Медиум Мириам
Шрифт:
– Обижа-а-а-аешь! – Викси старательно расправила крылышки, взлетела, хлопая ими чуть чаще, чем стоило бы барышне её размеров, послюнявила палец и стёрла пятно сажи на щеке Мириам, после чего невинно закончила: – Мы кровать сломали.
– Опять?!
– Ну почему же опять? В прошлый раз только дно провалилось, а в этот – ножки. Три из четырёх! – с оттенком гордости уточнила фея. – И лучше не спрашивай, как именно мы это сделали.
– Упаси святые! – от всего сердца пообещала Мири.
Стараясь не наступить
– Вик!
– А?
Не оборачиваясь, Мири задрала вверх руку с находкой:
– Мужская или женская?
– А что, есть разница?
Фея целомудренно опустила ресницы. Она как раз обнаружила на столе кружевной предмет туалета и торопливо затолкала его под подставку.
– Если она не моя, то да!
– По крайней мере, точно не моя, – Вик устроилась на шаре, как на табуреточке, и бережно выправляла вмятинки на крыльях. – Размерчик мимо.
– Может быть это кого-то из твоих…
– Возлюбленных? – с предельной вежливостью предположила фея.
– Одного из твоих многочисленных возлюбленных, – покорно повторила Мири.
– Может быть, – согласилась Вик. – Что ты пыхтишь? Нет, ну что ты так злобно пыхтишь? Я всё равно не помню, чья она, да и вряд ли владелец ждёт, пока мы вернём его имущество.
Путём обнюхивания убедившись, что, если рубашка и не женская, то, по крайней мере, относительно чистая, медиум смирилась и, стащила через голову убитое платье.
– Да, пожалуй, видок ничего. Продолжай, – незамедлительно донёсся до её ушей хрипловатый мужской голос. Призрак полулежал на столе, подогнув под себя одну ногу, и оценивал представшую его взору картину. – Не так чтобы обо всём на свете забыть, но отвлечься сойдёт.
– Да ну ёо-о-о-олки! – медиум дёрнулась вернуть на место съехавшую повязку, но передумала: она, конечно, мертвеца видеть перестанет, но он от этого никуда не денется.
Вместо того, чтобы визжать и суетиться, пытаясь скорее натянуть что-нибудь поверх тонкой сорочки, она уперла руки в бока и поинтересовалась:
– У тебя других дел нет?
– А? – удивилась Викси.
– Да я не тебе!
– А-а-а, – понимающе протянула подруга. – Снова глюки… В смысле, призраки.
Мертвец сложил губы трубочкой, как бы раздумывая, и доложил:
– Нет, пожалуй, что нету. И мне понравилась идея раздражать тебя до тех пор, пока не сделаешь, что мне нужно. Я ею воспользуюсь.
– Напугал орка красным перцем! Я просто прикрою глаз, – Мири выполнила угрозу, – и ты пропадёшь.
Постояв так ещё несколько ударов сердца, она отняла руку от лица
– Понял?
– Разумеется. Ты прикроешь глаз, – мужчина похабно подмигнул, – и я исчезну. – Спрыгнул со стола, расслабленно приблизился и коснулся тонкой рыжей косички у виска девушки, наблюдая, как она проскальзывает сквозь пальцы. – Но мы оба знаем, что я всё равно буду рядом, – чувственно шепнул он, – всюду следовать за тобой, наблюдать за непристойностями, что ты делаешь…
– Я не делаю никаких непристойностей! – вспыхнула Мири.
– Разве? – приподнял бровь призрак.
– Зря! – прокомментировала Вик. – Многое теряешь.
Ощутив, что краска заливает не только лицо, но и плечи, и грудь, Мириам поспешно натянула рубашку, действительно оказавшуюся мужской. Пришлось подкатать рукава по примеру этого дотошного мертвеца и заправить в юбку полы, доходящие до середины бёдер.
– А малявка понимает, о чём говорит, – сообщил призрак, возвращаясь к столу и присаживаясь на корточки перед феей, которая его, разумеется, не видела.
Медиум пробормотала:
– Угу, тебе и не снилось.
Она затягивала тесёмки клетчатой юбки, когда стена фургончика проскрежетала и отчётливо заскулила.
– Ну кого там ещё принесло?! – на ходу накидывая узкий кожаный жилет, Мири распахнула дверь и… запнулась.
Потому что перед входом сидел огромный сивый пёс с плешивыми полосками у ушей, похожими на заживший лишай. Нет, Мириам не боялась животных вообще и собак в частности. Просто встретить пса в селении оборотней-волков было так же странно, как эльфийку, волокущую вёдра с водой, в человеческой деревне.
– Эй! – Она наклонилась и протянула псу руку. – Ты чей, малыш?
«Малыш» был втрое крупнее среднестатистической собаки и с лёгкостью мог бы подмять, а то и загрызть хрупкую девушку вроде той, что сюсюкала с ним. Однако пёс завилял хвостом и с готовностью подставил голову.
– Хороший мальчик! – удивлённо потрепала его за ухом девушка.
– Кинь ему кость какую и займись более важными вещами, – влез призрак. – У тебя тут человек мёртвый в фургоне, ничего?
– Ну так уже мёртвый же, – беспечно отозвалась медиум, – был бы ты живым, проблем было бы больше.
– У-у? – удивился пёс, но долго фиксироваться на том, что девушка говорит сама с собой, не захотел. Вместо этого он оттолкнулся от мостовой и впрыгнул внутрь, завалив при этом Мириам на спину и смачно лизнув её в лицо.
– Эй-эй! – Она рассмеялась, но отпихивать добродушную псину не стала, наоборот, с готовностью прочесала пальцами мохнатую грудь, шею, погладила по ушам, осторожно тронула плешивые полоски и неуверенно спросила: – Леши?
Пёс завилял хвостом сильнее, как будто планировал взмыть на его ускорении в небеса.