Медиум Мириам

Тараторина Даха

Призрак дважды саркастично хлопнул ладонями, рукоплеща догадливости. Мири вернула шпильку книксеном.

– На рассвете я находился на островах. И предпочёл бы вернуться обратно, а не флиртовать с рыжей ведьмой в этом сарае.

Мири открыла рот… а потом закрыла его. Нет, обыкновенно за словом она в карман не лезла. Просто на языке вертелось такое количество возможных ответов, достойных, чтобы отплатить нахалу за «сарай», что выбрать один не представлялось возможным. Открыла снова… и прикрыла ладонью, не уверенная, что подготовленная ругань достаточно

точно выражает суть её чувств. Обозвать сараем чудесный, гостеприимный, замечательный дом двоедушников, где она провела самые счастливые детские годы! Это додуматься надо!

Когда Мири отняла ладонь ото рта, возле него осталось чёрное пятнышко сажи. Это пятнышко взметнулось вверх вместе с уголками губ – девушка наконец нашла идеально подходящие ситуации слова.

– А не пошёл бы ты? – вежливо предложила она и схватилась за ручку двери.

– Так ты поможешь мне?

– Я похожа на человека, который собирается тебе помогать? – удивилась Мири. – Прости, пожалуйста, это случайно! К тому же, – и здесь она была более чем искренна, – к Ледне сейчас не полезет и отчаявшийся самоубийца. Я – точно нет.

– Предлагаешь мне подождать, пока на старуху снизойдёт благостное настроение?!

Вообще-то именно так двоедушники и делали испокон веков, но мертвецу местным правилам ещё учиться и учиться.

Призрак попытался прихлопнуть дверь, но рука прошла доски насквозь. Мири посмотрела на торчащую кисть с одной стороны, на предплечье с другой, в задумчивости покусала щёку и, просияв, доложила:

– Думается, ты не подохнешь подождать. Ну, – она выдержала положенную паузу, – больше того, что есть, по крайней мере.

Тонкие губы мужчины вытянулись напряжённой струной. Он прошёл дверь насквозь, оказавшись перед Мириам, наклонился к её уху, обдав прохладой, и прошептал:

– Ты в самом деле надеешься от меня так просто избавиться?

А вот тут у медиума имелся козырь!

– Ну как тебе сказать…

Она подмигнула призраку золотым глазом. Ну как «подмигнула»? Прикрыла. Мертвец исчез. И вместе с ним шатающиеся по залу инициации тени и дурное настроение Мириам.

– Да, надеюсь, – победоносно закончила девушка и, насвистывая под нос легкомысленную песенку, вышла.

Обманка четвёртая

Про идиллию

Трёпка затягивалась. Уже и солнце давно выполнило норму по производству тепла и снова плюхнулось в сырую перину туч, а Леши всё не появлялся.

Мири быстро наскучило ожидание, как быстро наскучивало вообще всё в этом мире, и, справедливо рассудив, что оборотень в родном городе её и сам найдёт, она отправилась предаваться воспоминаниям. Вчера неожиданная клиентка превратила законный выходной в рабочий день, но вот сегодня…

– Сегодня больше никаких призраков! – злорадно пробормотала медиум, оторвала от многострадальной юбки кусок и перевязала левый глаз. – Даже если они будут бросаться под ноги!

Теперь платье создавало впечатление, что девушка не только побывала на костре,

но и с боем прорывалась через окружающую его толпу.

– Ладно-ладно, сначала переоденусь. Да и Викси там одна-одинёшенька… Скучает. Одна. Совсем одна. Викси. Викси! Ё-о-о-олки! – ужаснулась Мири, осознав мысль.

Викси там одна! Святые знают, что она могла учудить за утро, пока отсутствовала чуть более ответственная половина их компании!

На бег Мириам всё-таки не сорвалась, хотя очень хотелось. Фургончик был дорог ей не только как память, но и как рабочий инструмент и какой-никакой дом, так что потерять его из-за похмелья мстительной феи не хотелось.

Поэтому мощёную камнем улочку она проскочила на предельных скоростях, а двух волков, застрявших на повороте в попытке заволочь во двор кабанью тушу, и вовсе перепрыгнула. Тот, что покрупнее, покрутил когтем у виска, но Мири и не заметила. Она уже видела карминный фургон, оставленный под плакучей ивой, крыша которого недвусмысленно совершала возвратно-поступательные движения.

«Хорошо ещё, что Зверя в лесу оставила», – подумала медиум. Уж этот игрунок не преминул бы открыть охоту на внезапно оживившийся транспорт.

Не успела девушка натянуть на лицо строгое выражение и постучать, дабы дать тем, кто внутри, мгновение на моральную подготовку, как дверь распахнулась сама. Из неё кубарем выкатился здоровенный мужик со спутавшейся бородой, а ему вслед просвистела скомканная тряпка, при ближайшем рассмотрении оказавшаяся штанами. Мужик, ошалело косясь на фургон, подобрал портки и, пытаясь на ходу попасть ногами в нужные отверстия, поскакал в сторону таверны.

Ну конечно! Вот почему бородатая физиономия показалась знакомой: вышибала «Блохастого бока» сразу приглянулся фее и та на следующий день продолжила знакомство, так невежливо прерванное с вечера подругой.

Как говорится, вспомнишь дриаду – и бабы не надо: вышеупомянутая Викси показалась в проёме почти сразу. Она, в отличие от вышибалы, растрёпана не была. Разве что коротенькое откровенное платье демонстрировало её внушительный, если считать относительно остальных размеров, зад, не менее внушительный перёд и бедро в разрезе чуть сильнее обычного. Фея проводила мужика томным взглядом, приложилась к горлышку не иначе как им же притащенной бутылки и презрительно заявила:

– А разговоров, разговоров-то было! Эй, парниша! – Она игриво помахала крошечной ладошкой оборотню, перекинувшемуся в волка от пережитого стресса. – Заходи, как оправишься!

– Не думаю, что он оправится, – прикинула Мириам, вырвала у подруги бутылку и, с трудом воздержавшись от того, чтобы самой глотнуть для смелости, залезла в кибитку. – В целом, не так уж и плохо… – осторожно заметила она.

После предыдущего возлюбленного Викси им пришлось менять внутри обшивку, заделывать дыру в потолке, а занавески и вовсе сжечь. В этот раз парочка ограничилась разбитой посудой, крошечным кружевным бюстгальтером на гадальном шаре и покрасневшими от стыда картинками на картах.