Меченые Проклятием
Шрифт:
Но сейчас не время говорить об этом. Возион захотел поехать ради прошлого. Это было очень удачно, но все равно, как мог бы отец отказать ему, помня о той, первой, поездке?
Возион прервал молчание:
– Мне сказали, что в Нурце из-за джоолгратов могут быть неприятности.
– Какого рода неприятности? Глупый вопрос, верно? Я имел в виду: почему именно в Нурце?
– Джасбур говорит, что он населен гуще, чем Веснар или Да-Лам. Возможно, нам не удастся объехать стороной все города и деревни. Но еще она сказала, что у Рарагаша есть Договор с тамошними властями,
Хм! Но прежде чем Булрион успел переварить эти сведения, из-за деревьев на дальнем берегу показался Улпион и замахал белой тряпкой.
– Вон он! Все чисто! – Булрион сделал слишком поспешное движение и невольно охнул от боли.
Его сын посмотрел на него с подозрением и сморщил длинный нос.
– У тебя ничего не болит?
Булрион перевел дух.
– Ничего! Переправляй своих.
– Может, тебе следует поговорить с нашими ивилгратами?
– Я же сказал, что у меня ничего не болит!
Возион пожал плечами.
– Хорошо, отец. – Он повернулся и сделал знак следовать за собой.
Булрион следил, как Возион пересек галечный пляж и направил лошадь в воду, возглавляя первую группу: впереди два огоулграта из Черной Бухты – старый Шард и мальчишка Тигон. Когда они приблизились, он весь подобрался в ожидании большой или малой неприятности, но ничего нежданного не произошло. Вчера вечером ревущий лагерный костер внезапно погас, оставив кучку холодной золы. А предыдущей ночью в непроглядной тьме с деревьев вдруг грянул птичий хор. Когда Занион приехал в Черную Бухту, меченые, которых предполагалось спасать от голодной смерти, объедались китовым мясом – на берег выбросились три кита. Рядом с огоулгратами происходят всякие странности!
За огоулгратами последовали Ниад и Полион. Из-под мужской шляпы девочки торчали два пучка золотистых волос, взметываясь вверх-вниз при каждом шаге ее лошади – смешно, но очаровательно. Полион возбужденно ухмыльнулся деду. Нос у него был много короче, чем у Возиона, но в остальном его сходство с мальчиком тех давних дней было поразительным. Хотя тот не ухмылялся. Булриона подмывало спросить, нравится ли ему эта поездка больше, чем поездка в Черную Бухту, но он поборол искушение.
Затем два авайлграта из Рарагаша. Они постепенно менялись. Ордур, мужчина, стал уже не таким тупым и не таким дряблым. Женщина выглядела более стройной и словно бы заметно моложе. Цвет лица у нее стал приятнее, волосы темнее, и в них появился блеск.
Булрион поглядел вверх по течению реки, потом вниз. Выше по течению виднелись развалины деревенских домов, видимо, брошенных уже давно. И никаких более свежих признаков жизни он не обнаружил. Лошадь Ниад заартачилась. Полион поспешил на помощь. Девочка сумела удержаться в седле. Вскоре все они въехали на противоположный берег и скрылись за деревьями. Булрион обернулся и увидел, что за ним наблюдает Раксал. Он кивнул, и воин широким шагом направился к нему.
– Ты хочешь поехать со своими последним или поищешь брод ниже по течению?
– Вода в реке
Муолграт, как всегда, сохранял ледяную отчужденность. Булрион поручил ему трех джоолгратов, потому что только он был способен находиться с ними рядом. О том, что происходило между ним и этой Джодо по ночам, можно было только догадываться, но без Раксала чтецы мыслей поставили бы их всех перед неразрешимой задачей. Их надо было держать на расстоянии по меньшей мере ста шагов от остальных, а особенно от Тибала Фрайнита, которому они внушали ужас.
Раксал повернулся, чтобы отойти, но Булрион, поддавшись порыву, остановил его:
– Погоди!
Воин остановился и невозмутимо ждал, что последует дальше. Он словно бы не испытывал ни малейшего любопытства.
– Моя жена упомянула, что ты помог ей с продажей гостиницы?
– Да.
Булрион скрипнул зубами. Ему было стыдно говорить об этом, но еще более жгучий стыд не оставлял ему выбора.
– А как?
Других людей этот вопрос мог бы удивить, но не Раксала.
– Она велела своему стряпчему согласиться на самую высокую предложенную цену и прислать ей купчую на подпись. По закону этого мало: ей пришлось бы вернуться в Далинг и поставить свою подпись в присутствии нотариуса. Я посоветовал ей еще раз написать распоряжение стряпчему и заверил ее подпись. Я все еще ношу высокий гвардейский чин, а потому это законный документ. Деньги будут сохраняться в Храме до дальнейших ее распоряжений.
Чтоб Судьбы побрали далингийцев и их меченые Проклятием путаные законы!
– Твой дядя сказал мне, что, возможно, гостиница ей не принадлежит и у нее нет права ее продавать.
Раксал пожал плечами.
– В таком случае сделка будет признана недействительной. Однако она думает, что гостиница принадлежит ей.
Ему, совершенно очевидно, было все равно, так это или не так. Он остался бы равнодушен, даже если бы речь шла о его собственном имуществе.
– Как может человек, подобный тебе, судить о том, что думают люди?
– Мои суждения не затемняются чувствами. Вот ты сейчас испытываешь смущение, если не стыд. Нелогичный ответ на известие, что состояние твоей жены сохранено за ней. Совершенно очевидно, что ты поверил моему дяде и думал, что твоя жена тебе лжет. Возможно, кроме того, ты опасаешься, что скоро ей надоешь, а потому предпочел бы, чтобы она была бедной и во всем зависела от тебя.
Булрион сделал неосторожное движение, и вновь ему в спину ударила молния. Боль помешала ему сказать то, что он уже приготовился сказать. Он глубоко вздохнул.
– Благодарю тебя.
– За что?
– Э… что сказал мне. Почему тебе не пойти и не переправить джоолгратов через реку?
– Я это и собирался сделать. Ты сам попросил меня подождать.
Раксал повернулся и удалился размашистым шагом. Приятен, как рыба, сдохшая неделю назад!
Тибал Фрайнит, прислонившись к дереву, перелистывал книгу. Потом закрыл ее и сунул в карман балахона с беззастенчивой улыбкой.
– Ну да, я подслушивал! Ты же знаешь, как я трушу, если дело касается джоолгратов.