Мертвечина
Шрифт:
Он постучал рукой по дверце.
— Она у наших ребят. Я буду держать тебя в курсе. Мы собираемся с ней побеседовать. Ее зовут Тиффани Гаттс. Кстати, можешь добавить в ордер на арест Кевина еще один пункт.
— Какой?
— Совращение малолетней. — Майк повернулся ко мне спиной и направился к выходу из гаража. — Малышке Тиффани едва стукнуло шестнадцать.
4
— Штат Нью-Йорк против Эндрю Триппинга. В зале присутствуют ответчик, защита и помощник окружного
На скамьях за спиной Питера Робелона — «на стороне невесты», как говорил Майк Чэпмен, — сидели всего трое.
Харлан Моффет отложил программу скачек и спросил, готовы ли мы начать. Судья увлекался скаковыми лошадьми и порой прерывал заседания, чтобы по телефону узнать результаты забегов.
— Кто у вас сегодня, Александра?
— Не думаю, Ваша Честь, что кто-то из сидящих в этом зале считает себя свидетелем обвинения. Полагаю, — я оглянулась на двух женщин во втором ряду, — здесь находится мисс Таггарт. Я говорила с ней вчера вечером, но она себя не назвала.
С места поднялась женщина средних лет в длинном цветастом платье и шагнула вперед.
— Я Нэнси Таггарт, сэр. Представляю Манхэттенский приют.
Она кивнула на свою соседку, помоложе, но такую же суровую на вид.
— Это доктор Хуанг, психолог. Она наблюдает за сыном Триппинга.
— А вы? — Молоточек Моффета указал на мужчину, одиноко сидевшего в первом ряду. — Из той же братии?
— Джесс Ириззари. Юрисконсульт Службы опеки и попечительства. Мы поместили мальчика в приют.
— Черт возьми, здесь больше юристов, чем свидетелей. Что дальше? Есть какие-нибудь предложения по ведению дела?
— Ваша Честь, на прошлой неделе я просила вызвать в суд Даллеса Триппинга…
— Да, и что? Я вам отказал?
— Нет, сэр.
Гранатовый перстень судьи описал полукруг и уперся в Триппинга.
— Что это за имя — Даллес? Вы назвали сына в честь аэропорта?
Питер Робелон и Эмили Фрит наклонились к своему клиенту и зашептали ему что-то на ухо, вероятно, советуя помалкивать. Робелон, который сидел, почти касаясь головой головы Триппинга, выглядел гораздо эффектнее, чем его клиент. Черноволосый, тщательно причесанный, загорелый, Питер походил на лоснящуюся рептилию, поэтому я не доверяла серьезным взглядам, которые он бросал в мою сторону.
— Его назвали в честь Аллена Даллеса, бывшего главы Центрального разведывательного управления. Мальчик сам рассказал об этом в день ареста отца, когда Даллеса привезли на осмотр в Беллвью. Я читала его ответы при оформлении документов в больнице, — объяснила я суду. — Этот факт имеет отношение к делу. Мы подробней поговорим о нем во время слушаний.
Триппинг был помешан на муштре. Все, что говорила мне о нем Пэйдж Воллис, подтверждало это мнение. Он едва ли не с колыбели начал воспитывать мальчика в военном духе и старался, будто сержант, сделать из него маленького солдата.
— Итак, вы сказали…
— Что
Нэнси Таггарт вмешалась в разговор.
— Я протестую и требую аннулировать этот вызов.
Джесси Ириззари вырос рядом с ней.
— Присоединяюсь к протесту.
— А зачем вам так понадобился этот мальчик, Ал… простите, мисс Купер? — спросил Моффет. — Он что, присутствовал при изнасиловании?
— Не совсем. Я не могу сказать точно, что он видел и слышал, потому что мне не удалось с ним поговорить. В момент преступления его не было в комнате.
— Тогда зачем он вам нужен?
— Он был замешан в насильственных действиях обвиняемого. То, как обращался с ним в тот вечер отец, стало одной из причин, по которым мисс Воллис уступила сексуальным домогательствам мистера Триппинга.
Питер Робелон уловил сомнение на лице Моффета и поспешил использовать скептицизм судьи.
— Это явная натяжка, Ваша Честь.
Моффет решил, что настал подходящий момент для отеческого совета.
— Я ценю ваш творческий потенциал, мисс Купер, но вам не кажется, что вы слишком вольно трактуете события?
— Мисс Воллис впервые увидела Даллеса Триппинга в тот вечер, когда обвиняемый пригласил ее к себе домой. Мальчика позвали в гостиную. Отец приказал ему сесть на стул и ответить на несколько вопросов. Речь шла об оружии — пистолете, который находился в доме. Даллесу грозило наказание, если он даст неправильный ответ. Один глаз у мальчика распух и налился кровью. На руке у него виднелись синяки и…
Робелон вскочил с места.
— Ваша Честь, мы удалились от сути дела!
— Мисс Воллис решила не уходить, — продолжала я, — пока не заберет мальчика, чтобы выяснить, что с ним произошло.
— Тогда почему она просто не пошла наверх и не просидела до утра у телевизора? Кто сказал, что она должна спать с моим клиентом? Если это все, что есть у мисс Купер…
— Вы сами знаете, что далеко не все.
Было еще кое-что, хотя не слишком много. Но я полагалась на Пэйдж Воллис и ее душераздирающую историю.
Моффет почесал в затылке.
— О чем может рассказать ребенок?
— Я не знаю, о чем он может рассказать. Поэтому и хотела с ним поговорить. Но нам все время вставляют палки в колеса.
— Мисс Таггарт, — спросил судья, — вам известно, почему в марте этого года мальчика вернули в ваше заведение?
— После ареста мистера Триппинга, сэр, у Даллеса не осталось живых родственников, и о нем некому позаботиться. Мы провели полное физическое и психологическое обследование Даллеса. На основании этих данных Суд по семейным делам пришел к выводу, что ребенок не может быть возвращен отцу даже после освобождения мистера Триппинга из-под стражи.