Матабар V
Шрифт:
Удивительно, но такие люди как Рейш Орман, Эдвард Аверский, майор Мшистый, да и сам Полковник лишь подтверждали слова Габриэля Дэвенпорта (внебрачного потомка герцогов Анорских) о том, что большая часть аристократии весьма патриотично настроенные граждане, просто в глаза бросаются и в памяти остаются те, кто за свой комфорт и лишний экс готовы продать не только родину, но и мать, семью, любые убеждения, как политические, так и религиозные.
В любом случае, каких бы достойных людей Арди не успел повстречать, он собирался и дальше придерживаться
Наконец, они миновали последний из сидячих вагонов и оказались в тамбуре. Не закрытого типа, как использовали в степных поездах, а открытый. Два стальных балкончика соприкасались железными мостками и спрятанным под ним массивным крюком сцепки.
К поезду прицепили вагон, который совсем не походил на пассажирский. Зашитый листами темного металла, юбкой спускавшихся так, чтобы прикрыть колеса; без окон, немного выше стандартных размеров.
Арди видел такие в Метрополии. Они прибывали ночью и всегда в сопровождении толпы стражей, военных и пары десятков Плащей. Только не в единичном числе, а целым составом. Составом Казначейства, собиравшим налоги по всей необъятной империи.
Бронированный вагон…
На противоположном балкончике Мшистого встретила женщина. Немолодая. Лет тридцати. С взглядом орлицы, таким же носом, узловатыми пальцами и посохом из сплава Эрталайн с вырезанными на нем сложными печатями.
Регалий, как и Мшистый, она не носила. На поясе абсолютно мужской, лишенной талии фигуры покачивался относительно тонкий гримуар.
Ненароком взгляд Ардана снова мазнул по печатям на посохе. Ни одной выше трех-звездной структуры. Либо Синий маг, либо Желтый, но придерживающаяся мнения Аверского о том, что лучшие и сильнейшие заклинания на посох лучше не наносить. Потому что не у одного Арди острый и цепкий взгляд.
— Какие новости, капитан? — Мшистый прошелся по мосткам, встал рядом с коллегой и, прижимая подмышкой посох, достал, ну разумеется, пачку сигарет.
— Молчит, — коротко ответила Плащ-маг. Видимо одна из группы Мшистого. — Клементий немного перестарался и сломал ему левую руку, а ублюдок даже глазом не повел.
— А ломал зачем?
— Немного не рассчитал с параметрами клетки.
— Идиот, — сухо, без лишних эмоций, констатировал Мшистый. — Напомни мне, капитан, как вернемся в столицу погонять Клементия на полигоне.
Капитан, прежде выглядящая на лицо едва ли не более невозмутимой и спокойной, нежели её начальник, изрядно побледнела. Видимо «погонять на полигоне» из уст майора Мшистого совсем не то, чем захочешь закончить командировку.
Возможно Арди стоило задуматься, почему охотничий отряд Мшистого, обычно колесящий по всей стране, уже целый год находился в Метрополии, но прислушиваться он собирался не только к советам Марта и Цассары, но еще и Миллара…
— Пойдемте, капрал, — Мшистый, так и не закурив, засунул сигарету за ухо.
Капитан, все еще бледная, провернула несколько раз стальное колесо на двери, послышались металлические щелчки и толстенная створка отъехала внутрь
Первое, что бросилось в глаза Арду — свет. Все помещение буквально утопало в ярком, желтом свету. Тот бил из прожекторов, закрепленных по всему периметру вагона. Они сияли яркими лучами, сходящимися в единой точке.
В глубине вагона, внутри довольно тесного деревянного ящика, сидел… полукровка.
Наполовину человек, наполовину эльф. Даже не зная куда смотреть, незнающему наблюдателю бросились бы в глаза уши разной формы — одно длинное и узкое, другое… все еще длинное, но короче и шире своего «соседа». А еще глаза. Совсем обычные. Карие. С радужкой и зрачком. У чистокровных же эльфов зрачков не имелось, а радужка закрывала практически весь белок.
У подобной особенности имелась вполне логичная эволюционная подоплека, связанная с влиянием Лей и ореолом обитания эльфов, но Арди сейчас было не до науки.
Босой, в белом льняном пиджаке и штанах, в изорванной красной нательной рубахе, обнажившей костлявую грудь, он прислонился лицом к тому, что можно было бы принять за стальные прутья. На деле же те действительно являлись прутьями, только не из стали, а из чего-то иного, созданного заклинанием.
Почему Арди был так в этом уверен?
Потому что прута имелось всего три, но не статичных, а подвижных. Как бы не повернул голову и корпус босоногий эльф-полукровка, три прута двигались в такт его движениям, не давая выбраться из ящика.
В неудобной позе, с постоянно бьющим в глаза светом, с неестественными изгибами левой руки, он, при всем при этом, выглядел скорее не утомленным, а… разочарованным.
Тело полукровки, как и у Урского, покрывали темные линии узоров татуировок племен Армондо. Они не касались лишь лица. Правильной формы, с вытянутым подбородком, четко очерченными скулами, немного «клюющим» носом и низким лбом, прикрытым волосами темного цвета, но из-за света прожекторов кажущихся едва ли не пепельными.
Арди, признаться, мало что знал о жизни Первородных кроме тех коротких оговорок и обрывков общей информации, которые получал от Аркара и вышибал «Брюса». Но даже ему было понятно, что жизненный путь данного полукровки весьма необычен.
— Майор, — хором поприветствовали еще двое магов.
Точно так же, как и капитан, не носящие регалий. И, точно так же, как и капитан, обладавшие военными посохами из сплава Эрталайн с, максимум, печатями трех Звезд.
Один из магов сидел за небольшим столом и что-то записывал в журнал. Напротив него покоилось оборудование в виде железной коробки с рычагами, датчиками и мигающими лампочками. С внешней стороны устройства вились толстенные Лей-кабели, подсоединявшиеся к прожекторам и железному контуру, обрамлявшему ящик. Именно из него и «росли» двигающиеся прутья.
Лет тридцати пяти. С обручальным кольцом и такой глубокой залысиной, что логичнее было бы окончательно распрощаться с волосяной «подковой» на вытянутой голове.