Малышка Мелани
Шрифт:
— Антиквариат в рекламе не нуждается! Да твоим читательницам и не по карману приобрести гобелен какого-нибудь поставщика Двора Его Величества!
…Не свадьба, а рекламная акция… Впрочем, даже ради рекламы никаких усов Нестор не отрастил и тогда эти идиоты их ему просто приклеили! Мы боялись целоваться, но они все равно быстро отпали: у Нестора оказалась аллергия на «правильный» клей, и крайне важный элемент имиджа присобачили только что не слюнями…
— Эй, Надин,
— Я нашла в сумке вырванную страницу из какого-то журнала с репортажем о нашей свадьбе, — нарочито бодро отозвалась я. — Ты с усами! С ума сойти! А я забыла.
— Правильно. А еще хвалишься, что не забываешь ничего! Ну-ка, с трех раз, о чем я тебя просил сегодня?
— Испытывать ощущение счастья! Быть счастливой! Приходить в восторг! Чувствовать радость! Или просто радоваться!
— Молодец, — протянул он. — Давай одевайся, пойдем ужинать. Я сегодня намахал одиннадцать страниц! Жрать охота!
— Что?
— Сначала нужно спросить не «что», а «куда», и тогда ты будешь знать, во что тебе одеться. В ресторан! Бриллианты и вечернее платье!
— Ты с ума сошел! Какие еще бриллианты?
— Ну, бриллиант. Я же тебе дарил кольцо с камнем!
— Я его проела…
— Это ты с ума сошла! Муж подарил ей кольцо на свадьбу, а она его проела! Как ты могла?!
— Не было денег. И вообще, мы пять лет живем отдельно!
— Пять лет?
— Ну, почти пять.
— Ладно, — Нестор вздохнул, — придется купить новое. И мое синее платье ты тоже «проела»?
— Оно висит у тебя в шкафу и сто лет как вышло из моды!
— Не ворчи, надевай, какое есть. Между прочим, могла бы и раньше сказать, а то теперь уже все магазины закрыты!
— Если хочешь, можешь заехать за мной и привезти синее.
— И ты два часа будешь переодеваться? Нет уж. Бери такси и приезжай в «Пети Гаврош». Там шведский стол и пускают в чем попало.
— В джинсах?
— Хватит, Надин. Или ты опять хочешь поссориться?
Глава 6,
в которой я благодарно прошептала
— О! Нестор!..
Муж закряхтел и, резко скатившись вбок, со стоном подергался на простыне, крякнул еще раз и уронил голову.
— Прерванный половой акт? — Отдышавшись, я уже открыла глаза. — Это ведь страшно вредно.
— Библейский способ контроля за приростом населения! — Нестор приподнялся на локте, звонко чмокнул меня в губы и не менее звучно хлопнул по моему бедру. — Дорогая, ты была великолепна! Кажется, так принято формулировать в подобных случаях? — Встал с кровати и начал натягивать трусы.
— Куда это ты собрался?
—
— Вообще-то, знаешь, Нестор… — Я кашлянула и облизнула губы. — У меня тоже есть компьютер. Если лень включать, вон стопка бумаги.
— Ты хочешь, чтобы я остался?
— Это странно?
— Почему же ты сама не осталась у меня в позапрошлое Рождество?
— А ты предлагал?
— По-моему, ты моя законная жена.
— Ты еще помнишь об этом?
— А ты? Или у тебя кто-то есть?
— Нестор, это важно?
— Значит, есть?
— Нет, конечно.
— И у меня нет. Только ты, Надин.
— Перестань. В жизни не поверю, чтобы полтора года у мужчины не было женщины!
— И правильно сделаешь, потому что с того Рождества прошло год и меньше пяти месяцев.
— Это правда?
— Посчитай сама. Рождество было в декабре, а сейчас середина мая. Январь, февраль, март, апрель… — Он загибал пальцы.
— Я не о том, ты же понимаешь!
— Понимаю.
— Этого не может быть! Я тебе не верю!
— Как хочешь. Но я-то тебе верю!
— Женщины устроены по-другому, Нестор.
— Вряд ли. Тут дело совсем не в том… А! Ладно. — Он махнул рукой, одернул пиджак, сунул галстук в карман, наклонился и снова поцеловал меня. — Пока! Я захлопну дверь, не вставай.
Я схватила его за рукав.
— Подожди! Ты не сказал, в чем дело.
— В любви.
Я не поверила своим ушам.
— Не смотри на меня так, Надин. Я люблю тебя. Вот и все. Я пошел. Спокойной ночи.
— Ты никогда мне этого не говорил! Даже когда мы обменивались кольцами!
— Кольцами мы обменивались днем, а сейчас ночь. Спокойной ночи, дорогая.
— Ты… Я… Нестор! — Я попыталась подняться с постели, но он осторожно взял меня за плечи, вернул на подушку и подоткнул одеяло.
— Не сегодня, Надин. Пожалуйста… Я не хочу, чтобы ты потом жалела, что я остался. Ничего, Надин, ничего. Только, пожалуйста, не надо торопить события.
— Нестор! — Я решительно села на кровати, я же чувствовала, что он колеблется. — У меня в кухне есть бутылка вина. И… и новая зубная щетка!
— И станок, которым ты бреешь под мышками. — Он провел рукой по своей щеке, выразительно корябнув предполагаемую утреннюю щетину. — Кстати, о кухне. Кроме вина я видел там у тебя сигареты. Ты что, закурила на старости лет?
— Курю, Нестор. Только когда пишу. А так, в обычной жизни, я про них забываю.
— Говоришь, в обычной? Ха! — Он задумчиво хмыкнул.