочет, чтобы мы досмотрели «кино» до конца, поглядите туда, – и он указывает рукой куда-то вправо. – Вам это ничего не напоминает?
Он стоит у самого окна, поэтому видит то, что не видно ни Семену, ни Соне, ни мне. Мы подходим вплотную к стеклу и несмотря на яркий свет в помещении, видим, на что указывает парень.
– Куда смотреть-то? – бурчит Рыжий.
– Две высотки на запад отсюда, – отвечает Клаус.
Пейзаж за окном стремительно меняется. С каждой секундой он становится все более узнаваемым и похожим на тот, что я запомнил, когда очутился в этом странном месте. На наших глазах небо, покрытое сердитыми тучами, будто опускается, притягиваемое землей. Темнеющие облака все ускоряют свой бег, и в них начинают вспыхивать молнии, все чаще и чаще. Если раньше, еще до того, как мы попали в это здание, нам казалось, что тучи просто очень быстро плывут по небу, то сейчас, с высоты нашего этажа, становится видно, что небо словно закручивается огромной воронкой, клубящейся угрюмыми, темными, вспыхивающими изнутри багровым светом тучами. Гигантская воронка опускается все ниже и, как мне кажется, касается крыши одной из высоток. А ведь в том направлении и скрылся неизвестный, которого мы должны найти. Неужели сошедшее с ума небо – его рук дело? Что же он такого натворил?
– Обалдеть! – ошарашено произносит Рыжий.
– Красиво, – шепчет Соня, – и страшно.
– Человек в плаще ушел как раз в том направлении, – Клаус обращается ко мне.
– Я помню, ты говорил, – киваю и добавляю. – Вряд ли бы мы смогли рассмотреть эту воронку, если бы ушли отсюда. Или увидели бы уже в непосредственной близости, если бы не свернули никуда по дороге.
– Значит некто указывает нам путь, – говорит Соня. – Получается, он помогает нам. Но почему он просто не придет и открыто не поможет?
– Да, к чему такие сложности? – спрашивает Семен, обращаясь к Клаусу.
– А я здесь при чем? – тот даже руки вскидывает. – Просто я предположил, исходя из…
– Да, да, – перебивает его Рыжий, – из логики событий. Уже слышали. И что мы дальше делать будем? – обращается он уже ко мне. – Так и будем сидеть?
– Да, будем сидеть и ждать, – отвечаю. – Или у тебя есть другие предложения?
– Нет, – вздыхает он и, «достав» стул, опускается на него.
Соня следует его примеру и спустя несколько секунд садится на свой стул, поставив тот у окна.
В воздухе все еще витает вонь от взрывчатки, которая, впрочем,
Повинуясь моей воле, в помещении поднимается сквозняк, довольно быстро очистивший воздух от неприятного запаха. Никто не обращает на мои действия внимания, разве что Соня недовольно фыркает, смешно выпячивает нижнюю губу и дует, смахивая с глаз локон своих светлых волос. Все заворожено глядят на город, а точнее на невероятную воронку в небе. Необычное зрелище действительно завораживает и притягивает к себе взгляд. Оно исполнено такой мощи, такой титанической ярости, что дух невольно перехватывает, и мозг отказывается верить тому, что видят глаза. Косматые тучи водят невиданный хоровод, и если где-то далеко, над городскими окраинами, они плывут, не спеша и почти не вспыхивая изнутри, то ближе к центру их косматые кипящие туши стремительно несутся совсем невысоко над крышами зданий. И багровые вспышки где-то в их толще настолько часты, что создается ощущение, будто небо горит, озаряемое изнутри зловещими багровыми всполохами.
– Неужели возможно сотворить такое? – с трепетом шепчет Соня, и глаза ее сверкают, отражая небесный огонь.
– Ты бы удивилась, когда узнала, как много ты на самом деле умеешь, – показываю рукой на небо.
– Как бы хотелось… – и она замолкает смущенно.
– Ты все вспомнишь, когда мы выберемся отсюда, и еще не такое нам покажешь, – убежденно говорю я и кладу руку ей на плечо, надеясь, что этот нехитрый жест приободрит и поможет укрепить волю.
– Спасибо, – шепчет она, поворачивается и глядит мне в глаза. – Я верю, ты нас выведешь отсюда.
– Не за что, – я смущен и не нахожу слов.
Рыжий что-то недовольно бурчит под нос о каких-то соплях.
А потом мой взгляд прикипает к окну, точнее к городу внизу. В поле зрения, на одной из улиц, снова появляется змей. Время все еще ускорено, и перемещения Стража кажутся стремительными и невероятно плавными, он словно не по земле ползет, а плывет в воде.
– Страж, – роняет Клаус негромко, привлекая всеобщее внимание.
Глава 7
Гигантский змей появляется на площади и приближается к фонтану, впрочем, не делая более попыток его разрушить, а потом скрывается на одной из улиц, неплохо просматриваемой с нашей точки. Вот Страж замирает неподвижно, словно решая, куда двигаться дальше, и сворачивает в сторону, исчезая из вида. Мысленно я прослеживаю его путь и уже догадываюсь, что произойдет дальше. Ожидания меня не обманывают. Минует, может быть, минута, когда в глубине кварталов, где скрылся змей, в воздух взлетает туча пыли, расползаясь вокруг удушливым облаком.
– Что это там? – спрашивает Семен, как и все, глядя в бинокль.
– Дым какой-то, – отвечает ему Соня.
– Это не дым, – роняю я, – это пыль.
– Наш змей снова нашел приключения на свою пятую точку. Небось, опять разборки с тварями устроил, – выдвигает версию Рыжий. – Хорошо бы, если он всех тварей передавит и того мужика заодно.
– А пыль откуда? Что он там делает?
– Пыли много, как будто рухнуло здание, – предполагает Клаус.
– Неудивительно. Змей наверное задел его своей тушей, вот оно и развалилось. Может, его придавило, и нам с ним не встретиться?