Мастер убийств
Шрифт:
Рядом с мужчиной с висячими «мустачиос» валялся «уоки-токи». Ник поднял его и включил прием. В то же мгновение в ухо ему впился резкий тонкий голос:
— Хола [27] ! Хола! Альберто? Что там у вас, е… …мать, происходит? Хола! Давай же включайся!
Картер мрачно усмехнулся. Никогда больше Альберто не включит свой передатчик. Но… Пора сматываться. Прихватив с собою женщин. Он, как всегда, оказался прав! Где-то рядом находится командный пункт, и, значит, вскоре сюда прибудет подкрепление! Двигайся же! Молись и уповай на свою счастливую звезду! Ник перекинул
27
Алло! (исп.).
Ник скорчился на одном, особо расшатанном стуле, оказавшись почти на уровне люка. В отличие от черной пропасти коридора внизу, крышу заливал звездный свет. Девица не промахнется! Она лежала в кирпичном блоке маленького пентхауза, прямо посередине крыши. Умненькая девочка. И смелая. Прихватила англичанку и втащила за собой лестницу. Плоская крыша представляла прекрасно простреливаемое пространство. Слезогонка, разумеется, выкурила бы отсюда девчонку в два счета, но бандиты немного не рассчитали. Так что Тася была все еще жива за узкими, забранными частой решеткой окнами пентхауза.
Ник повязал платок на тупорылое дуло автомата и высунул его через люк. Ему страшно не хотелось нарушать тишину, но его действия были сейчас единственно возможными, хотя и кто его знает? — несколько бессмысленными. Все равно они прибудут сюда через несколько минут.
Он принялся размахивать своим импровизированным белым флагом.
— Тася Лофтен! — Его крик чисто и отчетливо прозвучал в ночной тишине. — Тася! Слышишь меня?! Пожалуйста, ответь! Нельзя терять ни секунды! Я хочу тебе помочь!
Длинная пауза. Полная тишина. Звезды сияли, словно кубики льда. Затем над крышей зазвучал низкий мелодичный голос:
— Я вас слышу. Кто вы и что вам нужно?
Ее английский был почти безупречен, лишь с малой толикой акцента. Чтобы в таком совершенстве овладеть языком, очевидно потребовались годы тренировок.
Ник сделал глубокий вдох. Итак, поехали. (Он представил себе, как перекосило бы Хоука, услышь он столь бесцеремонное раскрытие личности.)
— Меня зовут Ник Картер, — сказал номер третий. — Вы, может быть слышали обо мне. Я — американский агент. Хочу вам помочь. Надо спешить. Здесь полно бандитов, а вся ваша охрана перебита. Сейчас не время для разговоров: могу я выйти на крышу?
— Вы вооружены?
— Разумеется. Торопитесь! Я не причиню вам зла, хотя должен добавить, что тоже охочусь за англичанкой. Если мы не поспешим, то вскорости сможем заказать по себе панихиду! Соображайте побыстрее!
— Брось оружие на крышу, штатник!
Ник вытолкнул автомат в люк. Он шваркнулся, зазвенев на плоской черепичной крыше. Ник поморщился: грохот был слышен за милю.
— У меня еще есть, — крикнул он. — Пистолет и нож, но я буду держать руки над головой! В эту минуту мы с тобой, девочка, союзники! Но ради всего святого — поторопись!
— Выходи! Держи руки как можно выше над головой. Здесь у меня автомат,
— Верю!
Ник подтянулся на руках и перекинул тело на крышу. Небольшое квадратное помещение пентхауза было погружено во тьму. В одном из окошек он засек отраженный от металла луч света. Ник вытянул руки так высоко, что хрустнули суставы, и пошел в ту сторону. Почему-то свело живот. Он был как на ладони, она могла запросто пристрелить его. Если девуля решит поиграть с курком — все будет кончено! Но даже если этого не произойдет, Нику придется приложить максимум усилий, чтобы убедить русскую. Именно поэтому он решил разрушить «легенду» и сказать столько правды, сколько в его положении возможно. Врать в подобных обстоятельствах очень трудно, существует опасность «раскола». А говорить правду… или полуправду — намного легче.
— Остановись! Держи руки над головой!
Он находился футах в шести от окна. Ник различал смазанное пятно ее лица, ветер доносил до его ноздрей аромат ее тела. Картер стоял, широко расставив ноги, подняв руки к звездам.
— У нас есть от пяти до десяти минут, — произнес он. — Не больше. Выслушайте и не перебивайте. Потом решите. Мы окружены людьми Иуды — убийцами. Отъявленными головорезами.
— Иуда? Это еще кто?..
— Не сейчас! — рявкнул он яростно. — Вы можете выслушать?
Номер третий говорил минут пять. Пот полз по спине, точно вши. Ник убеждал девушку, чтобы спасти собственную шкуру и шкуры еще двух — по крайней мере, на данный момент — женщин, а также для того, чтобы миссия «Сафо» удачно завершилась. Одна ошибка, и он мертв. Однажды Хоук сказал одному своему приятелю, что Ник, если захочет, то сможет так охмурить ребенка, что тот отдаст ему свой леденец, а птицы оставят свои гнезда и полетят вслед за номером третьим. И сейчас, чувствуя, как в груди гулко колотится сердце и пот струится по спине, Ник погрузился в серебряные глубины собственного голоса. Картер, человек, который мог запросто любой рукой оторвать взрослого мужчину от земли и медленно задушить, чувствовал, что нет и не было в его жизни момента, более тяжелого. Но в конце концов он своего добился: продал свою байку с потрохами!
Как только Тася пришла к тому решению, к которому пришла, она моментально начала действовать.
— Можете опустить руки, — сказала она. — Мы, конечно, противники, но пока заключим соглашение. Я вам не доверяю и не жду, что вы станете доверять мне. Но сейчас-то что нам делать?
Ник отер пот со лба.
— Убираться отсюда к чертовой матери, и поскорее. Я не представляю, что задерживает их подкрепление. Кстати, как там англичанка? В порядке?
— Ага! В полном. Я всадила ей двойную дозу наркотика. Теперь она спокойная, как танк… Вы, конечно, знали, что она наркоманка?
— Да. Вытаскивайте ее сюда. А лестница где?
— Она там, в углу.
Девушка исчезла, и Ник услышал, что она заговорила с Алисией Тодд.
Картер отыскал лестницу и опустил ее в люк. Он услышал позвякивание цепочки и скрип открывающейся двери пентхауза. Почувствовав, как ножки уперлись в пол коридора, Картер обернулся к женщинам. Девушка тащила в руках автомат, ствол которого был направлен Нику в живот. Он улыбнулся. Пора поставить все точки над «i».
Он вплотную подошел к ней, почувствовав, как дуло уперлось в тело. Поднял руки вверх.