Маг смерти
Шрифт:
— Оставь её в покое! — Закричал я.
Мама прошептала мне на ухо:
— Не говори ему о себе.
— Кто?
— Ты действительно думала, что сможешь продолжать это позорное двуличие так, чтобы я об этом не узнал?
Среди остальных появилась высокая фигура, лицо под капюшоном напоминало богато украшенную золотую маску. Губы осуждающе скривились, а темные пустые глазницы, казалось, смотрели сквозь меня.
Марлоу.
— Я ничего не сделала — сказала ему моя мать.
Марлоу остановился перед нами.
—
— Это ложь — сказала она.
Маг вытащил палочку, от которой пахло бузиной.
— Тогда у тебя не должно возникнуть проблем с тем, чтобы подвергнуться очистке разума.
— Я ничему не подчинюсь — сказала моя мать.
Я рванул за палочкой Марлоу, но мои руки прошли сквозь нее. Он, казалось, не заметил меня.
— Тогда ты признаешь свою вину — сказал он.
— Если ты хочешь в это верить — ответила она.
—Энергия! Нет! — закричал я, протягивая к нему ладони. Энергия силового разряда прошла рябью по окружающему миру. Когда он утих, все снова замерло, и Марлоу остался стоять перед нами.
— Это правда, предатель — сказал он, поднимая палочку — И ты знаешь, какое за это будет наказание.
— Делай все, что в твоих силах.
— Нет! — Закричал я.
Сила волшебной палочки отбросила мою маму к каменной колонне. Она застонала от боли. Марлоу произнес еще одно слово, и лианы, извиваясь, полезли сквозь трещины в полу, привязывая мою мать к колонне. Особенно толстые усики обвились вокруг её горла, вызывая рвотный позыв.
— Это не должно было так закончиться, Ева — сказал он, прежде чем повернуться к остальным — Вот наказание за предательство. Смерть на костре.
Да, я уже видел эту сцену раньше, в воспоминаниях моей матери. Я чувствовал её страх, её боль. Я бросился к ней, намереваясь отодрать лианы. Но когда я потянулась к толстому завитку, обвивающему её шею, мои руки прошли сквозь него, как они проделали это с волшебной палочкой. Печаль наполнила глаза моей матери, когда они встретились с моими.
— Что я могу сделать? — взмолился я — Чем я могу тебе помочь?
Шепот сорвался с её губ.
— Что? — Спросил я, наклоняясь ближе.
— Я люблю тебя, Эверсон — прошептала она одними губами.
— Фуоко! — Крикнул Марлоу позади меня.
Пламя вырвалось из-под пола, охватив мою мать и отбросив меня назад. Я сорвал с себя рубашку и бросился к огню, чтобы потушить его. Но огонь стал отражением в золотой маске, и я стоял перед Марлоу, глядя на него снизу-вверх, и он вдруг стал таким огромным.
— Беги — сказала моя мама. Не позволяй ему узнать о тебе.
Остальная часть комнаты погрузилась в темноту, когда лицо мага склонилось вниз. За прорезями для глаз вспыхнули два огонька, свидетельствующие о том, что я его узнал. Он протянул руку и
— Ты пришла, чтобы присоединиться к нам — прошептал он.
Я покачал головой, не в силах произнести ни звука.
— Присоединиться к группе — Он поднял меня на ноги.
Когда наши лица оказались на одном уровне, Марлоу потянулся за своей маской, которая продолжала блестеть от огня, поглотившего мою мать. Ужас парализовал меня, когда он начал стаскивать маску. Я не хотел видеть его лицо... но какая-то часть меня должна была, обязана была узнать, был ли этот человек моим отцом.
— Чтобы стать им — прошептал он.
Металл отделился от кожи с влажным хлюпаньем.
— Эверсон... версон... сын.
2
Две пары охряно-зеленых глаз уставились на меня из темноты. Я фыркнул и попыталась отпрянуть. Щупальца обвились вокруг моих рук и туловища. Я дернул ногами. Моя голова ударилась обо что-то твердое.
Послышалось фырканье.
— Я тоже рада тебя видеть.
— Табита? — Я стряхнул с себя простыни и просунул руку между изголовьем кровати и ноющей макушкой. Я попытался собраться с мыслями. Я видел сон, Марлоу собирался снять свою золотую маску. Должно быть, меня разбудила кошка, которая звала меня по имени. Я огляделся. В комнате было темно, если не считать полумесяца высоко в окне — Который час?
Ее глаза медленно моргнули.
— По-видимому, пришло время тебе снова стонать во сне.
Я спустил ноги с кровати и сел, все еще ощущая, как ужас сна пронзает меня насквозь.
— Извини за это.
— Я же просила тебя не колдовать перед сном.
— О, может, мне стоило вместо этого съесть рибай?
Табита, прищурившись, посмотрела на меня, затем с глухим стуком встала из-за стола и направилась обратно к своей оттоманке у окна. Это было не так удобно, как на диване у нее дома, о чем она напоминала мне каждый день, но мы были не дома. Неделей ранее Чикори посадил нас в свой "Фольксваген Рэббит" и отвез на конспиративную квартиру в Нью-Джерси, скромное голубое здание на другом берегу Гудзона.
— Чтобы подготовить тебя к миссии — объяснил он.
Хотя до сих пор он только и делал, что суетился в своей лаборатории, прогоняя меня всякий раз, когда я спрашивал, что он задумал. Даже сейчас я слышала его бормотание в коридоре.
— Это не мне снятся кошмары — сказала Табита, сворачиваясь калачиком — Пятый раз за пять ночей?
— Да... Только на этот раз все было по-другому — Я кашлянул, чтобы прочистить забитое сном горло — Я снова заблудился в лесу и звал свою маму. Она нашла меня, но на этот раз у нее не было ответов. Она не могла сказать мне, как выбраться. Она просто велела мне бежать и прятаться.