Любовь в эфире

Райан Нэн

Кэй, закинув ногу на ногу, приветствовала зрителей. При виде ее вызывающего одеяния люди зазывно свистели, и уже во второй раз за сегодняшний день Кэй отругала себя за то, что не выбрала наряд поскромнее. Впрочем, публике явно нравился такой костюм, прохожие выкрикивали ее имя и подбегали к медленно плывущей платформе взять автограф, пожать руку, выразить свое восхищение их с Салливаном утренней передачей.

В Калифорнии у Кэй были мужчины – одни по-настоящему красивые, другие просто симпатичные, третьи забавные. Кое с кем случалось и поцеловаться,

и это было приятно, но в жизни ее оставался только один мужчина, и звали его Салливан Уорд, Он не только лишил Кэт невинности, он взял в плен сердце Кэй.

И вот теперь снова разбудил дремавшую все эти годы страсть. Тлеть-то она всегда тлела, но порой Кэй почти забывала, каково это – принадлежать ему, целоваться с ним. И вот – все снова…

– Эй, Салливан! – послышался чей-то голос из толпы” – А где твоя партнерша? Обернувшись, Кэй выхватила взглядом внушительную фигуру, – восседающую на великолепном вороном жеребце. Салливан медленно приближался к платформе. Кэй вцепилась в деревянную стойку. Лихо сдвинув шляпу набок, обнажив в улыбке белоснежные зубы, Салливан слегка натянул поводья.

– Вы правы, моя славная партнерша всегда должна быть рядом. – Губы его скривились в мефистофельской усмешке, и Кэй мгновенно залилась краской, уловив подтекст этой небрежно брошенной фразы.

Салливан осадил лошадь, ухватился одной рукой за луку седла и посмотрел – а вслед за ним и собравшаяся публика на нервно улыбавшуюся Кэй. Помахав зрителям шляпой, Салливан выпрямился, накинул на руку лассо, достал из кармана сигару, закурил и неторопливо выпустил дым замысловатыми кольцами. Толпа взревела. Салливан мастерски исполнял свою роль.

– Так, – растягивая слова, заговорил он, – не кажется ли вам, ребята, что шерифу следует заняться этой крошкой – просто потому, что она так неприлично красива? Как вы считаете? Раздались аплодисменты и свист. Салливан накрутил поводья на руку и, слегка сдавив коленями бока лошади, тронулся к платформе. Он размотал лассо и принялся раскручивать его над головой. Продолжая попыхивать сигарой, Салливан не сводил с Кэй прищуренных глаз.

Завороженная вместе с публикой его игрой, Кэй совершенно забыла, что надо поднять руки. Чувствуя, как бешено колотится сердце, она разрывалась между желанием оказаться рядом с Салливаном и страхом перед лошадью.

Когда в результате точно выверенного броска веревка затянулась вокруг ее талии, Кэй заморгала и болезненно поморщилась. Локти прижало к бокам, и чувствовала она себя сейчас как пойманная бабочка в сачке. Салливан подъехал к платформе вплотную, поднялся в седле и одним быстрым, плавным движением сдернул Кэй со стойки.

Кто-то негромко вскрикнул – кажется, она сама. Салливан отбросил наполовину выкуренную сигару и, прижав Кэй к себе, горячо прошептал ей на ухо:– Не бойся, малышка. Я не дам тебе упасть.

Глава 5

И действительно, упасть ей Салливан не дал, напротив, устроил со всеми удобствами. До конца представления Кэй, счастливая, освободившаяся от всех страхов и исполненная самых

радужных надежд, сидела вместе с ним на лошади.

Да и чего ей бояться? Мужчина, которого она любит, крепко обнимает ее. Кэй не сомневалась что как только представление закончится и они с Салливаном останутся наедине…

Женщина до кончиков ногтей, Кэй уже предвкушала, что наденет в этот главный в своей жизни вечер. Она была совершенно убеждена, что Салливан поведет ее куда-нибудь поужинать, либо они сядут за стол у нее дома. О Боже! А ведь ей абсолютно нечем накормить гостя. В доме хоть шаром покати. Придется сбегать в супермаркет и накупить всякой еды. А уж об остальном Салливан сам позаботится.

Если они останутся дома, можно надеть свободный голубой свитер и серую замшевую юбку; если в ресторан отправятся – черное шелковое платье со смелым вырезом. Салливану оно должно понравиться.

Млея от любви, строя волнующие планы на вечер, Кэй оторвала взгляд от публики и робко посмотрела на Салливана. Он не отрывал взгляд от алой ранки на ее плече, вид у него был довольно мрачный.

– Да ерунда, – пробормотала Кэй. – Пройдет, не обращай внимания.

Салливан промолчал, и это должно было бы стать первым сигналом для Кэй, что ближайшее будущее может оказаться не таким уж радужным.

Представление завершилось. Салливана, Кэй и Джеффа уже ждала за рулем “Мерседеса” Дженел Дэвис, чтобы отвезти их на станцию.

Кэй буквально к месту приросла, когда Салливан, передав жеребца пареньку из конюшни, сел впереди рядом с Дженел, а ее оставил на тротуаре.

– Наш “сильный молчун”, похоже, опять не в настроении, – раздался голос Джеффа. Подхватив Кэй под локоть, он открыл ей заднюю дверцу– машины.

– О Боже, Кэй, что это у вас с плечом? – ахнула секретарша. – Смотрите, даже кровь сочится. Что случилось?

– Похоже, аллергия какая-то. – Щеки у Кей сделались такими же красными, как плечо.

– Ну да, аллергия – то ли на лошадь, то ли на Салливана, только я никогда не видел лошади, которая бы…

Салливан круто обернулся и метнул на Джеффа яростный взгляд:

– Побереги свои избитые шуточки для публики. Лично я нахожу их оскорбительными. И, по– моему, я просил: держи рот на замке. – Он отвернулся и зажег сигарету.

Ничуть не смущенный этим выпадом, Джефф подмигнул Кэй и засмеялся. Она, чувствуя себя очень неуютно, соображала, что сказать Салливану, когда они останутся наедине.

Но в этом не было никакой нужды.

Едва все вышли у радиостанции из машины, как Салливан быстро сел за руль.

– Увидимся, – коротко бросил он, Не успела потрясенная Кэй рта раскрыть, как его и след простыл.

Когда Кэй, переодевшись в свой обычный костюм, возвращалась домой, над городом сгустились грозные тучи, стремительно холодало. Несколько минут спустя упали первые капли осеннего дождя.

Она вошла в гостиную, швырнула ключи от машины и сумочку на мраморный столик у двери и тяжело вздохнула. Не зажигая света, Кэй растянулась на диване и положила руки под голову.