Медь химеры
Шрифт:
Лонни была прекрасна, ее волосы венчали гирлянды цветов, а подвенечное платье подчеркивало линии тела, которое было прекрасно и привлекательно даже в самые худшие времена. Она тоже не улыбалась; может быть, она сохраняла спокойствие только усилием воли, поскольку в обычных условиях была очень жизнерадостной девушкой. Келвин вспомнил, что в свое время она пользовалась перчатками и, очевидно, хорошо столковалась с ними.
– Лонни Барк, – провозгласила королева, такая же серьезная, как и жених с невестой, –
– Да, желаю, – тихим голосом ответила Лонни.
– А ты, Жак Смайт, известный также как Ловкий Жак и Спаситель нашей Страны, желаешь ли ты взять в жены Лонни Барк?
Жак, казалось, заколебался. Его глаза устремились в направлении наряженных по всем правилам сорвиголов, которые были вместе с ним во время его операций по краже змеиных шкур, и потом во время революции. Вероятно, у него были какие-то свои мысли. Он посмотрел на королеву, словно обращаясь к ней за помощью, но не нашел таковой.
– Да, – наконец произнес Жак, ясно и без запинки.
Жалость Келвина к своему брату все усиливалась. Казалось, девушка, которую он любил, и не самом деле собиралась выйти замуж за его друга. Не совершает ли он ошибку, не давая о себе знать? И какая же сложилась бы ситуация, если бы Кайан вырвался вперед и сообщил Лонни о своем присутствии и о своей любви прямо перед тем, как она должна была выйти замуж за другого мужчину?
Церемония еще не закончилась. Теперь королева обратилась к гостям, просто спросив у них:
– Нет ли здесь кого-нибудь, кто был бы против?
Келвин посмотрел на брата, надеясь, что тот заговорит. Он боялся, что Кайан потеряет контроль над собой, но теперь жалел, что это не произошло. Лонни не выглядела очень счастливой перед вступлением в брак. Удивительно, но точно так же выглядел и Жак. Может быть, это брак только по расчету, из политических соображений? В этом случае…
Королева снова повернулась лицом к паре:
– Поскольку нет возражений, я отныне провозглашаю…
Перчатки резко дернули Келвина с места.
– Подождите! – это вырвалось у него еще до того, как он понял, что кричит.
Королева, казалось, почувствовала облегчение от полученной отсрочки.
– Ты? Ты протестуешь, Келвин Найт Хэклберри? Почему?
Келвин заколебался. Но перчатки опять дернули его, побуждая говорить.
– Мой брат желает жениться на ней! – выпалил он. Келвин чувствовал, что все глаза в зале смотрят сейчас на него. – Он вернулся ради этого из своего родного измерения. Мы задержались и ничего не могли с этим поделать, но все это время он собирался… – он запнулся.
Послышались шепот, бормотание и восклицания некоторых гостей. Но наибольшее возбуждение вызвали не слова Келвина, а реакция самой
Лонни уставилась на них, пристально глядя на Кайана. Ее обычный румянец исчез, она побелела, как полотно, и, коротко вскрикнув «Кайан!», сползла без сознания на пол.
Келвину пришлось двигаться быстро, чтобы угнаться за своим братом. Бывший принц был уже рядом со своей любимой. Упав на колени, Кайан склонился над ней и взял ее за руку. «Лонни, Лонни, не умирай!»
Ее глаза раскрылись, синие и ослепительно прекрасные.
– Кайан, Кайан, я думала, что ты пропал навсегда! Эта девушка в твоем родном измерении… Я – я…
– Тише, тише, дорогая Лонни, – прошептал Кайан. – Она была не для меня. Мне просто потребовалось время, чтобы все это понять. Все будет хорошо. – Затем он посмотрел вверх и увидел, что Жак смотрит на них, стоя рядом. – Это…
Огромная ладонь Жака опустилась вниз и так крепко сжала плечо Кайана, что тот вздрогнул от боли.
– Друг, мой друг, который мне больше, чем брат, Кайан, сделавший меня тем, кто я есть. Если Лонни выберет тебя, я не стану протестовать.
Келвин вздохнул с облегчением. Но в следующий момент Кайан, который вел себя так, словно получил удар кулаком по голове, уже говорил:
– Нет, нет, мой друг, я потерял голову. Право – это право. Ты ее заслуживаешь.
– Почему ты так говоришь, мой старый друг? Мы вместе сражались со змеями. Мы сражались с солдатами и прислужниками короля. Мы на многое замахнулись, и мы выиграли. Ты заслуживаешь все, включая и Лонни. Мне не следовало вмешиваться!..
– Ну, собственно… – начал Келвин, пытаясь как-то сгладить колоссальную неловкость сложившейся ситуации.
– Я почувствовал, что должен жениться на ней, потому что было неправильно позволять ей горевать, – сказал Жак. – Но теперь ты вернулся. Это все меняет.
– Но я оставил ее ради Леноры Барли. Это…
– Кто, – с неожиданной энергией спросила Лонни, – кто такая Ленора Барли?
– Девушка из другого измерения, которая выглядит так же, как и ты, – объяснил Кайан. – Но между вами большая разница, и она заключается не только в ее заостренных ушах. Она занималась физической любовью со многими мужчинами, в то время как ты и я…
– Испытали более тесное слияние, – прошептала Лонни.
– Да, да, это верно, но…
– Но оно ничего не значило для тебя.
– Нет, нет, это не так! Оно очень много значило!
– Правда, Кайан? – на лицо Лонни вновь возвратился румянец. Ее глаза предостерегающе заблестели.
– Да. Да. И вот почему, Лонни, ты должна выйти замуж за Жака. Он тебя заслуживает, а я нет.
– Он хочет сказать, что… – Келвин остановился, понимая, что все оказалось поставлено с ног на голову.