Марсиане, go home!
Шрифт:
Он был до такой степени возбужден, что только у себя в доме, поднимаясь по лестнице, заметил, что по-прежнему держит в руке бокал виски с содовой. Надо же, всю обратную дорогу нес его, да с такой осторожностью, что даже капли не пролил!
Рассмеявшись, он залпом осушил его.
Уже у себя в комнате снял пиджак, развязал и отбросил в сторону галстук, закатал рукава рубашки. Поставил поудобнее машинку, рядом с нею пачку бумаги, пододвинул стул и уселся. Вставил первую страницу. Решил печатать, не останавливаясь для исправления черновика. Будет стучать с ходу на одном дыхание. В конечном варианте
Название? Ломать себе голову, подыскивая какое-нибудь интригующее название для вестерна, не было необходимости. Главное — ухватиться за главную сюжетную линию и задать ритм, характерный для этого жанра литературы. Что-нибудь в роде «Выстрелы на границе» или «Выстрелы в Пекосе».
«Выстрелы», кажется, подойдут, но только без всяких там границ; события в «Кровавом Эльдорадо» уже происходили на границе. А что касается «Пекоса», то он даже не знал, существует ли такое место на географической карте. Нет, лучше Аризона. Он путешествовал по тем краям, и не составит труда описать их.
Кстати, какие там протекают реки? Литтл Колорадо: что-то уж слишком длинное (название, конечно, а не сама река). Так, ещё была какая-то… Троут Крик… но — «Выстрелы на Троут Крик» — нет, не пойдет.
Ага, кажется, нашел! Джила! «Выстрелы на Джиле». А что ещё если чуть изменить, скажем, «Рила»?
Льюк напечатал название будущего вестерна заглавными буквами на самом верху страницы.
Чуть ниже отстучал: «Льюк Деверс». Этот всевдоним он выбрал ещё когда писал свой «Кровавый Эльдорадо». Деверо как-то не звучало, не встраивалось в ритм вестерна.
Еще ниже вставил: «Глава 1», потом пропустил несколько интервалов и отодвинул каретку в правую сторону.
Ну, с богом! Чувствовал, весь роман где-то прямо на кончиках пальцев. Он даже не собирался останавливаться на деталях сюжетной линии, все должно было само собой состыковаться по ходу работы, выстроиться в определенный логический ряд.
Вообще вестерны ограничены небольшим кругом тем. В принципе, почему бы не использовать уже знакомый и однажды использованный вариант своего давнишнего рассказа «Гром в долине»? Два соперничавших ранчо в состоянии «войны», одно принадлежит бандиту — предателю и извергу, а второе, естественно, — положительному герою. И на этот раз те же самые ранчо можно разбросать по берегам реки Рила, что будет прекрасно соответствовать названию. У бандита-предателя, конечно, ранчо побольше с целым штатом головорезов и профессиональных убийц, вооруженных до зубов; у героя ранчо поменьше, или даже совсем маленькое, и компания нескольких бравых и отважных ковбоев, отнюдь не убийц.
И конечно же, найдется место для девушки. Как же без нее? Для любого романа — это просто необходимо.
Он был доволен. Интрига, сюжет выстраивались прямо на глазах.
Теперь требовались решить один важный вопрос: от чьего имени вести рассказ. Немного подумав, Льюк определил, что автором повествования должен быть один из головорезов, подручный бандита, которого однако, недавно наняли и поэтому он по своей сущности был все же хорошим типом, который в конце концов, к тому же влюбляется в дочь положительного героя, порядочного и честного ковбоя. Просто потрясающе! Сейчас все пойдет, как по маслу.
Несколько мгновений пальцы Льюка зависали
«По мере приближения Дона Мартсона к силуэту, который ожидал его на тропинке, он начал догадываться, что речь шла о мужчине с разбойничьим выражением лица, одетом полностью в черное. В руках поверх серебряной шишки на луке седла он держал кусок разбитого карабина. В этот момент…»
По началу каретка переводилась медленно, потом скорость стала увеличиваться. Льюк, зачарованный треском клавиш машинки, трепетно плыл в бурном потоке изливавшихся из него слов. И вдруг…
Один из марсиан, совсем небольшого росточка, объявился сидящим верхом на каретке, и вместе с ней мельтешил перед глазами Льюка, бодро покрикивая.
— И-эх! Трогай, милая! Гони во всю, жми! Быстрее, Джоннии, живее! Вперед!
Льюк зарычал.
А потом…
Глава 9
— Что у него, доктор, кататония? [3] — тихо осведомился интерн.
Врач скорой помощи почесал подбородок, рассматривая неподвижное тело, лежавшее на кровати.
3
Кататония — нервно-психическое расстройство, характеризующееся мышечными спазмами либо возбуждением (прим. переводчика).
— Очень странно, — сказал он. — Больной несомненно находится в состоянии кататонии. Но похоже, это только приступ.
Повернулся к хозяйке квартиры, которая стояла у входа в комнату Льюка:
— Вы сказали, что сначала раздался крик?
— Да, так и было. Я подошла послушать, что случилось, но машинка продолжала стучать, и я подумала, что все нормально. А потом, минуты через две-три, услышала треск разбитого стекла. На этот раз я уже вошла: окно было вдребезги разбито, а он был с другой стороны, на площадке пожарной лестницы, куда он упал. Если бы не она, мне бы пришлось звонить в морг.
— Странно, — повторил доктор.
— Вы его увезете, доктор? Он, видно, потерял много крови…
— Не волнуйтесь, порезы не серьезные. Да, придется забрать его с собой.
— Может, раны-то и не очень страшные, но смотрите, что сделалось с моим платьем. Теперь его, такое испачканное, и не отстираешь!
— Мне, действительно, жаль вас, поверьте.
— А разбитое окно, кто мне за все это заплатит?
— Простите, — глубоко вздохнул врач. — Но это вопрос не к нам. А что, если нам сделать хотя бы первичную обработку ран, остановив кровотечение? Будьте так любезны, принесите нам кипяченой воды.
Хозяйка не стала спорить и поспешно вышла из комнаты.
— Вам, действительно, нужна кипяченая вода? — удивился интерн.
— Ну, конечно же, нет. Но мой тебе совет: если хочешь избавиться от женщины, попроси у неё кипяченой воды. Срабатывает на все сто.
— Да, похоже. Сначала обработаем раны спиртом, или все же увезем его?
— Продезинфицируй прямо сейчас, а я тем временем осмотрюсь.
Врач подошел к письменному столу и наклонился над пишущей машинкой, в которую был вставлен лист бумаги.