Маска Гермеса
Шрифт:
Ивлев поощрительно и довольно взглянул на женщину, которая в эту минуту краткого торжества вынула тонкую длинную сигарету и изящно закурила. Безупречно владея французским, с соответствующими манерами, именно тогда в кафе, она была вторым наблюдателем за Верой и ее опекунами. Ее не заметили, внимание отвлек первый агент похитителей. Она даже сделала видео-запись сотовым телефоном.
– Кроме как к Византу, этому Отису не к кому обращаться, - добавил Ивлев.
– Мы еще отквитаемся.
ГЛАВА 21 . ГОНОРАР,
В надежде отделаться от Отиса, Александр принял его приглашение и отправился на встречу в пригородное кафе. Отец и дочь уже ожидали его за самым дальним столиком на открытой площадке, огражденной кустарником.
Отис хотя и выглядел восторженным, но растерял позитивный азарт, который бился в нем до известных событий. Угроза смерти наложила свой отпечаток. Натянутая улыбка быстро сошла с его лица, после первых секунд появления спасителя. Он осунулся, похудел, глаза ввалились, даже тогда, в сибирском лагере он смотрелся куда более благополучно. Зато Вера сияла переизбытком радости.
Может быть, Отис устал бороться за сохранение и легализацию своих злосчастных алмазов, а его нездоровый вид сообщал, что его пичкали каким то дурманящим зельем, и на повтор столь жестокого эксперимента у него не было сил.
Отис в эту минуту оглянулся по сторонам, поднял левую руку из-под стола и протянул ему коробку размером с портсигар, в черном бархате.
– Что это?
– удивился Визант, не торопясь принимать презент.
– Это в благодарность за то, что вы спасли мне жизнь, - Отис опустил подарок, держа руку на нем, как бы прикрывая его от посторонних глаз, хотя рядом никого и не было.
– Можете взглянуть, только чтобы официант не увидел.
– Дорогая вещь, должно быть?
– Александр пока без особого труда сдерживался от жадного любопытства.
– Это сущая мелочь, против того, что вы сделали для меня и моей семьи, - он буквально впился взглядом в Александра, наклонив даже голову в его сторону, так сильно было его желание одарить.
Затем он отпустил руку и откинулся на спинку, уверенный, что собеседник не устоит. А Визант, понимая, что от него не отстанут, вскрыл коробку. На малиновом атласе засияла брошь, в виде паука из двух овальных бриллиантов. Одного - размером со сливу, второго - с оливу, имитирующих брюхо и голову, соответственно. Оправа была выполнена в виде лапок из белого золота. Гордыня тут же отступила перед завораживающим сиянием камня.
– Сделано в начале прошлого века, - комментировал Отис с видом знатока.
– Бриллианты высшей чистоты, с безупречной огранкой. Общий вес - двадцать карат. Дизайн прост, что, скорее, достоинство, так как вкусы разные, а чистота алмаза всегда в цене. Имеется рап о рт, то есть сертификат западного образца. Минимальная цена - двадцать тысяч за карат, в долларах. На аукционе цена возрастет из-за крупности бриллиантов и из-за того, что это раритет - фамильная
– Эта вещица могла бы украсить лацкан монаршей особы. Как бы мне не стать заложником этого сокровища, как и вам, - Александр закрыл коробку и бросил на нее салфетку, чтобы скрыть ее от идущего к ним официанта, с подносом из трех порций жареных цыплят.
– Разве можно продать это легально?
– Здесь, запросто. Проблемы могут возникнуть с налоговой инспекцией и охотниками за моими богатствами, узнай они, кто продал эту брошь. Мои преследователи и до сих пор только гадают о размере моего состояния. Эта безделушка серьезная заявка для них.
– Эта брошь в розыске не состоит, перевезена была в революционные времена, - добавил Отис, когда официант разложил цыплят и удалился.
– Моя бабка, потомственная дворянка. Она и вывезла кое-что из фамильных драгоценностей. А дед был купец, его большевики расстреляли. Долгая история.
Отис принялся за цыпленка, будто он его соблазнял больше, чем история его фамилии, или любопытство его собеседника.
У Александра тоже разгорелся к блюду аппетит, тем более что оно соблазнительно источало кисло сладкий аромат жареного мяса.
Отису вернулся дух дельца, будто бы за его спиной не было никакого жуткого события.
– А поддельные бриллианты, муассониты, я приобрел здесь же. Я вас подозревал в охоте за моим богатством. Тогда, на квартире, когда я показал вам камни, я забросил наживку. И видит бог, мне стоило рискнуть, чтобы понять, кто мне друг, а кто - враг.
– Очень опасный эксперимент, - недовольно изрек Визант, из-за того, что собеседник совершил рискованный криминальный кульбит, чтобы набиться ему в друзья.
– Вы только раздразнили зверя. Они не успокоятся, пока не вытряхнут из вас эти чертовы бриллианты, или - не отквитаются.
Он отодвинул в сторону накрытую салфеткой коробку, будто ненужный предмет, и торопливо, как бы отвлекаясь от раздражающего разговора, доедал цыпленка, который таял во рту. Но сердце его не торопилось таять от хитро навязанной дружбы этого авантюриста.
– А я и не надеюсь, что они от меня отстанут, - бахвалился Отис, как бы получая заряд от эмоций собеседника, пусть и отрицательных, что всегда лучше для прилипал всех мастей, чем равнодушие.
В эту секунду туманное намерение Византа сформировалось в категорическое решение.
– Я приму, пожалуй, ваш подарок. В конце концов, я рисковал, и жизнью, и репутацией, - Александр спокойным движением убрал коробку во внутренний карман куртки.
– И желаю вам благополучного исхода для вашей истории с драгоценностями. А цыплята здесь вкусные, - высказался Визант, торопливо омывая руки в чаше с водой, будто собираясь уйти.
– Вы еще меня не дослушали, - покровительственно произнес Отис.
– Большую часть своих драгоценностей я не реализовал. И без вашей помощи не обойтись.