Мафиози и его одержимость 2

Джеймс Лайла

– Да, - прошептала я.

Мое дыхание отказывалось успокаиваться. Мое сердце бешено забилось, и я погрузилась в него, в моего Виктора. Я задрожала, когда он коснулся моих губ, переполненная таким количеством эмоций, что я могла только закрыть глаза и почувствовать его губы, его поцелуй.

Я пробовала его. Милый и мой. Опасный и мой. Отчаянный и мой. Дикий и мой. Нежный и мой. У него был вкус преданности,

и я отвечала ему взаимностью.

Виктор Иваншов заставлял меня чувствовать себя ценной, меня—Валери Солоник. Меня, жену его врага. Меня, использованную женщину, сосуд для моего мужа. Виктор любил то, что не любил мой муж.

Сладкое местечко между моих ног пульсировало, и я двигалась в его объятиях, пока не оседлала его колени. Виктор застонал глубоко в груди. Я почувствовала вибрацию сквозь свои кости и впитала ее.

Он яростно вырвался из моих объятий. Мои губы почувствовали пустоту, когда он прервал свой поцелуй, и мои глаза резко открылись. Его глаза были широко раскрыты, потрясены и..в них был страх?

Его голова повернулась к двери, и мои легкие сжались. Наши сердцебиения оторвались друг от друга, и мы замерли. Мой желудок скрутило, сжало, и стало больно. Я всхлипнула, следуя за его вниманием.

Мой взгляд сфокусировался на двери, и я увидела, как поворачивается ручка.

Нет.

 

Глава 4

Виктор

Страх парализовал меня, и паника вцепилась в меня когтями. Я перешел от ощущения тепла к холоду, мой желудок провалился глубоко в кишечник.

Пальцы Валери сжали мои плечи. Она пыталась прижать себя ко мне. Ее тело придвинулось ближе, как будто она хотела спрятаться во мне, мое тело было ее убежищем от того, кто был за этой дверью.

Но я не мог спрятать ее.

Наши глаза встретились, и ее губы дрогнули. Она поняла мое молчание. Ее руки соскользнули с моих плеч, и она отпустила меня.

Как бы сильно я ни хотел украсть мою прекрасную Валери, я должен был правильно разыграть карты. Мне еще предстояло освоить игру. И я не мог поставить ее на путь опасности.

Я тоже выдернул руки из ее объятий и заставил себя отпустить ее. Только сейчас.

Она высвободилась из моих объятий, и я быстро побежал к большим окнам. Шторы были тяжелыми и достаточно темными, чтобы скрыть меня. Проскользнув за занавеску, я стал ждать. Кровь бурлила в жилах, сердце бешено колотилось.

Мои

пальцы дернулись. Я был не из тех, кто боится других. Никогда. Этого слова не было в моем словаре. Напротив, меня всегда боялись. Люди съеживались от страха. Моя тень заставляла их дрожать, зная, что их ждет неминуемая смерть. Я был тем ублюдком, который посылал их к дверям ада.

Впервые я почувствовал страх.

Я услышал голоса, и мое тело напряглось в ожидании, пока я прислушивался к одностороннему разговору. Мои кулаки сжались, а пальцы впились в ладонь. Легкий укол боли удерживал меня на земле, пока я отодвигал край безумия.

Когда я наконец узнал голос, то почувствовал, как мои мышцы расслабляются.

– Я принесла тебе завтрак, - сказала Сара. Это была новая горничная, которую я нашел несколько недель назад после смерти Игоря. Она была союзницей, матерью Егора, и я знал, что она позаботится о Валери, если я не смогу.

Но сейчас даже она не могла знать правду о моих отношениях с Валери. И никто не мог. Эта проклятая жизнь научила меня, что тайна перестает быть тайной, если ее знает больше одного человека. - Как у тебя дела сегодня? - спросила Сара. Только Валери молчала. Будучи настоящим ублюдком, которым я и являлся, я улыбнулся осознанию. Только у меня был ее голос. Он принадлежал мне так же, как и моей мышке.

Секунды тянулись медленно, и когда Валери продолжала молчать, Сара вздохнула, и я услышал, как ее ноги зашаркали прочь. Дверь закрылась, и я глубоко вздохнул. Не успел я отойти от окна, как занавески раздвинулись, и меня поприветствовала улыбающаяся Валери. – Привет.

Она всегда была такой красивой и сексуальной. Но иногда она была такой чертовски милой. Никогда не думал, что признаюсь в этом, но, черт возьми, она была самым милым созданием, которое я когда-либо видел.

Паника и страх, давившие мне на сердце, растаяли, сменившись теплом, которое принесла с собой улыбка Валери. Она сделала шаг вперед, приближая наши тела друг к другу.

– Мне нужно уходить, детка. Сейчас уже так поздно. Это опасно, - объяснил я. Ее плечи поникли, и прелестная улыбка исчезла.

Я чертовски ненавидел это.

Мои руки обвились вокруг ее талии, и я поцеловал ее в лоб. Мои губы задержались там, не желая пока отстраняться. Мне пришлось заставить себя вырваться из ее объятий. Валери удовлетворенно вздохнула от моего поцелуя. Она впитала его, и я позволил ей. Я вдыхал ее запах, и она вдыхала меня одновременно.

Когда мы отстранились, она кивнула. - Я должен отпустить тебя.

<