Мастер Трав VIII

Мордорский Ваня

Я взял острый нож и быстрым, точным движением отсек кончик щупальца, длиной с палец. Виа дернулась, передав мне вспышку боли, от которой я невольно поморщился. Ничего, эта боль не такая уж и сильная, потерпит.

Тем более, что я сразу обработал ее рану: взял бутылочку с заживляющим гидролатом и обильно полил кровоточащий зеленым соком срез. Затем проколол свой палец и капнул кровью прямо на рану лианы. И, вдобавок, дал Виа достаточное количество своей живы. Всего этого ей должно было хватить на то, чтобы создать зачаток нового отростка.

Так

и произошло. Прямо на глазах, из среза потянулись новые волокна, обрастающие зеленой плотью и постепенно превращающиеся в подобие отростка. Да, прежней длины и толщины он не вернул, но через день, скорее всего, он ничем не будет отличаться от того, что я срезал.

Лиана мгновенно успокоилась — она поняла, что даже если я забираю часть ее плоти, я способен восстановить ее быстро и без последствий. И система сразу отметила этот небольшой рост в мыслях Виа.

[Зачаточное Самосознание Виа +1%]

Хорошо, а теперь к делу.

Я взял отсеченный кусочек плоти лианы, быстро перетер его в каменной ступке в однородную зелено-черную кашицу. Добавлять ее в уже готовую мазь было бы ошибкой — свойства просто не смешаются как надо, я это уже знал. Поэтому я начал готовить вторую порцию мази с нуля. В очень небольших дозах.

Пришлось сделать четыре попытки, прежде чем я понял, когда именно добавлять плоть лианы. Едва я это понял, как получившаяся мазь на секунду вспыхнула и приобрела более глубокий насыщенный зеленый оттенок, а внутри нее появились черные точки.

[Алхимия +1%]

Да, это был новый рецепт, пусть и на базе старого, и система это отметила.

[Регенерирующая мазь (Особая).

Качество: Хорошее (68%).

Свойства: Мощная регенерация тканей. Обезболивание.

Дополнительное свойство: Незначительная устойчивость к воздействию Черной Живы в нанесенных участках тела]

Я выдохнул с облегчением. Вышло!

Основа мази могла впитывать свойства и других ингредиентов, не связанных напрямую с регенерацией, а именно этого я и побаивался.

Я довольно улыбнулся и посмотрел на Виа. Она — не просто мое оружие, она в каком-то смысле идеальное средство защиты. Чем больше она будет поглощать черной живы, чем больше будет количество этих черных точек, обозначающих ее устойчивость, и тем ценнее будет ее плоть. И если я могу сохранять ее свойства посредством мази и не только, то это открывает передо мной огромные возможности.

Виа, уловив мои мысли о том, что я оцениваю ее как «ценный ресурс», тревожно зашевелилась. Ей эти холодные, прагматичные идеи категорически не понравились.

НЕ ВОЛНУЙСЯ, — мысленно успокоил я ее, — МЫ СДЕЛАЕМ ТЕБЯ ТАКОЙ ОГРОМНОЙ, ТОЛСТОЙ И СИЛЬНОЙ, ЧТО ПОТЕРЮ ПАРОЧКИ ОТРОСТКОВ РАДИ БЛАГОГО ДЕЛА ТЫ ДАЖЕ НЕ ПОЧУВСТВУЕШЬ.

Она недоверчиво фыркнула через эмоции, но затем немного успокоилась, свернувшись плотным клубком на столе.

Меня же заботило другое: поможет ли эта мазь с такими

жуткими ранами, как у Рыхлого? Ведь устойчивость — это одно, а лечение — совсем другое. Наверное дам Рыхлому два варианта мази, — обычную и эту, особую, — и попрошу его сообщить, какая из них эффективнее и есть ли вообще разница на практике.

Я оставил мазь на столе и вышел на крыльцо, где с наслаждением потянулся. Солнце всё еще припекало. Рядом, на нагретых досках, блаженно умостилась Рассветница, впитывая тепло. Даже не заметил, когда она успела выскользнуть из очага.

Мне не дали как следует отдохнуть, потому что через минуту смутно знакомая, чуть сгорбленная фигура появилась у нашего забора.

Пришлось встать и подойти к калитке.

— Есть кто дома? — насмешливо, с легкой хрипотцой спросил старик, по телу и одежде которого то и дело перебегали мелкие, шустрые ящерки.

Волк Трана, дремавший прямо у калитки, лениво поднял голову и, издав низкий, предупреждающий рык, глянул на меня с вопросом в глазах. Мол, враг это стоит у забора или друг?

— Спокойно, — кинул я волку. — Это…свой.

Огромный зверь понял мои слова, перестал рычать и снова положил морду на лапы, хотя настороженности не потерял.

Я повернулся к гостю.

— Вы же… Кирос? — уточнил я окончательно узнавая человека. — Вы у нас покупали яйца ржавозубов.

— Было дело, малец, — усмехнулся старик. Его лицо, испещренное глубокими морщинами, собралось в хитрую улыбку. — Встретил тут Трана на рынке. Слово за слово, и он обмолвился, что тебе вдруг очень захотелось узнать, как можно развивать ящерку. Рассветницу.

Затем цепкий взгляд Кироса скользнул мимо меня, и остановился на рассветнице, которая продолжала лежать на крыльце.

— Это она? Ее ты хочешь усилить? — его глаза буквально засияли интересом. — Я взгляну?

Я кивнул, открывая калитку и понимая, что мне даже не пришлось идти искать его по поселку — этот фанатик ящериц сам пришел ко мне.

— Ах да, — вдруг сказал Кирос, останавливаясь в проеме и указывая узловатым пальцем на свое плечо. — Гляди-ка. Узнал?

По его руке и плечам переползали три ящерицы. У них была плотная, буро-рыжая бронированная чешуя, мощные короткие лапы и тяжелые, пусть еще и маленькие, челюсти. И они чем-то смутно, напоминали одну огромную особь, которую убил Грэм.

— Ржавозубы? — уточнил я на всякий случай.

— Были яйцами, а стали вон какими красавцами, — с нескрываемой гордостью заявил старик, поглядывая на ржавозубов.

Кирос неспешно зашел внутрь двора, направляясь к крыльцу. К рассветнице.

Глава 13

Я проследовал за ним. Старик, кряхтя, опустился на колени прямо перед разомлевшей рассветницей. Та приоткрыла один глаз, мазнула по нему равнодушным взглядом и даже не подумала сдвинуться с места. От нее по-прежнему исходили волны тепла, которые за всё время, пока она живет у нас, слабее не стали. И Кирос это, конечно же, сразу ощутил.