Мафиози и его одержимость 2
Шрифт:
И в конце концов ее руки опустились.
Она явно нервничала, но под моим пристальным взглядом постепенно осмелела. Я наблюдал, как она намыливала свое тело, ее пальцы умело скользили по каждому дюйму ее тела, медленно, дразня...искушая меня.
Мокрые, волнистые, светлые волосы. Карие глаза, которые завораживали меня. Кремовая кожа, которая требовала поцелуя моих губ. Я не мог удержаться и уставился на неё. Она загипнотизировала меня.
Когда
Развернув полотенце, я подождал, пока она погрузится в мои объятия. Она так и сделала, не сказав ни слова, не подумав. Она пришла ко мне добровольно и как будто это было естественно. Я обернул полотенце вокруг ее миниатюрного тела и прижал ее к себе, она зарылась в меня, и я впитал ее совершенную любовь в этот несовершенный возвышенный момент.
Валери поежилась от холода. Я поднял ее на тумбу и усадил. Она раздвинула ноги так, чтобы я мог встать и устроиться между ними. Смех сорвалось с ее губ, когда я взял другое полотенце и начал выжимать воду из ее волос.
Убедившись, что ее волосы достаточно сухие, я отодвинул полотенце, обернутое вокруг ее тела. Вместо этого мой взгляд нашел что-то еще, и я остановился, крепче сжимая ее пушистое белое полотенце.
Там, где начинался ошейник на шее, ее кожа была красной. Сбоку цвет начинал становиться светло-фиолетовым. Я видел отпечатки пальцев. Как будто ее крепко схватили за шею.
Я не заметил этого раньше, когда мы лежали в постели. Темнота скрыла эти следы, но теперь я мог видеть их ясно. Они портили ее прекрасную бледную кожу, заставляя мою кровь закипать при виде этого.
– Валери—, - начал было я, но она покачала головой.
Ее глаза стали грустными, и это было чертовски больно. - Пожалуйста ...
Мои губы раскрылись в низком рычании, и она вздрогнула.
– Это был Валентин? - прошипел я, прежде чем оттолкнуть полотенце. Я оценил ущерб, легко проведя пальцем по ее ушибленной шее. Ошейник мешал мне, и я боролся с желанием сорвать его с нее.
Она не должна была носить ошейник. Никогда. И все же этот ублюдок держал ее на поводке против ее воли. Он запер ее в этой комнате, спрятал от всех, кроме меня.
– А кто еще это может быть? - пробормотала Валери, отводя от меня взгляд. Ее голос надломился над прошептанными словами, и это заставило мое сердце болезненно сжаться.
Когда ее боль стала моей? Когда...черт возьми, когда мое сердце стало уязвленным
Пока я ходил расспрашивать про Ирину, в комнату проскользнул Валентин и забрал еще кусочек души моей мышки. Зная, что Валентин приходил к ней прошлой ночью, когда меня не было дома, прикасался к ней...причинял боль ей... это привело меня в ярость. Моя челюсть сжалась, и я на секунду закрыл глаза, вдыхая сладкий аромат Валери, пытаясь успокоить себя.
– Всё хорошо. Я в порядке.
Я напрягся, прикусив щеку изнутри, чтобы не сказать что-то, о чем потом пожалею. Мой гнев предназначался Солонику, а не моей прекрасной Валерии.
Мои глаза открылись, и я уставился на нее, заставляя ее принять мои слова. - Нет, не в порядке, - сказал я, качая головой. – Ты. Блядь. Не. В порядке.
Она коснулась моих плеч, а затем ее пальцы скользнули вверх. Ее ногти прошлись по моей шее, прежде чем она обхватила мою голову. Ее пальцы пробежались по прядям моих волос, именно так, как она знала, это успокаивало меня.
Я взглянул в зеркало позади неё. Я смотрел на злого, бесполезного человека.
Валери схватила меня за лицо и вернула мой взгляд к себе. Ее грудь вздымалась, глаза смягчились.
– Виктор, я в порядке. Он не использовал меня так…я имею в виду, прошлой ночью он не...
Она сглотнула и опустила глаза, прежде чем прошептать. - Он только заставил меня доставить ему удовольствие. Вот и все. Он не использовал меня по-другому. Не так, как всегда. Он ушел после того, как...
–
Ее фраза осталась незаконченной, но я точно знал, что она имела в виду. Я почти чувствовал вкус ее мучительных слов.
Я покачал головой и придвинулся ближе. Мои руки дрожали, когда я поднес их к ее нежным щекам. Мое горло сжалось, и я прорычал эти слова. - Но это еще не значит, что все в порядке. Это не так...
Она наклонилась и поцеловала меня, останавливая мою тираду. - Пожалуйста. Неужели мы не можем не говорить о нем? Разве мы не можем...не осквернять себя? Я чувствую, что если мы поставим его между нами, если мы будем говорить о нем, мы каким-то образом испортим нас, наши моменты. Ты заставляешь меня забыть, и это все, чего я хочу.
Ее губы снова накрыли мои, останавливая меня от дальнейших слов. Молчание растянулось между нами, ее слова повисли, создавая пустоту внутри моего живота.
Валери судорожно вздохнула и обняла меня за шею. Наши губы встречались снова и снова, целуя нашу боль.
Я взял ее губы в нежный поцелуй. Нежный поцелуй, полный обещаний. Она поцеловала меня в ответ, как будто поняла...
<