Мехман
Шрифт:
– Если это так... Если это только так, Зулейха!..
– А что же еще может быть?
– голос жены звучал так невинно, так нежно...
– Ты не обижайся на меня, Зулейха, но я подумал, что часы...
– У меня один сын и одна дочь, - сказала Шехлаханум, выступив вперед. Я одинаково люблю вас обоих...
Но Мехмая перебил ее и продолжал, обращаясь к жене:
– Меня расстроило, что ты, как мне показалось, слишком жадно смотришь на эту золотую вещицу, что она заняла слишком много места в твоем
– Мы тоже никогда не согласимся, чтобы желания твои и надежды потерпели крушение, - почти пропела Шехла-ханум.
– Конечно! Никогда!
– поддержала ее Зулейха. И вдруг ощутила мучительную боль в сердце. Ни в мечтах Мехмана, ни в его планах она не видела места для себя, не видела желания сделать ее жизнь более удобной, более богатой и приятной. Не в силах сдерживаться больше, Зулейха зарыдала.
– Что с тобой дочка? Почему ты плачешь?
– Я, несчастная, мама... Я так несчастна...
– По всему видно, что кто-то посеял здесь ядовитые семена, - сказала Шехла-ханум.
– Кому-то моя дочь стала поперек пути.
Шехла-ханум не надо было учить. Она знала, чего хотела добиться от молодоженов, и уверенно вела свою хитрую игру.
28
Мамедхан, стоя у двери, протирал заспанные глаза, когда к нему подошел милиционер, проживающий по соседству.
– Что это случилось с твоей Балыш?
– спросил он.
– Я что-то не вижу ее уже несколько дней...
– К отцу ушла...
– ответил Мамедхан.
Милиционер недоверчиво посмотрел на него, но ничего не сказал больше и отошел. Мамедхан тут же побежал к Муртузову домой и, уединившись с ним, стал горько жаловаться:
– Видишь, что эта шлюха Балыш натворила со мной? Она погубила меня, угробила...
– А что такое?
– спросил Муртузов.
– Плохое что-нибудь?
– Хуже не может быть... Я думал, что она ушла к отцу...
– Куда же она ушла, если не к отцу?
– Она повесилась!
– Что?
– воскликнул, вскочив с места Муртузов, но тут же овладел собой.
– Повесилась? Почему, Мамедхан?
– Из-за ревности, в пылу гнева, чтобы досадить мне. Или из-за своих грязных проделок в клубе, которыми она мучила и терзала меня...
– Она еще висит?
– деловито осведомился Мурту зов, наморщив лоб.
– Или ты снял ее?
– Разве я дотронусь до повесившейся? Ни за что. Пусть все увидят, что эта бесчестная натворила, какой стыд обрушила на мою голову.
– Придется начинать следствие, Мамедхан!
– сочувственно заметил Муртузов.
– Конечно. Ты сам должен установить, где правда и где кривда.
Муртузов задумался и важно произнес:
– Надо
– И посмотрел прямо в глаза Мамедхану.
– Понимаешь? Чтобы он составил правильный акт. Понял? Следствие будет в основном зависеть от медицинского заключения. Подобно зданию, стоящему на фундаменте, следствие должно опираться на эту бумажку - акт.
– Вчера я как раз встретил доктора. Он как будто был приветлив со мной, любезен...
– Когда ты узнал о ее смерти?
– Час тому назад. Вошел в комнату и вдруг вижу: подставила под ноги бочку и...
Мамедхан скривил лицо.
Муртузов пошел с Мамедханом прямо к Мехману.
– Товарищ прокурор, на плечи этого несчастного свалилось большое горе.
– Какое горе?
– Трудно даже сказать. Язык не поворачивается.
– Что случилось? Разве он тоже замешан в расхищении промтоваров для учителей?
– Нет, товарищ прокурор. Сколько раз за эти годы его проверяли, из всех ревизий он выходил чистым, как цветок. Беда в том, что жена несчастного повесилась. Как только он узнал об этом, прибежал сообщить.
– Повесилась?
– отрубил Мехман, испытующе глядя на Мамедхаиа.
– Товарищ прокурор, эта женщина немножко...
– Муртузов, стараясь выгородить своего друга, наклонился к Мехману и сказал вполголоса: - Она была немного легкого поведения...
Мехман с удивлением посмотрел на Муртузова. Тот опомнился.
– Конечно, все выяснится во время следствия. Но...
Как ни старался следователь сохранить беспристрастный вид, Мехман уловил все же, что Муртузов с самого начала пытался создать невыгодное впечатление о Балыш.
– Надо пойти на место происшествия, - сказал он лаконично.
– Вызовите врача и начальника милиции.
Джабиров явился немедленно.
– А где врач?
– В больнице нет телефона, - ответил Муртузов, желая выиграть время. Придется послать человека.
– Пошлите скорее. Немедленно.
Муртузов вышел во двор поискать человека в калошах. Он коротко рассказал ему обо всем.
– Влип наш Мамедхан...
– огорчился Калош.
Но Муртузов заметил строго:
– Беги за врачом. Все теперь зависит от его заключения. Понятно? Надо срочно доставить врача сюда.
– Понял, понял, вызвать врача.
– Человек в калошах, сгорбившись, ушел, а Муртузов вернулся в кабинет прокурора.
– За врачом пошел Калош, - сказал он.
Мамедхан обрадовался. Его синеватые небритые щеки даже порозовели. "Калош хитер, находчив", - подумал он с облегчением. И в ту же минуту почувствовал на себе взгляд Мехмана. Мамедхан схватился за голову и закачался из стороны в сторону, показывая всем видом, как жестоко он страдает, как тяжело переживает смерть Балыш.