Матабар IX
Шрифт:
— И если бы все это не было очевидно, капрал, — в какой-то момент перебил его Полковник, властным жестом поднимая левую ладонь. — То вы бы уже тихо-мирно, будучи лишенным всех наград, скакали по степи навстречу своему давнему знакомому. Меня, как и Императора, больше интересует не почему, а… как, о Вечные Ангелы, вы умудрились стереть с лица земли больше сотни домов на площади, в разы превосходящей то, на что способна современная стратегическая Звездная магия?
Ардан старался не показывать вида, но мысленно он с облегчением выдохнул. Опять же —
— Идеальный шторм, господин Полковник, — произнес Арди, разводя руками. — К этому могло привести многое — устройства, взорванные Кукловодами, или какая-то особая аномалия, сведения о которой утеряны из-за изначального захвата города, но в Поле Паарлакса появились серьезные возмущения. А может и все вместе. Я не понимал, как именно ими воспользоваться, но чувствовал некое родство с перегретым генератором. Так что соорудил небольшое устройство, повторяющее, по своей сути, цепь Лей-питания, после чего использовал навыки Говорящего. Сложно описать языком Звездной науки, что именно было сделано, но это сродни буре в стакане. А я выступил в ней ложкой.
Полковник посмотрел в глаза Арду. И пусть де-факто глава Черного Дома являлся самым обычным человеком, лишенным всяких необычных способностей, но юноше все равно показалось, что его буквально вывернули наизнанку. Настолько явно, что Ардан даже, как и учила Атта’нха, представил себя стоящим посреди Алькадских пиков, слушая, как рычит Учитель.
— Надеюсь, вы куда подробнее изложили данную ситуацию в своем отчете, — Полковник отвел взгляд в сторону.
— Да, разумеется, — тут же ответил Ардан и толкнул по столу упитанную папку с исписанными листами.
Благо, что в текстовом виде данную полуправду, не содержащую, тем не менее, ни единого слова лжи, изложить не составляло особого труда.
Ставило ли Арда сокрытие от Полковника своей теории, получившей предметное подтверждение, касательно Лей-бомбы в один ряд с Леей Моример и Магистром Тихоновым?
Мысли завтрашнего дня.
— В таком случае, раз с этим покончено, — Полковник убрал отчет о взрыве в ящик стола. — То, капитан, что у вас на горизонте?
Милар поспешил открыть свою записную книжку:
— Ждем движений Артура «Пижона» Бельского на предмет его сделки с капралом, — перечислял он. — Все еще есть зацепка по Старьевщику касательно инцидента в Музее, ну и, разумеется, Ральское предгорье и Мертвые Земли.
— Пока без предгорий.
— Тогда только две ниточки.
Полковник, вновь сложив пальцы домиком, ненадолго замолчал.
— По нашим сведениям Старьевщик не вернется из своего путешествия раньше зимы, а сам Бельский вряд ли справится раньше осени, — Полковник, с явной неохотой, достал из уже другого ящика конверт с печатью Императорской канцелярии. — На орден или медаль вы себе, на этот раз, капрал, не заслужили. Радуйтесь, что вообще без взысканий… но Его Императорское Величество довольны вашей службой. Вам предоставляется внеочередной, но неоплачиваемый и, по необходимости, отзывной отпуск сроком до, собственно, конца месяца
— Тоже, что ли, какой-нибудь город взорвать, чтобы и мне отпуск почти на полгода выдали, — недовольно проворчал Милар.
— И на этом, господа, пока можете быть свободны. Капитан. Капрал.
— Полковник.
— Полковник.
Одновременно поднимаясь на ноги (Милар, при этом, весьма тяжело опирался на свою далеко не простую трость), хором ответили напарники.
Уже в дверях Милар ненадолго остановился и, повернувшись к погрузившемуся в бумаги Полковнику, спросил:
— Господин Полковник, чисто любопытства ради, а сколько в этот раз насчитали ущерба? Меня, причем, больше сумма после точки интересует. Ну, в ксо. Не в эксах. А еще…
Полковник поднял на них полный весьма неприятных обещаний взгляд.
— Понял, — Милар, несмотря на хромоту, исчез в коридоре даже быстрее, чем там оказался сам Ардан.
В «Джаз-баре у Брюса», как и всегда в дневное время суток, царила звенящая пустота. Немного одиноко подмигивали лампочки в выгнутых абажурах, и, порой, если прислушаться, то до уха доносился низкий гул трудящегося в подвале генератора. Помимо него, и не считая нескольких коричневокожих орков, играющих в Семерку за дальним столиком, в баре находились лишь двое.
Орк-полукровка, без пиджака, но в дорогой жилетке с шелковой спиной, протирал чистенькой тряпкой бокал. Ростом чуть больше двух метров пятнадцати сантиметров, с шириной плеч достаточного объема, чтобы повздорить с дверным проемом кто из них двоих и кому мешает, но слишком человеческими глазами.
Напротив него сухой, даже, наверное, почти болезненно худощавый молодой мужчина, ростом значительно ниже, но, в то же время, достаточно, чтобы в любой толпе смотреть не на спины прохожих, а на их шляпы. Причем сверху вниз.
Юноша водил пальцем по ободку чашки, заполненной наполовину ароматным какао.
— Налить еще, Ард? — Аркар спросил утробным, низким, почти рычащим голосом.
Ардан поднял взгляд на своего очень странного друга, находящегося совсем по другую сторону баррикад, нежели те, что определила Арду служба. Но все равно — друга. И может быть их дружба разительно отличалась от той, что сложилась с Борисом и Еленой, но стоило вспомнить и Бажена с Миларом.
Чудным образом, с каждым новым сезоном, проведенным в Метрополии, Ард открывал для себя все больше того, что прежде пряталось за завесой Алькадских лесов и долгих вечеров у костра в компании ковбоев и степного ветра.
Порой Арди скучал по тем временам. Они казались ему не столько легкими, сколько простыми в своей пусть и тягучей, но такой неспешной манере повествования. А теперь он все время куда-то бежал, опаздывал и, зачастую, и вовсе мчался вслепую, лишь на ощупь разбирая, что ждало впереди.
— Значит не надо, — сам же на свой вопрос и ответил Аркар, вернувшись к прежнему занятию. Прежде — Распорядитель Орочьих Пиджаков, а ныне их новый главарь, всегда говорил, что элементарная (пусть Аркар и не мог выговорить данное слово) работа успокаивала его нервы.