Мапингуари – демон сельвы
Шрифт:
Странно было видеть такой вот культурный обмен в начале двадцать первого века.
– Это отдаленная деревня древнего племени перуанских индейцев, – ответил Леопольд тоном человека, который читает младенцу прописную истину. – Они никогда не выбираются в цивилизацию, не ездят в большие города. Разные благотворительные организации привозят им вещи для нормальной жизни. Вроде как поддерживают в тонусе. Жители деревни тоже не прочь понежить кости в теплой ванне с шампунем, поэтому такие диковинные вещи у них в цене.
Анна достала телефон и несколько раз сфотографировала горку подарков. Вспышка,
– Здесь запрещены такие штуки, – перевела Настя, затем, спохватившись, перевела еще и на английский.
Аня пожала плечами и убрала телефон. Мы все смотрели на старейшину, который теребил подбородок, будто размышлял, хватит ли предоставленного хабара за столь ценную информацию.
– А может послать нас к черту? – вновь спросил я.
– Может, – кивнул Леопольд. – Он же старейшина. Почти что президент отдельно взятой деревеньки.
Сверкнули глаза старейшины. Он что-то произнес.
– Опасается, что мы забредем в некоторые святые места, – перевел Леопольд.
Старейшина начал говорить медленно и размеренно.
– Сюда часто заходят белые люди. Они отправляются в сельву, чтобы найти золото. Вместо этого натыкаются на древнего демона, который уничтожает их всех в болотах и в тумане. Сдирает с них кожу, обгладывает мясо до костей и швыряет кости на дороги, чтобы все видели, что случилось. В священные места не следует соваться. Иначе мы принесем зло не только на свои головы, но и на головы жителей деревень, – переводил Леопольд.
– Скажи ему, что не нарушим и не сунемся, – отозвался Дик. – Больно надо, вызывать демонов.
– Тут на каждом шагу священное место. Нужно быть очень осторожными.
– Будем, будем. – Дику, судя по всему, стал надоедать затянувшийся разговор. – Спроси, когда можно будет выдвигаться в путь? Не терпится уже.
Старейшина, выслушав перевод, закивал и начал говорить снова. Леопольд только и успевал переводить. Речь старейшины сводилась к предосторожностям, к тому, чтобы мы следовали только по тропам за проводниками, чтобы не совались, куда не нужно, и старались ничего лишнего не трогать. Говорил он минут пятнадцать тоном проповедника. Видимо, чтобы всем стало понятно, что речь идет о серьезных вещах.
Под конец старейшина сообщил, что дает добро на путешествие. Он переговорит с двумя проводниками. Мы сможем отправиться в путь, как только пожелаем. А пока можем быть гостями в его деревне, поселиться в незанятом жилище, куда нас проводят, и свободно перемещаться по местности. Фотографировать тоже разрешается, добавил старейшина, немного подумав.
Мы выбрались из дома на улицу, где можно было, наконец, размять изрядно затекшие ноги и шею. Солнце уже поднялось высоко над головами, прогрев воздух, согнав росу с листьев и испарив туман. Деревня вокруг проснулась и оживилась. Людей стало заметно больше.
– Я готов отправиться хоть сейчас! – заявил Дик.
– Дай хотя бы позавтракать! – взмолилась Настя. – Никуда эти обезьяны от нас не денутся!
– Я тоже за завтрак, – сообщил Глеб. – У тебя в чудо-рюкзаке остались консервы для друзей? Или тоже только в обмен на информацию?
Дик расхохотался:
– Для тебя, братишка,
– Ну, раз из кукурузной…
К нам подошел местный и повел за собой. В десятке метров от жилища старейшины стоял дом, похожий на все остальные вокруг, – стены его были собраны из камней и обмазаны глиной. Круглая крыша из пучков сухих лиан, деревянная труба, вместо двери – накидка. Низкие потолки, скрипучие доски под ногами и запах сырости. Печка стояла пустая и темная.
Мы сгрудились вокруг нее.
– Завтрак, говорите? – усмехнулся Дик. – Ну давайте, покажите мне способы выживания в диких условиях.
– Зажигательная смесь?
– Всю отдал.
– Зажигалки?
– Ушли на культурный обмен. Есть коробок спичек и журнал из отеля. Хватит?
Дик откровенно, но по-доброму издевался. Глеб смерил его презрительным взглядом и процедил:
– Не взял бы я тебя с собой в разведку… Давай сюда свои спички и журнал.
Дик с готовностью вывалил на небольшой деревянный столик все, что осталось у него в рюкзаке.
– Вы тут занимайтесь, – сказал он, – а мы с Аннушкой погуляем по деревне, посмотрим достопримечательности. Не каждый же день доводится побывать в старом племени инков, да?
– Мы с вами! – подхватил я.
Не хотелось сидеть в сырой землянке и наблюдать, как старший брат топит печь и готовит завтрак из консервированных овощей.
В итоге мы вчетвером выбрались наружу, оставив Глеба и Леопольда заниматься готовкой. У домика нас поджидали перуанцы-проводники. Я уже успел забыть о темных людях и каких-то мерах предосторожности. Однако перуанцы выглядели встревоженно. Один из них начал говорить.
Он рассказал, что несмотря на предпринятые меры предосторожности, все равно остается вероятность, что темные люди могли следовать за путешественниками и выследить их путь до деревни. Местные мафиози не остановятся ни перед чем, лишь бы взять свое. А значит, Дику и его друзьям следует все еще быть осторожными, не доверять незнакомцам и смотреть по сторонам.
Можно подумать, Дик уже не нарушил все эти правила, связавшись с перуанцами на рынке.
Мафиози… Все это все равно звучало слишком нелепо, чтобы быть правдой. Но Дик верил. Он выудил из рюкзака пухлый кошелек и отсчитал несколько занимательных цветных купюр – новых солей. Судя по округлившимся глазам перуанцев, они рассчитывали на нечто меньшее.
– Пусть следят за окрестностями и, если что, сообщают нам о появлении темных людей, – попросил перевести Дик. Деньгами он не умел распоряжаться абсолютно.
Выслушав перевод, перуанцы взяли деньги и мгновенно испарились в местной зелени.
А мы отправились гулять по деревне.
Часть вторая
15
О, дети современной цивилизации! Как же мы наивны! Многим из нас и в голову не приходит, что в мире еще существуют места, где отчаянно верят в воскрешение мертвых, в духов и проклятых демонов. Где на полном серьезе можно столкнуться с шаманами, вызывающими дождь, и язычниками-фанатиками, которые полагают, что их охраняют многочисленные боги.